Вилла

Робертс Нора

— Ну и глушь. Прямо пустыня какая-то.

Каттер взглянул в зеркало.

— И не говори. Вот-вот поднимется песчаная буря.

На губах Тео появилась ухмылка, в последнее время заменявшая парню улыбку, но отец был рад и такой реакции.

— Почему обязательно должен идти дождь? — Мэдди откинулась на спинку сиденья, стараясь, чтобы никто не заметил, как заблестели у нее глаза при виде огромного каменного особняка.

— Дождь идет из-за того, что в атмосфере скапливается

влага и…

— Папа! — Ее хихиканье звучало для Дэвида как музыка.

Нет, здесь он восстановит нормальные отношения с детьми, чего бы ему это ни стоило.

— Ну, ребята, пошли знакомиться с Синьорой.

— Мы что, тоже должны ее так называть? — Мэдди с притворным ужасом закатила глаза. — Просто Средневековье какое-то.

— Попробуем для начала «миссис Джамбелли», а там посмотрим. И постарайтесь с ходу ее не шокировать.

— На Мэдди не рассчитывай. Кретинки не могут нормально выглядеть.

— Уроды тоже, — парировала Мэдди, вылезая из машины.

Длинные светлые волосы, в правом ухе три серебряных колечка — даже в жутких черных ботинках на пятисантиметровой платформе и бесформенной черной куртке поверх черного свитера она казалась отцу взбалмошной принцессой.

Тео не был похож на сестру. Высокий, нескладный, вьющиеся темно-каштановые волосы свисают чуть не до плеч. Голубые глаза слишком часто смотрят на мир сквозь пелену юношеского пессимизма. Сейчас он, как всегда сутулясь, стоял рядом с машиной в мешковатых джинсах и такой же мешковатой куртке почти до колен.

Дэвид поднялся по ступеням, затем, остановившись перед резными дверями виллы, провел рукой по густым темно-русым волосам.

— В чем дело, пап? Ты что, нервничаешь?

В голосе сына ему послышалась насмешка, и это не прибавило ему самообладания.

— Оставь меня в покое, ладно?

Тео открыл рот, чтобы по обыкновению вступить в пререкания, но осекся, увидев осуждающий взгляд сестры.

— Не бойся, — сказал он. — Все будет как надо.

— Конечно, — пожала плечами Мэдди. — Подумаешь, какая-то старуха.

— Действительно, — засмеялся Дэвид и нажал на звонок.

— Я открою, Мария. — Пилар, держа в одной руке только что срезанные белые розы, прошла через холл, распахнула дверь и увидела высокого мужчину с двумя детьми. Все трое широко улыбались.

— Добрый день. Что вам угодно?

Совсем не старуха, подумал Дэвид. Просто красивая женщина со свежими розами в руке и удивлением во взгляде.

— Я хотел бы видеть мисс Джамбелли.

— Которую? — улыбнулась Пилар. — Нас здесь много.

— Терезу Джамбелли. Я Дэвид Каттер.

— О, мистер Каттер. Простите, ради

бога. — Она протянула ему руку. — Я не знала, что вы приезжаете сегодня. Входите, пожалуйста. Я — Пилар, дочь Синьоры.

— Вы ее так зовете? — спросила Мэдди.

— Иногда. Вот увидите ее и поймете почему.

— Моя дочь Мэделин. Мой сын Теодор.

— Тео, — пробормотал парень.

— И Мэдди.

— Рада познакомиться. Проходите в гостиную, там горит камин. Надеюсь, путешествие было не слишком ужасным.

— Ничего страшного, — сказал Дэвид.

— Если не считать, что мы ехали целую вечность, — поправила отца Мэдди. — Кошмар.

— Могу себе представить. Давайте ваши куртки.

— Они же мокрые… — попробовал возразить Дэвид, но Пилар не стала его слушать.

— Садитесь, пожалуйста, и чувствуйте себя как дома. Я скажу, чтобы вам принесли выпить чего-нибудь горячего. Кофе, мистер Каттер?

— С удовольствием, мисс Джамбелли.

— Мне тоже, — попросила Мэдди, но отец сказал «нет», и она надулась.

Пилар попробовала разрядить атмосферу:

— Может быть, с молоком?

— Пойдет… Я хочу сказать, спасибо.

— А ты, Тео?

— Да, мэм, спасибо.

— Я сейчас вернусь.

Дождавшись, пока Пилар выйдет из комнаты, Тео плюхнулся в кресло.

— Вот это да! Они, наверное, миллионеры.

— Не клади ноги на табурет, — приказал Дэвид.

— Но это же скамейка для ног, — возразил Тео.

— Вот именно, для ног, а не для грязных ботинок.

— Успокойся, папа. — Мэдди похлопала отца по спине. — Ты ведь как-никак главный управляющий директор.

— И то верно. — Одним прыжком в пять тысяч километров он поднялся на несколько ступенек по карьерной лестнице.

Услышав шаги, он напомнил детям, что нужно встать, но его предосторожность была излишней: когда в комнату входила Тереза Джамбелли, вставали все.

Дэвид забыл, какая она миниатюрная женщина, хотя дважды виделся с ней в Нью-Йорке. Но оба раза после встречи он уносил с собой образ величественной амазонки, а отнюдь не той изящной, стройной дамы, которая сейчас к нему приближалась.

— Добро пожаловать на виллу Джамбелли, мистер Каттер.

— Спасибо, Синьора. У вас красивый дом, и вокруг все очень живописно. Позвольте вам представить моего сына Теодора и мою дочь Мэделин.

— Добро пожаловать в Калифорнию. — Тереза едва заметно улыбалась. — Садитесь, пожалуйста. Пилар, надеюсь, ты к нам присоединишься?

— Разумеется, — сказала Пилар, входя в гостиную.

— Вы должны гордиться своим отцом и тем, чего он добился, — начала Тереза, усевшись в кресло.