Виновата любовь?
Шрифт:
– Нет, не пошла, – ответила я, надеясь, что яда в моем голосе меньше, чем мне самой представлялось. – Все, видишь ли, изменилось после…
Она кивнула, кажется, слегка пристыженная тем, что так некстати свернула на скользкую тему. Но только я приписала ей хоть какие-то человеческие чувства, как она опровергла мои заблуждения. Демонстративно откинув роскошную гриву волос, Кейти приблизила лицо к зеркалу, будто высматривая несуществующие изъяны. Вид то ли собственного безупречного отражения, то ли моего, изуродованного
– Рейчел, только не обижайся… ты не думала к кому-нибудь обратиться, чтобы что-то сделать с лицом? Ты ведь была такой хорошенькой.
«Была», значит? Ну-ну. Я едва поборола желание в ответ захлопать глазками и невинно спросить: «С лицом? А что с ним не так?» – пусть выкручивается. Может, меня и угнетал мой внешний вид, но ни к какому пластическому хирургу я не собиралась. Обойдусь без ее рекомендаций. Объяснять – такая пустышка все равно не поймет. По моему мнению, я заслуживала этот шрам, хотя даже отец и Сара, поднимавшие ту же тему – только с гораздо большим тактом – еще давным-давно, считали, что напрасно я себя казню.
К счастью, в этот момент открылась дверь и в туалет с почти комической поспешностью ворвалась Сара. Окинув нас обеих проницательным взглядом, она тут же оценила ситуацию. В ее глазах вспыхнул памятный мне по ссорам в прошлом огонь, но я чуть заметно качнула головой, и тот нехотя угас. Пара теплых слов в адрес Кейти остались, по счастью, невысказанными.
– Я что-то пропустила, девочки? Вечеринка теперь здесь? – пропела Сара, присоединяясь к нам у зеркала и беря меня под руку – жест солидарности, который понял бы и последний тупица.
Кейти, может, стала и бесчувственной, но не тупой.
– Нет-нет, мы с Рейчел просто заболтались. Давайте вернемся к остальным, – проговорила она, однако все-таки не удержалась, пустила последнюю отравленную стрелу: – Мэтт, наверное, уже беспокоится, куда я подевалась.
Если и так, он и вида не подал, когда мы возвратились к столу.
Усаживаясь на свое место, я уловила обрывок разговора, которого страшилась весь вечер. Сердце забухало в груди, словно кузнечный молот.
– …такая нелепая, трагическая гибель, отличный был парень… – горячо рассказывал Фил Дейву. Тот что-то неопределенно мычал в ответ – Сара, очевидно, его предупредила. – Тот вечер все перечеркнул, все пошло по-другому для каждого из нас.
Молчание, повисшее за столом, служило лишним подтверждением его слов. Не поднимая взгляда от скатерти, я буквально кожей почувствовала, что все смотрят на меня. Я действительно пострадала больше других – и шрам на лице не шел ни в какое сравнение с теми, что остались у меня на душе.
– Ребята,
– Да-да, конечно, не будем, – поспешно согласился Фил.
Я знала, что теперь все многозначительно и сочувственно переглядываются, косясь в мою сторону. Невыносимо потянуло оказаться среди равнодушных стен своего номера в гостинице.
– Не хочу нарушать праздник, – начала я, и в ответ послышался хор виноватых протестов, – и это правда не из-за… Джимми. – Я не сразу смогла выговорить имя. – Просто страшно разболелась голова, так что, если вы не против, с меня на сегодня достаточно.
Сара начала было возражать, но интуиция, приобретенная за годы нашей дружбы, заставила ее передумать.
– Да, солнышко, конечно. У всех был нелегкий день…
Она что, намерена свернуть вечеринку? Мне стало стыдно.
– Нет-нет, Сара, вам расходиться ни к чему. Еще ведь даже кофе не принесли. Я возьму такси до гостиницы. Пожалуйста, не нужно из-за меня прерывать праздник. Прошу.
Я поднялась на ноги. Сара еще колебалась, но тут вмешался Дейв.
– Давай я провожу и поймаю тебе такси, – предложил он. – А Тревор пока закажет всем кофе и бренди, да?
Я благодарно улыбнулась. Неудивительно, что Сара его любит.
– Не надо такси, – вмешался вдруг знакомый угрюмый голос. – У меня машина снаружи, я отвезу Рейчел.
Неожиданное предложение застигло меня врасплох – после приветствия Мэтт за весь вечер ни словом со мной не перемолвился. Прежде чем я успела ответить, он поднялся и небрежно коснулся губами лба Кейти.
– Я недолго, – пообещал он и повернулся ко мне: – Ну, идем?
Я собиралась уже отказаться, сказать, что это ни к чему, что мне проще взять такси, но потом увидела Кейти. Та смотрела так, будто не верила своим ушам; ее лицо выражало смесь ярости и негодования. Это решило все. Я знала, что поступаю некрасиво, но за ней был должок. Зря она так вела себя в туалете.
– Простите, что рано вас покидаю. Увидимся в субботу, на свадьбе. Всем пока.
Я двинулась прочь от стола, и рука Мэтта легонько коснулась моей талии, направляя в сторону от официанта, несшего поднос с кофе. Сзади донесся нестройный хор «пока». Голоса Кейти, однако, слышно не было.
Снаружи стоял бодрящий декабрьский морозец. Мэтт не спешил убирать ладонь, и я подчеркнуто отстранилась, освобождаясь.
– Вон туда, – показал он, направляя пискнувший брелок на что-то низкое и обтекаемое, отблескивавшее черным под ярким светом фонаря.