Виктор
Шрифт:
«Похоже, всё только начинается», – подумал Виктор, но не стал говорить этого вслух.
– Как дела дома?
– Джеймс прислал меня просить твоей руки, – сообщил Виктор после обстоятельного рассказа о положении дел дома, – он хочет, чтобы мы объявили о нашей помолвке.
– А ты не очень-то галантен, – немного обиделась Жозефина, – он хочет… сказал, как будто тебя заставляют силком.
– О нет! – как-то слишком уж эмоционально воскликнул Виктор.
– Нет? – она внимательно посмотрела ему в глаза, – смотри, за помолвкой может
– Для меня это было бы…
– Ты ведь ничего не знаешь обо мне, – что-то в её голосе неприятно задело Виктора.
– Зато я знаю тебя!
– Зря ты так думаешь… Ладно, пора возвращаться в дом – скоро обед.
За столом Виктор познакомился с обитателями дома.
Хозяином и главой семейства был Генри Мак-Роз. Это был весёлый жизнерадостный мужчина приятной наружности, несмотря на заметную полноту. Ему было чуть за пятьдесят, но его светлые густые волосы ещё не тронула седина.
Его жена Стефани была лет на 15 моложе, и для своих лет (немного за сорок) тоже выглядела неплохо. В отличие от мужа она была несколько худа, но это ничуть её не портило. Её нельзя было назвать красивой, но открытый весёлый нрав, изящество и хороший вкус делали её, по меньшей мере, привлекательной особой.
Их девятнадцатилетняя дочь Лора за свой неугомонный характер получила прозвище «Пират в юбке», и, судя по огонькам в больших выразительных глазах, не напрасно. Была она чуть ниже среднего роста и имела совершенно обычную внешность.
Племянница Мак-Розов Гейбл, двадцати пяти лет, тоже не могла похвастаться особенной красотой, но и страшненькой не была.
Также за столом сидели и женихи барышень:
Максимилиан Винс – богатый повеса из Лондона, посвятивший свою жизнь величайшему из искусств, когда-либо доступных человеку, а именно ничегонеделанию. Он был словно списан с множества романов об аристократах-повесах, весело убивающих время, пока смерть или женитьба… Он был помолвлен с Лорой.
Женихом Гейбл был Бертран Элджирон, несколько меланхоличный и взъерошенный, точно художник из второсортной пьесы, молодой человек.
– О, да мы с вами практически соотечественники! – оживился Генри, когда Жозефина сообщила, что Виктор – политический эмигрант из России.
– Правда? – удивился Виктор.
– Далёкие предки Генри носили фамилию Розановы, – сообщила Стефани.
– Да? И что их заставило стать Мак-Розами? – спросил Виктор.
– Желание не привлекать к себе ненужное внимание, – ответил Генри.
– К сожалению, я практически ничего не знаю об этой стране.
– Я бы на вашем месте поостереглась говорить такие вещи в присутствии моего мужа, – с улыбкой на устах сказала Стефани, – о своих предках и о Шотландии он может говорить часами.
– Что ж, в моём лице он обрёл благодарного слушателя.
Этой фразы Виктора было достаточно, чтобы превратить остаток обеда в монолог Генри.
Для Шотландии семнадцатый и восемнадцатый века действительно были далеко не лучшим
В это неспокойное время, а если быть точным, то в 1699 году в Эдинбурге и поселился Макар Фёдорович Розанов с молодой женой Ольгой. Практически сразу же после переезда он сменил своё имя и стал Майком Мак-Розом. Обосновавшись немного на новом месте и узнав, что почём, он весьма удачно приобрёл небольшое, но достаточно ценное поместье в двух днях неторопливой езды от столицы, где, собственно, и жили Мак-Розы. Хозяином Розанов был хорошим, и его дела шли в гору, несмотря на постоянные междоусобицы и войны.
Его сын, Бертран Мак-Роз, сумел значительно увеличить своё поместье. При этом он не потерял лица ни перед англичанами, ни перед шотландцами, которых совершенно искренне считал своими соотечественниками. Он прожил пусть недолгую, но зато яркую и интересную жизнь, полную любви, которую оборвала страшная трагедия…
– Но эта тема требует отдельного разговора, – закончил свой рассказ Генри, когда обед подошёл к концу.
– С нетерпением жду продолжения, – сообщил Виктор, которому действительно это было интересно.
– Но это уже в другой раз. Сейчас меня ждут дела.
– Конечно-конечно…
– Думаю, ты удивишься, узнав, что имеешь непосредственное отношение к истории Мак-Розов, – сказала Жозефина, когда они остались вдвоём с Виктором.
Сразу же после обеда, сославшись на дела, Мак-Розы отправились в кабинет Генри, а молодёжь, как и положено влюблённым, разошлась по укромным уголкам.
– Только не говори мне, что мы – родственники.
– О нет! Вас связывает более прочная связь, нежели кровь.
– Зеркало?! – удивился Виктор.
– Упомянутой Генри трагедией было жестокое убийство семьи Мак-Розов той же ночью, которой был убит и герцог Корнуэльский. Убийцей оказался брат герцога, но, став герцогом после смерти брата, он обвинил во всех грехах Бертрана и конфисковал его земли, благо тот уже ничего не мог сказать в своё оправдание.
К счастью, 12-летнему сыну Бертрана, Габриэлю, удалось спастись. Его спасла няня, которая сумела незаметно вывести мальчика из дома и спрятать в лесу в тайном доме жреца-друида. Впоследствии она была жестоко убита слугами новоиспечённого герцога.