Визит
Шрифт:
Следовавший за ним огромный макет павлина, Сопровождался другим ритмом и мелодией. На голове птицы, как корона, извивалась новая, смуглая красавица. Подобно змеям, нитки бус обвили её тело, делая его более тонким и притягательным. Валентин вновь был покорен. Юм, молчавший все это время, подал голос:
– Это безобразие!
Барон, дымя сигарой, хмыкнул, по-видимому, выражая солидарность с ним.
Валентин, решив не отставать, смущенно кашлянул, и неуверенно заметил:
–
– Хорошо, что Катерина послушалась меня и оделась более прилично.
Краешком глаза, Светлана заметила гримасу, которую скорчила Катерина в ответ на слова друга. К счастью ее, кроме Светланы никто не увидел. Позади снова послышался голос Юма:
– Валентин, я не это имел в виду. Безобразие, что они вообще прикрыты! Что за издевательство! Завтра, половина населения окажется больной. Ну ладно не думают о себе, пусть хоть о туристах побеспокоятся! Каково им завтра, поутру, лететь домой или сидеть в аэропорту?
– Что мне в тебе нравиться, так это забота о ближнем, - с нежностью проговорил Барон.
– Да, все в трудах и трудах, - пожаловался Юм,
– Что же ты предпримешь? Как поможешь будущим больным?
– Указывая коротким кивком на волнующуюся толпу людей, спросил Барон.
Танцовщица на птице поравнялась с балконом. Катерина, которая чудом умудрялась, и следить за шествием и одновременно не упускать нить разговора, происходящего за ее спиной, обернулась:
– Юм я тебя очень прошу, не порть людям праздник
Кот возмутился:
– Я разве порчу? Разве я порчу этим?
дружный вздох пронесся над толпой, он выражал даже какое-то облегчения словно, то чего они так долго ждали, наконец, свершилось. Бусы, обвивающие девушку, посыпались вниз, на дорогу, сверкая в свете прожекторов яркими искрами, обнажая изящную фигуру танцовщицы.
– Кашу маслом не испортишь, - важно изрек Юм.
Барон присвистнул, и с широкой улыбкой поинтересовался:
– И это твоя забота? Ты уверен, что она поможет?
– Вполне, - отрезал кот.
– Сдается мне, эффект будет обратный, - засомневался Барон.
А танцовщица будто и не заметила случившегося, весело вертела крутыми бедрами, потряхивала грудями. Зрители, поддерживая ее криками, восприняли всё как должное.
Павлин уплыл за поворот, уступая место группе с шестом. Его нес мужчина, одетый под шамана. Шест высотой в пять метров, венчался диском, изображающим солнце. Длинные ленты всех цветов ниспадали с его кроны, опускаясь к людям, окружающим парня. Украшенные, оранжево-алыми перьями, они пританцовывали и звенели украшениями. Дойдя до места, где столь внезапно обнажилась танцовщица на павлине, они неожиданно остановились. Добрая половина группы, синхронно, выбросив ноги, опустилась на асфальт. Шест заметно покосился, увлекаемый лентами вниз.
–
Упавшие стали неуклюже подниматься на ноги, стараясь не выпасть из ритма.
Зрители громко засвистели, послышался смех. Следующая за ними группа напирала, вынуждая "шамана" со своими лентами и свитой неуклюже, поспешно освободить место, дабы не образовалась свалка. Все ещё по мере возможности, согласовывая движения в такт бою барабана, группа потерпевшая неудачу скрылась за поворотом, где до них уже исчезли "корабль“ и “павлин”.
Катерина, сверкая глазами, обернулась и смерила уничтожающим взглядом стоящих позади:
– Кто это сделал?
– Что?
– невинным голосом поинтересовался Барон.
– Это, - ответила Катерина, считая столь короткое слово достаточным пояснением.
– "Этого" никто не делал, - любезно улыбнулся Барон.
Юм солидарно кивнул.
– Почему же они упали?
– Бусы, - бросил Барон, разъясняя ситуацию.
Юм же пояснил все более подробно.
– Бусы рассыпались. Наступив на них, танцоры упали. А как не упасть… бусы то круглые. Так и катятся.… Вот они и покатились…
– Достаточно, - остановил его Барон. Указав глазами вниз, заметил: - Вот и другие "покатились".
Усилившийся смех в толпе, подтвердил его слова. Теперь уже многие зрители, с интересом ожидали следующую группу скорее, не из желания увидеть их выход, а посмотреть, не поскользнуться ли они тоже. Делались ставки, заключались пари. Жизнь забурлила с новой, силой.
Глаза Юма заискрились азартом.
– Сейчас оргию устроим, - заговорщицки прошептал он.
Вся одежда: перья, бусы, материя, внезапно потеряв застежки, тесемки, кнопки, пуговицы, булавки, завязки, полетела вниз. Оставляя фигуры танцующих без прикрытия.
– Хватит, - остановил Юма, Барон.
– Я вижу, ты мало знаешь об оргиях.
– Научи, - оживился кот.
– Как-нибудь, - неопределенно пообещал Барон.
Карнавальное шествие, как ни в чем не бывало, продолжалось. Обнаженные танцовщицы, словно, получив возможность показать себя во всей красе, весело и зажигательно отплясывали танец. Зрители, подбадривая, свистели и кричали что-то.
Спустя пару часов, Амон и Барон исчезли, предупредив остальных, что этой ночью они покидают Бразилию и посоветовали не задерживаться на карнавале.
Разочарованно вздохнув, Катерина и Светлана пообещали скоро прийти, оставив всякую надежду дождаться восхода солнца вместе с жителями и гостями Рио-де-Жанейро. Что касается Валентина и Юма, то они были, полностью удовлетворившись происшедшим, скучали. Карнавал утратил для них свое очарование.