Винодел
Шрифт:
— Мой босс называет меня маньякомагнитом.
— Как-как?
— Именно так. — Она уклонилась от медика, щупающего ее висок. — Труп лежит в винограднике, слева от перевернутого «крайслера». Это Скотт Фуллер.
— ДетективСкотт Фуллер?
— А в городе есть другие Скотты Фуллеры?
— Не очень-то удачная шутка, агент Вейл. Скотт был нашим коллегой.
— А еще он хренов поджигатель! Он пытался убить меня. Дважды. Так что извини, если я не надену по нему траур.
Глаза Аарона сузились
— Так что же тут случилось? Чего мне ждать?
— Он напал на меня. Врезал со всей дури. — Вейл развернулась так, чтобы он увидел ее опухший висок. — Я подобрала пистолет, который он выбил у меня из рук, и начала допрос, когда что-то кольнуло меня в шею — и дальше я ничего не помню. Когда я пришла в себя, Фуллер был уже мертв. Извини, что наследила: мысли путались, голова шла кругом, я ползала в поисках «Глока». Но, ясное дело, там присутствовал кто-то еще, так что на твоем месте я бы поискала третий оттиск подошвы.
— «Ясное дело»?
— Человек, который вколол мне эту гадость, подошел сзади.
Смерив ее презрительным взглядом, Аарон направился к машине.
— Никуда не уходи! — крикнул он. — Я вернусь на пороховую экспертизу.
— Не обращай на него внимания, — сказала Диксон. — Я знаю, что вы со Скоттом не ладили, но он же был местной знаменитостью. Многие считали его вундеркиндом. И о Стэне Оуэнсе не стоит забывать.
За спиной у нее зашуршали колеса, сверкнули огни фар.
— Легок на помине, — сказала Диксон.
Вейл поморщилась от холодного компресса, наложенного Маркусом.
— Будь готова.
— К чему? — спросила Вейл.
— Оуэнс — славный парень, но злить его не рекомендуется. А новость, что твоего пасынка убили, никому не поднимет настроение.
Оуэнс обменялся парой фраз с Бриксом, который помогал Аарону выгружать из багажника «солнечные» прожекторы и треноги. Прижимая к голове компресс, Вейл пыталась издалека считать его язык тела. Вот он понурился, поднес ладони к лицу, обхватил голову руками, направился к «крайслеру». Брикс преградил было ему дорогу и что-то сказал, но Оуэнс уклонился и прошел дальше. В его покрасневших глазах отражались огни мигалки. Он посмотрел на Вейл, и она поняла, что ничего хорошего ждать не приходится.
Как будто прочитав ее мысли, Робби пробормотал:
— Черт, сейчас начнется!
— Я так понимаю, тебе знакомо выражение «дело пахнет керосином»? — спросила Вейл у Диксон.
Оуэнс приближался неспешным, уверенным шагом. Взгляд его был прикован к Вейл, которой оставалось лишь рассматривать собственные туфли. Ей было очень жаль Оуэнса и не хотелось устраивать скандал.
— Что ты сделала с моим сыном, сука? — спросил Оуэнс, когда их разделяла лишь пара шагов.
Вейл вытянула свободную руку в примирительном жесте и склонила голову, будто хотела сказать: «Я не виновата». Но в этот миг Оуэнс ринулся на нее и наверняка ударил бы, если бы Робби
— Примите мои соболезнования, шериф, — сказал Робби, глядя на лежащего Оуэнса. — Но подумайте сами. Агент Вейл не имеет никакого отношения к гибели вашего сына. Это он на нее напал. Если вы сейчас не способны оценить ситуацию объективно, то вам лучше уйти, и пусть ваши ребята занимаются своим делом.
Вейл незаметно тронула Робби за плечо. Оуэнс поднялся. Это был мужчина среднего роста, примерно метр семьдесят восемь, — стало быть, где-то на двадцать три сантиметра ниже Робби. Он больше не рвался к Вейл, только бессильно сцепил зубы.
Из-за беспрерывного мелькания синих и красных огней наступившая тишина казалась еще более зловещей.
Брикс подошел к Оуэнсу, обнял его, развернул и увел в сторону, посмотрев на Вейл через плечо. Но она не успела разгадать, что написано в этом взгляде. Попытка извиниться? Отвращение? Было слишком темно. Может, первое. А может, и второе.
Парамедик, присев, принялся собирать инструменты, но Диксон его остановила.
— Погодите. Я хочу, чтобы вы взяли кровь на анализ.
— Кровь на анализ? Я такого не делаю.
— Я знаю. Но кто-то должен это сделать. Прямо сейчас.
Оглядев людей, столпившихся вокруг, Маркус снова присел, раскрыл чемоданчик и достал запечатанный шприц.
— Зачем это?
— Минуточку, — сказала Диксон, кого-то высматривая.
Она достала телефон и позвонила. Вейл увидела, как Аарон, залитый ярким светом прожекторов, направленных на тело Фуллера и прилегавшие заросли, достал свой мобильный. Сказав что-то, он положил телефон обратно в карман.
— Надеюсь, препарат еще не вышел из твоего организма, — сказала Диксон Вейл. — Если помедлить, он весь…
— Ага, поняла. Спасибо.
— Я просто стараюсь сохранять спокойствие и выполнять свою работу. Аарон сказал, что сейчас подойдет, сделает тест на наличие остатков пороха.
Маркус надел перчатки и, зажав левую руку Вейл у себя под мышкой, перетянул ее резиновым жгутом.
— Когда закончим с кровью, я дам вам стерильный контейнер. Спрячьтесь за машиной, помочитесь и закройте крышкой. Это, конечно, не лучший вариант, но приходится импровизировать.
Робби потянулся и размял плечи.
— Значит, этот НЕПО становится все наглее. Он, видно, ехал за вами, а потом уколол тебя и убил Фуллера.
— Пока мы не узнаем больше — а я уже не уверена, что это случится, — будем придерживаться этой версии, — сказала Диксон. — Но почему он оставил Карен в живых? И зачем убил Скотта?
«Хорошие вопросы».
Вейл опустила рукав и встала.
— Возможно, он просто хотел доказать, что сумеет уйти от ответственности. Он таким образом демонстрирует свои безграничные возможности. Убить копа — это означает получить полный контроль. Почему Фуллера, а не меня? Не знаю. Может, он просто стоял к нему спиной.