Влечение
Шрифт:
– Эй, эй, притормози, – пропыхтел в трубку Мэтью. – Если скажешь еще хотя бы одно слово, мне придется идти будить Нами.
– Зачем? – не понял Майкл, поднес бутылку ко рту и допил остатки пива.
– А ты догадайся, – хохотнул Мэтью. – …Ты не заливаешь? Она действительно такая шикарная, как ты говоришь?
– И даже лучше. Мне слов не хватает, чтобы описать ее красоту и совершенство.
– Вот тут ты уже точно заливаешь, старик. Хотя, знаешь, я хотел бы взглянуть на эту красотку, и желательно в обнаженном виде. Как думаешь, организуешь фотосессию? Только чтобы Нами не знала.
– Нет, мой друг, здесь я тебе не помощник. Если я увижу Селену голой, то ты ее точно не увидишь такой, как и любой другой мужик. Ты же меня понимаешь?
– Более чем, – хохотнул Мэтью. – Или ты думаешь, что
– Не знаю, но признаюсь, хотел бы, чтобы что-то получилось.
– Надеюсь, что получится, – голос Мэтью изменился. От прошлой веселости не осталось и следа. – Рад за тебя, старик. Буду больше рад, если ты наконец-то получишь то, что давно пора было получить, удержать, окольцевать, в конце концов. Все у тебя будет хорошо, старик. Я тебе это обещаю… Ну, пойду спать. Пойду обниму Нами, прижмусь к ее теплому телу, пошепчу что-то на ухо, – Мэтью зевнул. – Желаю тебе, старик, как можно скорее обзавестись хорошенькой малышкой, которая будет тебя греть холодными ночами. Все, пока. Созвонимся.
– Спасибо, старик. Пока, – Майкл спрятал мобильник, поставил пустую бутылку на траву и устремил взгляд на небо.
Тихая, прерываемая время от времени ворчанием двигателя, ночь плыла над Биллингсом. Ветер шуршал листвой деревьев и холодил тело. Майкл поежился от налетевшего порыва ветра и обхватил себя руками за плечи. Тонкий свитер оказался ненадежной защитой от ночного холода. Майкл положил голову на спинку кресла. Взгляд зацепился за одну звезду, за другую, замер на огромном, будто нависшем над землей, бледном, покрытом серыми пятнами, диске луны. Луна одиноко плыла среди сверкающего тусклыми дырами-звездами темного океана, отрешенная, гордая, таинственная. Майкл чувствовал, как от небесного гиганта веет холодом и каким-то непонятным пренебрежением, больше свойственным живым существам, людям, но никак не мертвым объектам. Но мертва ли луна? На какой-то миг Майклу показалось, что луна не совсем мертва. Возможно, легкая дымка, окутавшая призрачный диск в эти минуты, навела его на такие мысли, а может, просто воображение разыгралось, – так или иначе, но подобные мысли в голову пришли, поселились там и убираться восвояси не спешили.
– Селена, – прошептал Майкл, вспомнив, что ему говорила девушка о своем имени. Имя “Селена” означало “луна”. – Интересно, Селене больше нравится день или ночь? Судя по имени, для Селены ночь – лучшая пора времени, а если так, ночью она должна быть особенно прекрасной, – Майкл улыбнулся. – Пожалуй, пора идти спать. Если повезет, в один прекрасный день, вернее ночь, я смогу узнать, так ли это на практике. Было бы неплохо.
Майкл подхватил пустую бутылку с земли, поднялся на ноги и двинулся к дому. Заметно похолодало. Майкл почувствовал, как его руки даже под свитером покрылись пупырышками. С некоторым сожалением Майкл подумал о том, что его, в отличие от Мэтью, этой ночью никто не будет греть.
– Пожалуй, я слишком долго позволял прошлому управлять своим настоящим, – думал Майкл, входя в дом и закрывая входную дверь. – К черту прошлое, к черту старые отношения. Пора начинать новую жизнь… Да, именно так. Новую жизнь, новые отношения, – последние слова Майкл сказал вслух, на минуту-вторую задержался, чтобы выключить свет в коридоре, гостиной, после чего, больше не медля, направился в спальню.
Глава 2
На следующее утро Майкл поднялся в шесть. Наскоро перекусив и приняв душ, он натянул джинсы, рубашку, сверху набросил кожанку и поехал на работу. Пятница, о дресс-коде можно было забыть. На всякий случай Майкл заглянул в ежедневник, чтобы убедиться, что никаких встреч не запланировано, иначе хочешь не хочешь, а костюм надевать пришлось бы. Деловой мир Америки живет по собственным правилам, несоблюдение которых может стоить карьеры.
Отделение банка, где работал Майкл, находилось на Гранд-авеню. К семи часам Майкл был на месте. Оставив машину на парковке, он направился в офис. Проходя по коридору, Майкл заметил открытую дверь, ведущую
Майкл решил зайти к Нику поздороваться. В приемной Ника никого не оказалось. Дверь в кабинет была открыта. Майкл прошел дальше, остановился на пороге кабинета шефа и занес руку, намереваясь стукнуть костяшками пальцев о косяк двери, чтобы привлечь внимание Ника; тот сидел за столом, склонившись над бумагами, и играл в руке ручкой. Несмотря на пятницу, Ник был в костюме, темно-синей тройке. На левом запястье сверкала позолота наручных часов, на среднем пальце правой руки блестело золотое кольцо. Рядом лежал “айфон” последней модели. Ник относился к тем американцам, для которых жизненный успех определялся наличием крупных сумм на счету в банке, как правило, не в одном. Ник много работал, хорошо зарабатывал, поэтому любил жить на широкую ногу, ни в чем себе не отказывая и ничем себя не ограничивая. Особенно это было заметно по его телосложению. Ник не был толстым, но признаки лишнего веса уже наметились – пухлые щеки, толстые, похожие на сардельки, пальцы рук и растущий, будто на дрожжах, живот.
Майкл постучал. Ник поднял голову.
– А-а-а, Майкл, входи, входи, – широкая журнальная улыбка появилась на лице Ника. Капельки пота заблестели на его лбу, когда он поднялся из-за стола и сделал шаг по направлению к Майклу. Ник достал из кармана брюк платок, протер лоб и спрятал платок назад, затем пожал протянутую руку Майкла и вернулся за стол, перед этим успев метнуть руку в сторону, указывая на стул рядом со столом. – Присаживайся.
– Решил, дай зайду, поздороваюсь, – Майкл опустился на стул и окинул взглядом кабинет Ника, в который раз поражаясь его роскоши. Обтянутые белой кожей диван в дальнем углу кабинета и парочка кресел, обступившая его с двух сторон. Круглый стол для переговоров из красного дерева. На стенах кабинета висели картины и портреты, в частности первого президента Америки Джорджа Вашингтона и последнего на данный момент – Барака Обамы. Прямо над головой Ника в позолоченной рамке красовались положения американской конституции, а ближе к окну висел национальный флаг.
– Хорошо, что решил. Очень хорошо, – Ник снял пиджак и натянул его на спинку кресла, на котором сидел. – Жарковато, ты не находишь? – Ник ослабил галстук, взял в руку пульт от кондиционера и снизил температуру в кабинете, после чего откинулся на спинку кресла и улыбнулся. – Так получше. Может, кофеек с утра?
– Здорово было бы, – кивнул Майкл. – Живее работа пойдет.
– Ты, когда заходил, Джину не видел в приемной?
– Нет.
– Куда она подевалась, интересно? – Ник потянулся к интеркому и нажал кнопку вызова. Спустя мгновение из приемной донесся громкий стрекот, а вслед за ним стук каблуков в коридоре. Прошло немного времени, и в приемной показалась Джина, высокая шатенка модельной внешности в синих джинсах и кремового цвета гольфе.
– Мистер Райт? – девушка замерла на пороге кабинета и расплылась в изумительной улыбке.
– Джина, – улыбнулся в ответ Ник. – Два кофе, пожалуйста. Мне как обычно без сахара, а мистеру Саферу… – Ник перевел взгляд на Майкла.
– Ложечку сахара, – Майкл посмотрел на Джину. Девушка кивнула и скрылась в приемной. Спустя минуту она показалась вновь, на сей раз с небольшим подносом, на котором Майкл заметил две чашечки с кофе. Поставив одну перед Ником, вторую перед Майклом, Джина удалилась.