Винодел
Шрифт:
— Ах ты засранец! — выпалила она. — Ты чуть меня не убил!
Она хотела было лягнуть его в лицо, но тогда вместе с парой зубов он потерял бы сознание, а ответы были нужны ей незамедлительно.
— Я уже знаю, что тебя еще несовершеннолетним судили за поджог.
— Ни хрена ты не знаешь, — процедил сквозь зубы Фуллер. Боль уже немного улеглась, но стоять он мог только согнувшись.
— Я знаю, что этого хватит, чтобы выкинуть тебя из полиции пинком под зад. Коп, которого подростком судили за поджог, расследует поджог, жертвой которого стал
Она сделала шаг влево в надежде найти пистолет раньше, чем Фуллер набросится на нее или, чего доброго, достанет свой. На втором шаге она наткнулась на что-то твердое.
Фуллер двинулся было к ней, но уже под прицелом.
— Где ты был в ту ночь, когда убили Викторию Камерон?
Он не поднял руки вверх, даже бровью не повел.
— Иди ты… Буду я еще перед тобой отчитываться.
— Это ты поджег мой номер?
Губы его расползлись в ехидной усмешке.
— Вот и ответ.
— Отвали, Вейл!
— Ладно, не хочешь говорить со мной — поговоришь с отчимом. Думаю, шериф будет не в восторге от моих соображений. А очень скоро, подозреваю, найдутся и улики…
Закончить она не смогла, потому что в следующий миг почувствовала острый укол и голова у нее пошла кругом. Земля уплыла из-под ног, ноги стали как ватные — и воцарился мрак.
…двадцать пятая
Едкий запах жег ей ноздри. Кислый вкус обволакивал язык. Лицо овевало прохладным ветром, спина промокла.
Вейл открыла глаза, но ничего не увидела. Хотя нет: отведя взгляд в сторону, она увидела звезды. Она лежала навзничь под открытым небом. Она попыталась привстать, но волна тошноты сразила ее, как сильный грипп. Где она? Почему лежит на земле? Взглянув налево, она увидела резные листья и поняла, что находится в винограднике.
«Как я здесь очутилась? Зачем?»
Справа картина ничем не отличалась: та же темень, те же растения. Плюс пара ботинок. Да не простых, а тех, что носил Скотт Фуллер. Превозмогая головокружение, Вейл с трудом повернулась на правый бок и, опершись на руку, приподнялась. И тут все увидела.
Фуллер тоже лежал на спине, и даже в темноте она заметила, что он не шевелится. Он тоже был обездвижен.
Ее нервная система постепенно оживала. Голова заболела, и Вейл пришлось потереть висок, на котором она сразу нащупала припухлость.
Какой-то запах бил в нос. Хорошо знакомый запах. Кровь.
Она потянулась за «Глоком», но ухватила лишь пустоту.
«Плохи дела… Я без оружия, где-то рядом пролилась кровь… И я, убей бог, не представляю, как сюда попала».
— Скотт! — позвала Вейл, щурясь, чтобы унять головокружение. Встав на четвереньки, она принялась ощупывать землю в поисках пропавшего пистолета.
«Минутку. Я ехала за кем-то. Фары…»
Пистолет так и не нашелся. Она повернулась направо, чтобы хоть как-то сориентироваться и не затоптать собственные следы.
«Эта машина пыталась столкнуть меня
Поиски вновь не увенчались успехом.
«Фуллер. В той машине был Фуллер. Он хотел столкнуть меня с дороги. Руни… Закрытое личное дело… Ублюдок!»
Вейл поползла к Фуллеру, чтобы забрать его пистолет. Потом нужно будет привести его в чувство и выяснить, что он, черт побери, с ней сделал. И зачем. Только тогда — и то она не была уверена в этом на сто процентов — она его убьет. По крайней мере, таков был план.
Нащупав ботинки Фуллера, она с силой за них дернула, но даже от этого несложного движения ее затошнило.
— Фуллер!
Он не отозвался. Она схватила его за рукав, чтобы хорошенько встряхнуть, но ткань оказалась влажной. И пропитана она была не водой, а какой-то густой, склизкой жидкостью. Кровью.
«Значит, это его кровью пахнет?»
Отстранившись, она вытерла руки о блузку и попыталась разглядеть, откуда именно идет кровь. Потрогала запястье. Пульс не прослушивался.
«Господи, да что же тут случилось?!»
Стычка с Фуллером. Что-то острое… Она поднесла правую руку к шее. Что-то острое впилось ей в шею, это она помнила. Но если Фуллер мертв, почему она жива?
И если сжечь ее заживо пытался он, то кому было выгодно убить его и пощадить ее?
Мобильный… Надо кому-то позвонить. Робби… Диксон… Где же она оставила телефон?
«Ну же, Карен, напрягись».
Ее «блэкберри» нашелся довольно быстро — он лежал неподалеку, — но номеров Робби и Диксон в нем не было. «Новый телефон, черт побери!» Она перешла в папку «принятые вызовы». Вашингтонский номер, это Руни. Она нажала «перезвонить» и приготовилась ждать. Ей ответили после первого же гудка.
— Карен, что стряслось?
Голос его звучал громче обычного, как будто он говорил через гарнитуру.
— Очень много всякого, Арт. Я ничего не понимаю. Мне, кажется, что-то вкололи…
— Вкололи? Где ты?
Она огляделась по сторонам. Не видно ни зги.
— Черт знает где. В каком-то винограднике. Больше ничего не знаю. Помню только, что ехала по Силвер… Силверадо Трэйл, вот. Мне показалось, что за мной хвост. Это оказался Скотт Фуллер. Он попытался столкнуть меня с дороги, мы попали в аварию, я вышла из машины и… Не знаю. Мы поругались. Из-за того поджога. Я с ним говорила… я спросила, не он ли убил Викторию Камерон. Потом укол — и все, темнота. Я пришла в себя на земле, голова кружится… Фуллер погиб.
— Погиб? Как?
— Не знаю. Кровь. Вся грудь в крови. Я пощупала пульс — ничего. А телефон… У меня же новый телефон, который ты дал мне после пожара. Списка контактов еще нет, так что я не знаю ничьих номеров…
— Карен, слушай меня внимательно. Я позвоню детективу Эрнандесу, а потом Бриксу.
— Позвони Диксон. Роксане Диксон.
— Ладно, и ей позвоню. Ты как вообще? Дождешься их?
— Я… да вроде в норме. Попроси, чтобы Робби позвонил мне. Я попытаюсь объяснить ему, как сюда проехать.