Владыка Севера
Шрифт:
Галеры проворно скользили по Ниффет, хотя и шли против течения стараниями пары дюжин гребцов, располагавшихся вдоль их бортов. Как только суда поравнялись с Лисьей крепостью, они резко повернули к берегу и так грубо врезались в его грязную жижу, что Джерин порадовался, что не находится на какой-либо палубе. И тут же из них посыпались воины.
— К оружию! — крикнул Джерин своим вассалам, часть из которых выскочила во внутренний двор, чтобы понять, из-за чего весь сыр-бор. — На нас напали гради!
Услышав это, знатные лорды бросились в главную залу, но столкнулись в
Тем временем воины, сошедшие с кораблей, двигались к Лисьей крепости размеренным, но притом быстрым шагом. Когда они подошли поближе, Джерин смог хорошенько их рассмотреть. Большие, грузные, со светлой кожей и темными волосами. На них были бронзовые шлемы, короткие кожаные куртки и высокие сапоги. В одной руке они держали мечи, в другой — топоры с длинными рукоятями.
— Это гради, бесспорно, — сказал Вэн над ухом.
Джерин подскочил от неожиданности. Захваченный созерцанием непрошеных гостей, он не заметил, как чужеземец поднялся на крепостной вал.
За Вэном стоял Райвин Лис.
— Наверняка моя краля видела одно из таких судов, — сказал он, показывая в сторону Ниффет.
— Не стану с тобой спорить, потому что ты прав, — отозвался Джерин. На мгновение его охватило уныние. — Именно этого я и боялся больше всего, услышав новости, переданные твоей подругой. Что эти проклятые налетчики захватят нас врасплох, нападут без всякого предупреждения…
К его изумлению, оба, Вэн и Райвин, разразились хриплым смехом. Вэн сказал:
— М-м, капитан, а не думаешь ли ты, что это как раз гради ожидает сюрприз? — Он обернулся и помахал со стены, столпившейся на внутреннем дворе ватаге самых неистовых или, по крайней мере, самых умелых воинов, которых только рождала северная земля.
— Вот именно, принц, — согласился с ним Райвин. — Выбрав другое время для нападения, они могли бы причинить тебе непоправимый вред, это верно. Но сейчас, когда здесь собралось такое множество храбрых и отважных людей, они скорее окажутся в положении человека, решившего раскусить камень, думая, что это сочный фрукт.
— Если взглянуть на дело в таком плане, то ты, возможно, и в этот раз прав, — сказал Джерин, чья удушающая хандра вмиг улетучилась, точно так же как накатила.
Он снова посмотрел вниз. Гради приблизились уже настолько, что стало слышно, как они поют. Слов он, конечно, не понимал, но по звучанию песня была кровожадной. Некоторые захватчики несли с собой длинные лестницы. Один уголок рта Лиса пополз вверх.
— Да-а, пусть попробуют осадить нашу крепость. Посмотрим, как им это понравится. — Он похлопал Райвина по плечу. — А ты, любезный мой Лис, собирай своих всадников и готовь лошадей. Чтобы снарядить колесницы, нужна основательная возня, а вас можно напустить на врага в одно мгновение.
У Райвина вспыхнули глаза.
— Как скажешь, лорд принц. — И он поспешил вниз по спуску, криком созывая наездников.
Джерин перевел взгляд на крестьянскую деревушку и окружавшие ее поля. Последний раз на нее нападали в год ночи оборотней.
Часть гради отделилась от основной массы и направилась к деревушке.
— Они заберут скотину и спалят хижины, — печально сказал Джерин.
— Так давай зададим им жару, — откликнулся Вэн. — У них не хватит сил удерживать нас здесь, хотя они об этом еще не догадываются. Наставим им шишек, да покрупней.
Гради между тем принялись обстреливать Лисью крепость горящими стрелами. Однако большая часть крепостной стены все еще была выкрашена той смесью, которую приготовил Сиглорел, сын Шелофаса, чтобы не дать трокмэ Баламунгу сжечь ее колдовским огнем во время хаоса, воцарившегося после ночи четырех полнолуний. Даже спустя столько лет пламя было над ней не властно.
Элабонцы, стоя на валу, тоже стреляли в гради. Двое гигантов рухнули на траву. Один заметался, держась за плечо. Другой лежал неподвижно. Видимо, стрела поразила жизненно важный орган врага.
— Лестницы! Лестницы!
Крики раздались сразу с двух сторон вала. Одна из лестниц показалась над верхушкой бревенчатого частокола всего в нескольких ярдах от того места, где стоял Джерин. Он бросился к ней как раз в тот момент, когда гради, вскарабкавшийся наверх, пытался спрыгнуть на стену.
Захватчик что-то прорычал на своем тарабарском наречии, и его топор описал в воздухе смертельную дугу. Но Лис успел нырнуть под удар и вонзил острие своего меча прямо в горло противника, не успевшего закрыться щитом.
Ярко-синие, словно молния, глаза гради вдруг выпучились от ужаса и потрясения. Тяжелый топор выпал из сильных рук. Гигант схватился за рану, из которой фонтаном била кровь, поскользнулся и покатился по лестнице вниз. Судя по воплям, сшибая тех, кто следовал сзади.
Джерин перевалился через край стены и изо всех сил оттолкнул верхушку лестницы от себя. Две стрелы тут же свистнули над его ухом. Одна оперением коснулась щеки. Он отпрянул назад со всей быстротой, на какую был только способен. Гради, стоявшие внизу, закричали. Лестница отделилась от стены и с грохотом повалилась. Джерин снова выглянул из-за укрытия. Трое или четверо врагов корчились на дне оврага. Если ему повезло, они переломали себе кости.
Крики «Лестницы!» прозвучали еще раз, теперь уже со всех сторон квадратного крепостного вала. Три опрокинулись быстрее и легче, чем та, которую перевернул Лис. Его люди вспомнили о кольях с раздвоенными концами, хранившихся у них как раз на такой крайний случай. Что касается четвертой, приставленной к противоположной от Лиса стене, то встревоженные восклицания, а также лязг металла о щиты и металла о металл говорили, о том, что гради удалось там закрепиться. Воины-элабонцы тут же и отовсюду поспешили на помощь своим товарищам.