Винодел
Шрифт:
Диксон положила телефон в карман. Брикс попытался приподняться, и она помогла ему встать. Он покачнулся, но, опершись на ближайшую бочку, быстро справился с собой.
— Этот ублюдок ударил меня сзади.
— Ты как? — спросила Диксон.
Он расправил плечи, покрутил головой.
— Вроде нормально.
— Вы пропустили самое интересное, — сказала Вейл, потирая шею.
— Где Эдди? — спросила Диксон.
Вейл с Бриксом переглянулись.
— Отведи ее, — хмуро велел Брикс. —
Вейл отвела Диксон в комнатку с бочками и остановилась. Дальше Диксон пошла одна. Она опустилась на колени, поднесла было руку к груди Агбаяни и… замерла. Очевидно, инстинкты копа возобладали над эмоциями: она знала, что прикасаться к телу нельзя. Но какая уже разница?
— Ничего страшного, Рокс, — сказала Вейл. — Не думай об уликах. Попрощайся с ним.
Диксон наклонилась и притронулась к щеке Эдди, ко лбу. Осторожно закрыла ему глаза. Что-то прошептала. Даже со стороны было видно, какую она испытывает боль.
Через пару минут Диксон выпрямилась, встала и вытерла слезы.
— Идем отсюда, — сказала она, убирая волосы с лица.
И вышла первой.
…шестьдесят первая
Брикс вызвал одного из полицейских, дежуривших на периферии замка, и попросил присмотреть за местом, где был убит Агбаяни. Парамедики в светло-серых рубашках, темных штанах и бейсболках увезли Мэйфилда — под усиленной охраной! — в больницу неподалеку от полицейского управления. Брикс от медицинской помощи отказался, заявив, что он в полном порядке и беспокоиться не стоит.
Вейл уже готова была списать эту браваду на мужское самолюбие и нежелание ложиться на носилки, когда поняла, что сама на его месте поступила бы точно так же, и мысленно выругала себя за попытки обнаружить мужские и женские стереотипы в любом поведении. Она знала, что придется сделать над собой усилие: мысли эти прокрадывались к ней в голову через многочисленные препоны.
По дороге в больницу Диксон и Вейл заехали в гостиницу. Робби там не оказалось. Машины на стоянке тоже не было. Похоже, он не появлялся там весь день: в номере с утра абсолютно ничего не изменилось, не считая замененных простыней и уборки в туалете, но это сделала горничная.
— Насколько я понимаю, Робби обычно тебе перезванивает, — сказала Диксон.
— Да, перезванивает.
У кровати стояли новые чемоданы, которые Робби купил пару дней назад. Вейл открыла один и вывалила его содержимое на постель. Там были нижнее белье и носки. Какой-то увесистый предмет скатился на пол.
— Это его мобильный? — спросила, приблизившись, Диксон.
Вейл подняла крышку телефона. Он был отключен. Она включила его, подождала, пока загрузится система и отыщется сигнал, и нажала на «входящие». Там лежали все непрочитанные сообщения от нее.
— Здесь только мои сообщения. Он что, ни с кем больше не общается?
— А за то время, что вы провели
— Нет, — подумав, ответила Вейл. — Но рано или поздно ему должен был кто-то позвонить. А тут пусто. Только сегодняшние вызовы.
— Может, он регулярно чистит «журнал». У меня один друг так поступает. А что там с исходящими?
Вейл подвигала джойстиком.
— Тоже ничего. Что-то тут не так. Ни единоговызова.
— Или он регулярно чистит «журнал», или…
— …кто-то сделал это за него. — Вейл уставилась на телефон, как будто могла одним взглядом восстановить стертые записи. — Я могу отослать телефон в лабораторию ФБР, пусть посмотрят, что записано на чипе. Там же есть какой-то чип внутри?
— Наверное, — пожала плечами Диксон. — Но разве Бюро согласится этим заниматься? Это же не федеральное расследование. В смысле это вообще никакое не расследование. Пока что.
— Друг. У Робби есть друг. Может, он знает, где он? — вспомнила Вейл и полезла в список контактов. — Как же его зовут, черт побери? Себастьян, кажется.
— Нашла?
— Нет.
Вейл закрыла телефон и спрятала его в карман.
— Объяснить пропажу «журнала» мы не можем. Давай посмотрим на это с другой стороны. Если Робби оставил телефон, значит, он собирался вскоре вернуться. Он у тебя бегает?
— Ага. — Оглядевшись, Вейл увидела в углу туфли. Кроссовок не было. — Ладно. Может, он куда-то поехал на пробежку и оставил телефон в номере. Или просто забыл.
— Конечно. Он же в отпуске, а ты работаешь. Он постоянно один. Вполне логично.
— Но почему он не вернулся?
Диксон пробежала глазами по комнате.
— Жалко, что горничная уже прибрала.
Вейл согласно кивнула. Она поняла, о чем говорит Диксон: если здесь произошла драка, полицейский сразу бы все увидел, а горничная вполне могла принять это за обычный беспорядок… или последствия бурного утреннего секса. В любом случае картина была непоправимо нарушена, а улики, если они вообще существовали, уничтожены.
— Я попытаюсь найти хозяев, узнаю, можно ли поговорить с горничной. Мало ли что… Вдруг здесь был такой кавардак, что она запомнила.
— Давай попробуем.
Опустившись на колени, Вейл осмотрела ковер на предмет следов крови. Она буквально проползла по всему номеру, но ничего подозрительного не обнаружила, а в ванной заглянула даже в стоки на раковине и в душе.
Вернулась Диксон.
— Горничная перезвонит. — Она присела на корточки рядом с Вейл. — А я пока позвоню Мэтту Аарону, пусть вызовет сюда криминалиста. Если тут есть невыявленные отпечатки, он их найдет. По-моему, пока не съедешь, горничные не делают генеральную уборку — разве что пылесосят, застилают постель и проводят пару раз тряпкой по столу. — Она похлопала Вейл по колену. — Ладно, идем. Мы и так тут уже изрядно наследили.