Вкус огня

Хауэлл Ханна

— Ты не найдешь мужчины, способного дать тебе такое наслаждение, Антония. Ты моя.

— А ты мой, Ройал Бенкрофт? Если ты считаешь, что поставил на мне свое клеймо, скажи, поставила ли я свое на тебе?

Он ответил не сразу. Вопрос Антонии не покоробил его. Более того, Ройал счел его справедливым. И хотя она требовала обязательств, речь не шла о любви или о браке. Ройал думал, что если бы Антония добивалась этого, то спросила бы напрямую. Он нахмурился, внезапно поняв, что разочарован. Ему захотелось слышать

слова о любви. Ройал, однако, не собирался предлагать ей любовь или брак, поэтому вернулся к тому, о чем она спросила.

— Да, думаю, это так и есть, — наконец ответил он. — Я не испытываю ни малейшего влечения ни к одной женщине с тех пор, как ты вошла в мою жизнь.

— А я, — промолвила Антония, стараясь не показать, что его слова доставили ей удовольствие, — я всегда помню тебя, твои волосы, глаза.

— Вот и я тоже. Каждый раз, когда называют имя Хуана Рамиреса, мне представляются твои чудные глаза и светлые, как пшеница, волосы.

— Может быть, жизнь моя, нас связала судьба?

— Вот и я начинаю так думать.

Антония потянулась к нему и положила щеку на его грудь. Ей было так хорошо с ним! Конечно, чувство собственности — это еще не любовь, но оно доказывает, что она не безразлична ему. Антония любила Ройала так сильно, что была счастлива, даже ни на что не надеясь. Он попал в капкан страсти так же, как и она. И пока этот капкан удерживает его, Ройал действительно принадлежит ей.

Ройал хотя и задремал, но почувствовал: что-то изменилось. Антония обнимала его как женщина, имеющая права на мужчину. Однако у него не возникло ощущения, будто он попал в ловушку. Ройал понимал, что Антония не станет удерживать его, если он захочет уйти.

Ройал решил серьезно подумать об Антонии, не беря при этом в расчет свою страсть и влечение к ней. Но сейчас он очень устал. Когда Антония покинула его, Ройал спал плохо. Он вспомнил те беспокойные ночи сейчас, когда она снова была с ним и его голод был удовлетворен. Да, об этом придется поразмыслить, но прежде надо поспать.

Антония внезапно проснулась. Инстинкт, выработанный за одиннадцать лет жизни с человеком, который вел жизнь, полную опасностей, заставил ее насторожиться. А Ройал блаженно спал в ее объятиях.

Осторожно вытащив из-под подушки револьвер, Антония обвела глазами темную комнату, ничего не обнаружила и посмотрела на дверь. Она не удивилась, увидев, что та тихо приоткрылась, а только напряглась, готовая дать отпор.

В комнату проскользнул одетый в темное мужчина и прикрыл дверь за собой. В его руках был револьвер. Подойдя к кровати, он поднял его и направил на Ройала.

Антония заметила злобную улыбку убийцы. Она знала: бандиту известно, что им трудно дотянуться до оружия, поэтому он считает их беззащитными. Когда он взвел курок, Антония сделала то же самое. Неужели кто-то из людей Рауля подумал, что она ляжет в постель безоружной?

Антония не сомневалась, что это человек Рауля, ибо тот привык убивать по ночам.

Когда бандит прицелился, Антония сделала молниеносное движение, испугавшее его. Выстрелив, она выбила револьвер из его руки, потом выстрелила снова, попав ему в предплечье. Бандит, застонав, бросился к двери. Антония вскочила и выстрелила ему в ногу. Она сделала то, что задумала. Теперь бандит не мог удрать, но был ранен не тяжело. Значит, он даст им нужную информацию.

— Бог мой! Надень хоть что-нибудь! — Ройал бросил ей свою сорочку. — Сейчас сюда сбегутся все, услышав эти выстрелы.

Едва Антония надела сорочку Ройала, а он натянул штаны, дверь в комнату с треском распахнулась. Первыми ворвались полуодетые близнецы и братья Ройала. За ними начала собираться толпа любопытных.

Пока Ройал рассказывал близнецам и братьям, что произошло, появился шериф с помощниками. Растолкав любопытных, он подошел к ним. Ройал с некоторым смущением повторил свой рассказ шерифу. Этот человек не знал Антонию. Он видел в ней только красивую женщину, едва ли способную поднять револьвер, а тем более выстрелить.

— Вы выстрелили в него три раза, не так ли? — спросил шериф у Антонии.

— Да. Я выбила у него из руки револьвер. Потом выстрелила ему в плечо, а когда он побежал к двери, выстрелила ему в ногу. Вот он и остался на месте. Нам нужно задать ему несколько вопросов.

— Выведи людей в коридор, Джордж. — Когда помощник ушел, шериф сказал: — Сначала я хотел бы задать вопросы.

— Послушайте, этот человек и другие такие же, как он, преследуют меня уже много месяцев, — возмутился Ройал. — Я хочу знать, с какой целью и на кого он работает.

Шериф кивнул:

— Справедливо. Спрашивайте. Хотя такие типы, как правило, много не говорят.

Шериф оказался прав. Человек Рауля не пожелал отвечать на вопросы Ройала. Только Антония и близнецы понимали, что не привязанность к хозяину, а страх перед ним заставляет его молчать. Посмотрев на него, Антония взяла нож и подошла к нему. Есть лишь одна возможность избавить этого человека от страха перед Раулем — внушить ему еще больший страх.

— Можно я попробую? — спросила она Ройала. — Ты должен признать, что я знаю этих людей лучше тебя.

— А зачем нож? — удивился шериф.

— Для убедительности, — отозвалась Антония. — Оро, Томас, поднимите его.

Заметив, как Ройал что-то прошептал шерифу, она поняла, что ей позволили провести игру.

— Ну а теперь, собака, — сказала она наемному убийце по-испански, — я хочу выяснить, кто платит Раулю за то, чтобы он делал такие вещи с Ройалом.

— Я ничего не скажу сучке Хуана! — Бандит сплюнул, но застонал, как только Оро и Томас выкрутили ему руки — боль от раны стала невыносимой.