Власть
Шрифт:
– Крестный, я...
– Заткнись, чтоб тебя!
Наступило напряженное молчание; Чарльз Суй снял очки и начал растирать переносицу большим и указательным пальцами. Старик в отвратительном настроении. Угодить ему так же трудно, как бежать со связанными ногами. Он уже давно такой раздраженный. Почему?
Правда, ван Рутен опозорил его и Тароко, женщину, принадлежавшую им обоим. Но Суй подозревал, что Линь Пао беспокоило что-то другое, о чем старик не желал ни с кем разговаривать.
Линь Пао сказал:
– Ты говоришь, с Бенджи был другой
– Да, тот. Это сын Фрэнка ДиПалмы.
– Что еще нам известно об этом маленьком ублюдке, кроме того, что он считает себя таким же крутым, как его отец?
– Мне сказали, он дерется как дьявол. Человек, который остался живым после схватки на кладбище, был очень напуган. Он назвал этого мальчика необыкновенным.
– Он сует нос не в свое дело, это точно. Из-за него Восемь Северных Кинжалов не могут найти Зеленых Орлов, которые узнали, что я приказал убить их. Ты говоришь, он необыкновенный? Почему?
– Он очень силен физически, – сказал Чарльз Суй. – У него исключительный удар, мне сказали. Убил одного из моих людей подсвечником и едва не убил другого. Мальчишка, а называет себя воином. Моим людям показалось, что он из другого мира.
В нескольких сотнях миль от Манилы в своем тайбэйском особняке Линь Пао закрыл свой единственный глаз и стал думать о священнике, которого он убил за его зловещее предсказание. Ты умрешь насильственной смертью. Орудием твоей смерти станет маленький мальчик, который живет на западе, но родился он в Срединном Царстве. Он – часть твоей жизни и с рождения следовал за тобой как тень. Ты умрешь не позднее, чем через двадцать один день.
Линь Пао почувствовал головокружение и резко затряс головой. Этого не может быть. Его руки дрожали, когда он поднес ко рту чашку с чаем и сделал два глотка. Поставив чашку, он поднял микрофон.
– Сын ДиПалмы. В нем есть азиатская кровь?
– Да, крестный отец. Этот мальчик наполовину китаец. Маленький мальчик, который живет на западе, но родился он в Срединном Царстве.
– Ты сказал, что знаешь, где он прячется?
– Он и Бенджи собираются покинуть страну. Но я могу добраться до них.
– Сделай это немедленно.
– Клянусь памятью покойного отца, что уничтожу их и дискету.
Голос Линь Пао был бесстрастен, и это напомнило Сую, что его уважение к крестному отцу покоится на страхе.
– Если эти мальчишки доживут до завтра, – сказал Линь Пао, – я прикажу убить твою жену. Она умрет медленной мучительной смертью.
Чарльз Суй сравнивал свое сотрудничество с Линь Пао с охотой на тигра. Теперь тигр проголодался.
Он схватился за голову, потому что мигрень стала невыносимой.
Манильский международный аэропорт
ДиПалма застегнул привязной ремень и затем потер свои ноющие запястья. Через пятнадцать минут дадут разрешение на взлет, сообщил пилот. А пока
Он посмотрел на сидящего через проход Тодда. Мальчик откинулся в кресле, глаза закрыты – по-видимому, спит. Джоун сидит рядом, положив голову ему на плечо. ДиПалма улыбнулся. Неужто это союз двух юных сердец?
Несколько минут назад у стола регистрации ДиПалма и Тодд нежно обнялись: мальчик вцепился в него так, словно ДиПалма только что вернулся с того света. Он с беспокойством отметил, что Тодд выглядит очень изнуренным. ДиПалма заподозрил, что его сына все больше тяготит бремя четырехсотлетнего отчаяния.
Тодд сказал, что с ним все в порядке, но ДиПалма усомнился в этом. Мальчик казался чем-то обеспокоенным. Черт возьми, о чем еще можно было беспокоиться? Дискета была с ними, и они возвращались домой. Пусть теперь беспокоятся Нельсон Берлин и Черный Генерал.
Дискета у Бенджи, и ДиПалма возьмет ее у него только в Нью-Йорке. Он сделает с нее несколько копий, одну положит в сейф для хранения ценностей в банке, другую передаст прокурору. Тодд сказал ему, что информация ценная, и этого достаточно. Парень проделал фантастическую работу. Никогда еще ДиПалма так не гордился им.
ДиПалма сожалел, что не смог всерьез заняться поиском доказательств слов ван Рутена о том, что Нельсон Берлин убил свою собственную сестру. Работа полицейского требовала здравого смысла и настойчивости. Он раскрывал преступления благодаря настойчивости и умению отыскать человека, который что-то знает. Это мог быть свидетель, соучастник или родственник преступника.
Как в домино: толкни одну костяшку – попадают остальные. Если ДиПалма выходил на след, то шел по нему до конца. Но он всегда был копом, и ничто так не радовало его сердце как, например, раскрыть убийство сорокалетней давности и возложить ответственность за него на одного из американских богачей.
Последние дни его беспокоили не только вареные яйца и тараканы в чае. Из его головы не выходило женское имя: Тароко. Соблазнительная певица-китаянка была любовницей Линь Пао и Грегори ван Рутена. Она исчезла без следа. ФБР и АБН не могли ее найти, хотя и не очень старательно искали. У них был ван Рутен, и он давал им информацию. Что им еще было желать?
Однако ДиПалму ее исчезновение обеспокоило. Он беспокоился, потому что знал ван Рутена. Его бывший партнер был человеком с раздутым самолюбием, не любившим терпеть унижение, а судя по всему, Тароко его унизила. Ван Рутен ни за что не оставит оскорбление безнаказанным.
Поэтому он и занялся женой ДиПалмы. Акулий Глаз всегда брал реванш.
Когда на прошлой неделе ДиПалма встретился с ван Рутеном на Губернаторском острове, имя Тароко было упомянуто вскользь, и сразу ван Рутен перешел на другую тему. Он не желал разговаривать об этой стерве. ДиПалма тогда только пожал плечами. Его это нисколько не заинтересовало.