Виолетта
Шрифт:
– Что касается моей охоты за богатым мужем, признаться, я еще не решила, кого выбрать. Вы, леди, знаете их гораздо лучше меня. Кого бы вы посоветовали? Сами понимаете, женщина должна быть осмотрительной.
К несравнимому удовольствию Виолетты, Клара даже разинула рот от изумления.
– Я понимаю, у Джеффа Рандольфа больше денег, но он инвалид. С другой стороны, Харви гораздо старше. Конечно, он больше будет ценить молодую красивую жену. Как вы полагаете?
– Полагаю, вы самая безобразная хищница, с которой я когда-либо
– Такая же безобразная, как вы? Вы мне льстите.
– Вам никогда никого не удастся завлечь в этом платье.
– Я завлеку того, кого собираюсь. И вообще, Клара, закрой рот. Ты похожа на выброшенную на сушу рыбу. Успокойтесь обе. Я здесь вовсе не для того, чтобы отбивать у вас мужей. Но уж если соберусь это сделать, вам меня не остановить, – заявила Виолетта и направилась к выходу.
– Я не позволяла тебе называть меня по имени! – взвизгнула Клара. – И не смей поворачиваться ко мне спиной. Я еще не закончила с тобой разговаривать.
Виолетта никак не отреагировала на это замечание, и Клара бросилась за ней, выкрикивая на ходу:
– Тебе никогда не выйти замуж за Джеффа Рандольфа, как бы ты не пресмыкалась перед его семьей. Меня не одурачишь. Тебе не нужен Харви Макки. Ведь у него нет и десятой доли богатства Джеффа. Ты пришла с Харви только для того, чтобы заставить Джеффа ревновать. Это всем известно. Люди смеются над тобой!
Виолетта повернулась к Кларе.
– А как они об этом узнали? – спокойно спросила она.
– Я им об этом рассказала, – высокомерно ответила Клара.
Виолетта вдруг поняла, что больше не может здесь оставаться. Она уже не хотела бросать вызов ни Кларе, ни кому-то другому. Только бы поскорее покинуть эту гостиную, этот бал! Виолетта еще не знала, как объяснить все Харви, но решила не задерживаться здесь ни минуты.
Она повернулась и направилась к выходу. Клара снова бросилась следом, но подруга схватила ее за руку.
– Оставь, ты уже и так достаточно сказала.
– О нет, я еще сказала далеко не все, – возразила Клара.
Виолетта не обращала внимания на то, что разозленная миссис Рабин неотступно следует за ней. Ей хотелось только найти Харви и попросить его немедленно увезти ее домой, пока она еще могла сдерживать слезы.
Увидев Виолетту, Харви прервал разговор и направился к ней. Виолетта взяла его за руку, потом наклонилась, чтобы прошептать ему на ухо свою просьбу. В этот момент она неожиданно заметила Джеффа.
Глава 23
Виолетта с ужасом уставилась на Джеффа. Сердце ее почти перестало биться. Она видела, что он поражен, и понимала, что должна что-то сказать в свое оправдание. Однако 6 голову не приходило ни одной здравой мысли, кроме того, за спиной у нее стояла Клара, готовая исказить каждое ее слово и обо всем растрезвонить собравшимся. Зная об этом, Виолетта просто потеряла дар речи.
С трудом взяв
– Я неважно себя чувствую. Мне нужно домой.
– Вы заболели? – спросила Роза.
– Может, лучше сначала прилечь? – предложила Айрис. – Поездка в экипаже лишь повредит вам.
Виолетта снова посмотрела на Джеффа, но не заметила в его глазах ни заботы, ни сочувствия, только страдание и гнев. Судя по всему, он ушел в себя и стал для нее совершенно недосягаем.
– Спасибо, я лучше поеду домой.
– Почему бы тебе не отвезти ее. Джефф? Ты ведь не собирался оставаться, – сказала Роза.
Не удержавшись, Виолетта опять взглянула на Джеффа, надеясь, что надежда не так явно читается на ее лице. Она отчаянно хотела побыть с ним несколько минут наедине.
– Мисс Гудвин приехала сюда с Харви. Зачем же мне вмешиваться, – проговорил Джефф.
За этой ледяной вежливостью скрывалось столько яда, что Виолетте стало ясно: Джефф не собирается больше иметь с ней никаких дел. Еще никогда она не видела его таким официальным и равнодушным. Только в глазах Джеффа угадывалась мучительная боль. И причиной этой боли была она, Виолетта Гудвин.
Совершенно очевидно, записка мисс Сеттл не объяснила ему ситуацию. Конечно, настоящий момент не слишком-то подходил для оправданий, но Виолетта решила попытаться.
– Вы, возможно, думаете, что я здесь делаю… – начала она.
Джефф яростно сверкнул глазами и оборвал ее:
– Меня никогда не интересовали янки. Я знаю, они способны на все.
Несмотря на боль и унижение, Виолетта почувствовала, что тоже начинает сердиться. Джефф обвинял ее, не давая ничего объяснить. Он поступал так, как всегда, когда ему было плохо.
– Надеюсь, вы не думаете…
– Я уже сказал, меня не интересуют ваши мотивы, – снова перебил Джефф. – Зачем думать о чести, если вы уверены, что ее не существует.
Виолетта окончательно вышла из себя. Почему он считает, будто у него одного есть чувства, что его одного можно обидеть или оскорбить?! Признаться, Виолетта порядком устала от этой самовлюбленности. Как бы она ни любила Джеффа, возникал вполне закономерный вопрос: а способен ли он любить кого-либо, кроме себя самого?
– Вы тоже не слишком-то обращаете внимание на честь, когда дело касается вашей отсутствующей руки.
– О, вы заметили, что у меня нет руки? – Джефф помахал пустым рукавом.
– Как же я могла этого не заметить, если она является смыслом вашего существования, – ответила Виолетта. – Трудно даже представить более подходящий символ вашей жизни. И этот символ служит для того, чтобы приносить другим неприятности.
Схватив шаль, Виолетта с рыданием выскочила за дверь,
Джефф молча проводил взглядом Виолетту и Харви. Его сердце разрывалось от боли. Но Джефф не хотел, чтобы кто-то узнал, что Виолетта не желает танцевать с одноруким и что он любит эту женщину.