Виновата любовь?
Шрифт:
– Как ты, дорогая моя?
От ее обычного памятного приветствия у меня ком встал в горле, и я уткнулась ей в плечо. Прохожие с интересом поглядывали на нас, но нам было все равно.
– Жива-здорова, хотя и малость не в себе. – Кажется, ответ точно и исчерпывающе описывал ситуацию.
– Значит, все по-прежнему, – откликнулась Сара, беря меня под руку и направляясь к ресторану. – Давай-ка уйдем с холода, и ты расскажешь мне обо всем поподробнее. На Сент-Люсии, кстати, сейчас куда теплее, чем здесь, – озорно
Усевшись и сделав заказ, мы повернулись друг к другу и одновременно спросили:
– Ну, так как на самом деле – память вернулась?
– Ну, как вы съездили?
Мы рассмеялись. Кто-то должен был уступить.
– «Ой, извини, моя амнезия и травма головы куда важнее такой банальщины, как свадебное путешествие», – проговорила за меня Сара.
– Ладно, – улыбнулась я. – О чем хочешь услышать сперва? О нападении, которого я не помню, или последующие пикантные подробности?
Загорелое лицо Сары озарилось предвкушением.
– Конечно, пикантные подробности. – Но едва я раскрыла рот, как она тут же передумала: – Нет, знаешь, расскажи лучше все по порядку, до последних мелочей.
– История длинная, – предупредила я. – У вас ведь с Дэвидом скоро поезд, разве нет?
– Если не появлюсь, уедет без меня, подумаешь. Мы и женаты-то всего ничего – может, и не хватится.
Я очень в этом сомневалась, но все же, подкрепившись хорошим глотком вина, начала пересказывать все, что произошло с самого вечера ее девичника. Сара увлеченно слушала, впитывая каждое слово и то и дело выспрашивая детали. Особенно ее заинтересовала моя альтернативная реальность – куда больше, чем всех остальных.
– Ой, а какая я там? Пожалуйста, скажи, что высокая, стройная красотка! Нет, лучше скажи, что Кейти стала жирной уродиной. Вот было бы круто!
Я рассмеялась.
– Жаль тебя разочаровывать, но она выглядит еще шикарней, чем прежде. Правда, и стервозности в ней прибавилось.
Сара поджала губы.
– Это я себе как раз легко представляю.
Я бросила на нее осторожный взгляд. Когда дело касалось Кейти, Сара в выражениях не стеснялась. Я рассказывала все по порядку, поэтому до перехваченного мной звонка еще не дошла, но не сомневалась, что у нее найдется что сказать о нем.
– То есть эта твоя другая жизнь, которую ты считала настоящей, – действительно тихий ужас? У кого рак, у кого шрам на пол-лица, кто вообще умер. И ничего хорошего из того, что было потом в твоей жизни, попросту не случилось. Правильно я поняла?
– Ну, в двух словах… именно так.
– И ты все равно всем вокруг упорно пыталась доказать, что тебе нужно вернуться обратно?
– В общем, да, – ответила я, хотя и понимала, куда она клонит.
– Тогда остальные правы – ты точно чокнутая. Тебе никто не говорил,
Только Сара могла назвать меня сумасшедшей так, словно это была просто очаровательная черточка характера.
– Я понимаю, о чем ты. Но я все равно хотела «вернуться», если можно так сказать, – я же считала ту реальность настоящей. Однако теперь уже не хочу – после позапрошлой ночи.
– О-о, у вас что-то было с Мэттом?
Я сделала длинную паузу, понимая, насколько невообразимо, ни в какие ворота прозвучит ответ.
– Нет. С Джимми.
Могу поклясться, на секунду загар на лице Сары побледнел, а глаза недоверчиво расширились.
– Простите, – поймала она за руку спешившего мимо официанта, – не могли бы вы принести нам еще бутылку вина?
* * *
Не знаю, какой реакции я ожидала от Сары, рассказывая о произошедшем в гостинице. Наверное, шока или даже разочарования тем, как легко я готова была изменить Мэтту. Чего я точно не ожидала, так это полного и недвусмысленного одобрения.
– Давно, черт побери, пора.
– Что?!
– Ты слышала.
– Я-то слышала, но ты меня вообще слушала? Он меня отверг. Просто не захотел. Можешь называть меня чокнутой, но что в той, что в другой моей жизни это значит только одно – я ему не нужна.
– Глупости! – возразила Сара. – Ничего это не значит. Для Джимми никого, кроме тебя, во всем мире не существует. Так всегда было.
– Ты не видела его в тот момент. Он на меня буквально смотреть не мог. Чуть ли не выбежал из комнаты!
– А ты говорила с ним об этом потом, на следующий день? Пока вы ехали домой?
– Нет, – с несчастным видом ответила я, вспомнив то кошмарное возвращение. – Ни я, ни он так и не осмелились поднять тему. Нам было слишком стыдно. Я чувствовала себя просто раздавленной от унижения.
Сара потрясла головой.
– Ты ошибаешься. Знаю, ты его последние несколько лет не видела, но поверь мне – Джимми любит тебя все так же, как в школьные годы.
– Вряд ли, – мрачно откликнулась я.
– Посмотрим.
Разговор зашел в тупик. Больше сказать о той ночи было нечего, и мы, к моей искренней радости, перешли к более приятной и простой теме – свадьбе и медовому месяцу Сары. По пути в ресторан она как раз забрала пробный вариант свадебных фотографий, и мы, покончив с едой, разложили увесистый альбом на столе.
Никогда еще я не видела более прекрасной, сияющей счастьем невесты. Переворачивая тисненые листы, я ужасно жалела, что не смогла разделить с ней этот невероятный момент. Кажется, Сара поняла это по моей грустной улыбке, когда я задержала взгляд на фотографии, где они с Дэвидом весело смеялись под дождем из конфетти.