Виктор

Михайлов Валерий Николаевич

Нежно и одновременно сильно Виктор прижал её к себе и страстно поцеловал. Ни секунды не медля, она ответила на его поцелуй.

– Это прекрасный способ, месье, продолжайте, или я буду кричать, – томно прошептала она, когда Виктор прервался, чтобы перевести дух.

– Простите, сударыня, но я вынужден буду вас обыскать…

Объятия стали более страстными. Одежда полетела на пол…

– А ты не похож на грабителя…

Они лежали, тяжело дыша после долгой и страстной любви. Лежали, сыто обнимая

друг друга, чтобы через какое-то время вновь окунуться в неистовую страсть.

– Это потому что я не грабитель.

– Только не говори, что это твой способ знакомиться с женщинами.

– Меня ищут убийцы.

– Так ты не охотник, а дичь?

Вместо ответа Виктор нежно поцеловал её в плечо.

11

Ощущение опасности заставило Виктора проснуться. Амалия (так звали приютившую Виктора хозяйку номера) ОТКРЫВАЛА ДВЕРЬ!!! В одно мгновение Виктор покрылся холодным, липким потом. Инстинктивно он вскочил с кровати, чтобы помешать ей, но было поздно.

– Ну что ты нервничаешь, – укоризненно, как маленькому ребёнку, сказала ему Амалия, впуская юную даму с небольшим саквояжем в руке, – это свои. Познакомься с моей лучшей подругой: Николь.

Николь выглядела полной противоположностью Амалии. Она тоже была красива, но если красота Амалии носила демонический характер, то Николь выглядела непорочным ангелом. Она была чуть выше и немного полнее подруги. На вид женщины были ровесницами.

Оторопев, Виктор так и застыл посреди комнаты.

– Так это всё для него? – спросила Николь, окинув внимательным взглядом Виктора с головы до ног. Её совсем не смутил вид Виктора, на котором из одежды было разве что несколько перьев из подушки в волосах.

– А если бы это был посыльный? Что бы он обо мне подумал, увидев тебя, разгуливающим в таком виде посреди комнаты? Я, конечно, не ханжа, но хоть какие-то приличия соблюдать всё-таки надо, – шутливо накинулась на Виктора Амалия.

– Прошу прощения, – пробормотал ставший пунцовым Виктор. Не зная, что делать, он схватил простыню и завернулся в неё на манер древних римлян. – Прошу прощения…

– Браво, да ты застенчив! – воскликнула Амалия, захлопав в ладоши.

Румянец Виктора стал ещё заметней.

– Надеюсь, горячая вода у вас есть? – спросила Николь, доставая из саквояжа бритвенные принадлежности.

– Должна быть. В счёт, по крайней мере, она входит.

Горячая вода была, и Николь ловко взбила пену.

– Прошу вас в кресло, сударь, – сказала она Виктору.

– Позволь мне, – попросила Амалия, беря у подруги бритву.

– Только ради бога не порежь. Ты не представляешь, как трудно замазывать эти царапины.

– Какая всё-таки странная штука жизнь! – произнесла Амалия, подойдя к Виктору

с бритвой в руке, – ещё вчера ты был вооружён и опасен. Ты бежал, ты боялся всех и вся. А сегодня ты спокойно смотришь на то, как практически незнакомая женщина играет с бритвой в сантиметре от твоего горла. Как видишь, наши роли поменялись местами. Теперь я вооружена и опасна, и моя очередь требовать повиновения, иначе… – она провела ногтем указательного пальца по горлу Виктора.

– Надеюсь, ты не собираешься пускать ему кровь? – спросила Николь, – мне слишком нравится платье, чтобы пачкать его кровью.

Виктор похолодел. А ЧТО, ЕСЛИ АМАЛИЯ БЫЛА БЫ ОДНОЙ ИЗ НИХ?!! – пронеслось у него в голове. Казалось бы, что может быть проще. Одно движение бритвой, и…

– Сегодня ночью он заслужил спасение, – ответила тем временем Амалия.

– Я думаю, – согласилась с подругой Николь.

– Дорогой Виктор, тебе очень идет этот костюм патриция, но пришло время примерить кое-что другое, – сказала Амалия, когда бритьё было закончено.

Виктор направился, было, в ванную, но она его остановила.

– Не будь таким стеснительным. Тем более что тебя уже все видели. К тому же я ещё раз хочу похвастаться тобой перед подругой.

– Но я…

– Я вооружена и очень опасна, ты забыл? – в руке Амалии сверкнула бритва. – Ладно, я тебе помогу.

Нескольких прикосновений её нежных рук было достаточно, чтобы у Виктора возникло желание.

– О, да ты мне льстишь! – довольно воскликнула Амалия, глядя на поднятый флаг.

– Примерьте, сударь, вот это, – Николь достала из саквояжа платье с какими-то скрытыми шнурками и лямками.

– Это платье мы изобрели сами, для домашнего театра и прочих потех, – гордо сообщила Амалия, – его можно подгонять непосредственно по фигуре актёра.

Вслед за платьем появились чулки и ботинки.

– А это зачем? – удивился Виктор.

– А ты представь: Выходят две дамы, садятся в карету, и у одной из-под платья выглядывает мужской башмак.

Ботинки были малы, они сдавливали ногу, но выбора у Виктора не было.

– А из тебя дамочка ничего, – сообщила Амалия, когда Виктор был одет, накрашен и припудрен, – вперёд, к свободе! Николь покинет номер чуть позже.

Один из вчерашних шпиков «мирно скучал» в кресле в холле гостиницы. Другой о чём-то разговаривал с портье. Глядя на них, Виктор не смог удержаться от мимолетной злорадной улыбки.

– Не кокетничай, – одёрнула его Амалия, от внимания которой не ускользало ровным счётом ничего, – не дай бог, он воспримет это как приглашение к флирту. И что тогда? Извини, но ближе чем на десять шагов ты похож на даму, как я на Наполеона.

Это сравнение заставило Виктора рассмеяться.

– Я серьёзно.