Вкус вампира
Шрифт:
— Дэн, тебе налить?
— Нет, — я решительно встал со стула, направляясь к секретеру, — постараюсь вам не мешать. Мне есть чем заняться.
Девушки удалились в уголок к камину, разлили по фужерам полусладкий «Бержерак» и, вальяжно устроившись в чёрных креслах, завели обстоятельную беседу в стиле английских кумушек конца девятнадцатого столетия.
— Я, конечно, понимаю, что он глубоко несчастен… Ветеран, инвалид, вся грудь в орденах, всю жизнь по гарнизонам, ни семьи, ни дома, ни канарейки — но всему же есть предел! Когда этот гад в погонах высунулся из-под
— И не говори! В жизни всякой приличной женщины обязательно попадаются свои извращенцы. Помню, один дирижёр в Сочи, в шестьдесят седьмом, бегал за мной после каждого концерта и умолял: «Укуси! Ну укуси меня, а?!», вытягивая тощую, небритую, прыщавую шейку…
— Мерзость какая! Так вот, я и решила, ладно уж, дам заморышу последний шанс, всё равно вы… ой! В смысле, несколько заняты были… Слушай, а у вампиров что, тоже бывает секс? Ну, как у людей, да?
— Не отвлекайся! Я тебе потом расскажу, на ушко…
Пока они болтали, не обращая ни на кого внимания, я открыл ящичек секретера, и в моих руках появились блокнот и авторучка. Обычно я предпочитаю беличью кисть или перо, но рисовальные принадлежности остались наверху, в мансарде, а мне не хотелось тратить времени на беготню. К тому же обе собеседницы были так замечательно освещены… Ручка двигалась легко и непринуждённо, длинной пластичной линией обнимая плечо Сабрины и неспешно перетекая в складки рукава пленницы. Картинка необычная только на первый взгляд — непримиримая ненависть тоже сродни любви. И то и другое не горит вполсилы…
— В общем, я захожу, а он уже там на диванчике фривольно так развалился и подмигивает! На самом — только трусы с кармашками, сапоги да берет набекрень… И говорит ласково, с подходцем: «Шампанское, х…ма, е…ма, на у…ма, в шкафчике!» Ну я достала, поставила стаканы какие-то мутные, конфеты нашла — этот жлоб только лежит, указывает…
— Я бы убила! — со вздохом поддержала моя подруга.
— Так я и собираюсь!
Хм… всё как всегда. Люди поразительно мало знают об истинной природе привидений, предпочитая черпать необходимые сведения из развлекательных телесериалов. Девочке и в голову не приходило, что бедный Капрал просто не может что-либо сделать сам. Шуметь, исчезать, растворяться на сквозняках — пожалуйста! Орать, ругнуться, дунуть в ухо, продемонстрировать кучу приёмов рукопашного боя — ради бога, но… Он не в состоянии сдвинуть с места даже обгорелую спичку! Ну не обучен тонкостям использования внутренней энергетики и никак не может понять, что ничего другого ему теперь просто не осталось. Живёт, как может, я привык, а прочих Енот своими проблемами не перегружает…
— И что потом?
— Просит меня поставить в видеомагнитофон кассету. «Романтическую, об… по…м!», как он выразился.
— И как?
— Я, как дура, беру… вставляю (кассету в смысле!), а там ТАКОЕ-Е-Е!!! И надпись на подкассетнике «Боль в заднем проходе»… Вот ты бы что сделала?
— М-м… сначала надо посмотреть… Дэн!
Я успел закончить несколько набросков и почти готовый эскиз будущей картины «Женщина-вамп
— Дэн! — Сабрина редко что-либо повторяет дважды, но сейчас она видела, чем я занят, и это единственная причина, по которой неминуемая пощёчина была отложена на будущее. Впрочем, на самое недалёкое…
— Ты позволишь взглянуть? О, прелестно… Вот эти два мне очень нравятся, а этот нет. Ты ей преувеличил грудь и чрезмерно заузил талию. Неужели сквозь её грубый камуфляж всё так хорошо видно?
— Что там видно?! — вытянула шею Ева.
— Ничего особенного, — отмахнулся я, — взгляд художника на…
— Мою грудь? Не «тыквы в авоське» и не «маленькая, но рельефная», так что ничего особенного… А вы чем-нибудь ещё интересуетесь?
— Конечно же нет! — улыбнулась вамп. — В чём, в чём, а в филогамистике его не упрекнёшь.
— Это заразное кожное заболевание?!
— Это коллекционирование открыток! — Что-то меня задело в нервозно-презрительном вопросе девушки. — И потом, я бы предпочёл отложить непрофессиональное обсуждение моих эскизов до написания самой картины.
— А что он вообще рисует?
— Женщин, — охотно ответила Сабрина. — Самых разных, очень редко одетых и почти всегда — безмолвных. То есть Дэн и не пытается прорисовывать им губы. Красивые, обнажённые, молчаливые… по-моему, даже к Фрейду не стоит обращаться, всё и так ясно.
— Я хочу… на это посмотреть. — Общий тон требования говорил, что она однозначно считает меня больным извращенцем и ей требуется увидеть мою «мазню» только для того, чтоб было куда целомудренно плюнуть. На мгновение мне почудилось некое жжение в висках — неужели ненависть может быть обоюдной? А ведь я её уже почти ненавижу…
Из размышлений меня вывел телефонный звонок. Я поднял трубку, мелодичный голосок секретарши напомнил, что «шеф ждёт»… Вот и замечательно, мне как воздух требовалось исчезнуть из дома хотя бы на полчаса.
— Срочные дела, я вас ненадолго покину. Капрал присмотрит за всем. Надеюсь, вы не будете скучать.
— Секундочку… Ты хочешь сказать, что вот так просто бросишь меня и уйдёшь?! — многозначительно понизив голос, уточнила Сабрина.
— Увы, увы… Время для любви потеряно, виновница перед тобой, — напомнил я, разворачиваясь к дверям, уходить надо было быстро.
— Наверняка какая-нибудь голая натурщица звонила! — неосторожно бросила мне в спину охотница, ободряюще похлопывая Сабрину по спине. Непростительная глупость, но… это уже её дело. Я захлопнул дверь, хладнокровно игнорируя доносящиеся из комнаты крики. Разберутся…
— Капрал!
— Я! — Бравый призрак возник словно из-под земли, лихо отдавая честь и беззвучно щёлкая каблуками.
— Мне необходимо на время покинуть территорию вверенного вам объекта. Попрошу осуществлять общий контроль за обстановкой и особенно пристальное внимание уделить военнопленной Еве Лопатковой. Сабрину — не кормить! Вопросы?