Влечение

Жисе Филип

– Будь что будет, – подумал Майкл, притянул к себе Селену и впился губами в губы девушки, как и хотел, как и хотело его сердце, несмотря на страх, несмотря на сомнения, и после этого пусть мир сойдет с ума или разразится третья мировая война. Майклу было все равно. Его губы нашли то, о чем мечтали давно, и теперь наслаждались нектаром, божественной амброзией, которую пили, жадно, страстно, на зависть всему холодному миру, холодной луне и звездам, далеким и мертвым.

От неожиданности Селена попыталась оттолкнуть Майкла, но сделала

это как-то вяло, будто сомневаясь в необходимости этих действий. Руки ее порывались обнять Майкла за талию, замереть на его плечах, наконец она обвила Майкла за шею да так и застыла, сосредоточившись на ощущениях.

А Майкл наслаждался. Он чувствовал себя на верху блаженства. Такие чувства могла бы испытывать птица, вырвавшаяся на волю из клетки, или человек, обретший то, что давно искал. Майкл боялся оторвать губы от губ Селены. Как бы это не был сон, который растает, едва забрезжит утро за окном. Боялся, что Селена может оказаться миражом, всего лишь миражом, иллюзией, созданной его разыгравшимся воображением. Поэтому он прижал Селену к груди так сильно, как только мог, чтобы не сделать ей больно; целовал жарко, стараясь насытиться прежде, чем реальность напомнит о себе и заставит отпустить девушку, хотя бы для того, чтобы она вновь наполнила воздухом грудь.

Селена первая пресытилась поцелуем. Отстранила голову, положила руки на руки Майкла и посмотрела ему в глаза. Ни укора, ни сожаления в ее глазах Майкл не увидел, лишь только невысказанная просьба да чуточку растерянности. Майкл разжал объятия, но делал это не спеша, стараясь как можно дольше ощущать пальцами тепло тела Селены. Селена сделала шаг назад. Отвела глаза, развернулась и, не сказав ни слова, скрылась в доме. Минуту спустя она вновь показалась на улице. Следом за ней торопился Ник. Заметив Майкла, он поднял руку в прощальном жесте и крикнул:

– Пока, Сафер! Вечеринка удалась!

Ник и Селена сели в машину. Двигатель заворчал, будто выражая недовольство тем, что его разбудили, рыкнул, проснувшись. Машина тронулась с места и, прорезая темноту ночи светом фар, устремилась по улице.

Майкл проводил взглядом машину Ника. Непонятная радость охватила его сердце. Улыбка заиграла на губах, которые еще помнили божественный вкус губ Селены. Мягкие, нежные, точно лепестки розы. Их хотелось целовать снова и снова, изо дня в день, из года в год. Майкл принюхался. В воздухе все еще витал аромат туалетной воды Селены. Пьянящий, дерзкий, возбуждающий.

– Она шикарна, – пробормотал Майкл, улыбаясь во тьму. – Страсть в груди, жар в теле. Эта девушка способна сводить мужиков с ума. Никогда не забуду вкус ее губ, жар тела, шелк волос, ее руки, обнимающие меня за шею. А ее язычок! М-м-м, как бы я хотел снова почувствовать его у себя во рту, – Майкл закатил глаза к небу, раскинул руки в стороны. Улыбка на лице ширилась, сияла, будто отражала блеск звезд.

Со стороны дома послышались шаги. Майкл обернулся и увидел Мэтью с бутылкой пива в одной руке и пачкой чипсов в другой.

– Или твой домашний кондиционер издох, или мой внутренний перегрелся. Жарко, как в печке. Угощайся, – Мэтью

протянул Майклу пачку с чипсами.

– Нет, спасибо. Хочу подольше сохранить вкус того сладкого нектара, которым наслаждались мои губы пару минут назад.

Мэтью воззрился на Майкла как на чокнутого, приблизил голову к голове друга и критически осмотрел губы Майкла.

– Вижу, и у тебя в голове кондиционер накрылся. Как вариант, кондиционер захлебнулся от пива, которое ты вливал в себя с такой скоростью, будто заливал пожар в животе. Я все видел. И знаешь, что я заметил? Едва ты бросал взгляд в сторону Селены, пожар усиливался и скорость приема пива удесятерялась. Не думал, что она кажется тебе такой страшной, – Мэтью хохотнул, отхлебнул из бутылки темной жидкости и зашуршал пакетом с чипсами.

– Я поцеловал ее, – Майкл закрыл глаза и потянул носом теплый ночной воздух. Он мысленно вернулся в недалекое прошлое, чтобы пережить радость от такого недолгого обладания губами Селены.

– Кого поцеловал? – Мэтью набил рот чипсами и принялся интенсивно работать челюстями. Ночная тишина вздрогнула, задрожала и исчезла, как мираж в пустыне, оставив после себя хруст чипсов да довольное мычание Мэтью.

– Селену.

Майкл был рад, что стоял не перед Мэтью, а немного в стороне. Едва услышав имя “Селена”, Мэтью закашлялся, зафыркал, как бегемот, которому вода попала в ноздри, разбрасывая вокруг недожеванные чипсы и брызги пива, которым он как раз успел наполнить рот.

– Что ты сказал? – Мэтью откашлялся и посмотрел на Майкла. – Селену? Когда? Я же все время был рядом? И Ник ни на шаг не отступал от Селены, точно собака от хозяина.

– Когда вышел на улицу. Вслед за мной вышла и Селена.

– Так вы заранее договорились?

– Нет, просто Селене захотелось подышать воздухом, как и мне.

– Твою мать! И я, как всегда, все пропустил. А она тебе по морде не дала случайно?

– Нет, думаю, ей понравилось, – Майкл улыбнулся, вспомнив руки Селены, обхватившие его шею.

– И почему всегда везет таким мудакам, как ты? – Мэтью казался расстроенным.

– Слышала бы это Нами.

– Да брось! Я пошутил, – Мэтью на всякий случай обернулся в сторону дома. – И все же, ты счастливчик. Не будь у меня Нами, и я бы не отказался поцеловать Селену. Какая фигура! Какое личико! Ты был чертовски прав, когда описывал ее. Не зря я тогда перевозбудился и побежал будить Нами, – Мэтью хихикнул и отпил из бутылки. – И до чего вы доцеловались?

– Не знаю. Селена убежала в дом, забрала Ника, и они уехали.

– Не понравилось, наверное, – Мэтью решил подколоть друга.

– Понравилось, – ухмыльнулся Майкл. – Будь иначе, этот поцелуй не был бы таким долгим.

– Ну и хрен с тобой. Зато у меня Нами есть. Пошли в дом. Пора гнать этих оглоедов. Я спать хочу, – Мэтью направился к дому.

Майкл улыбнулся и последовал за ним.

– Как думаешь, продолжение фильма будет? – спросил Мэтью, шелестя коробкой с чипсами.

– Хотелось бы.

– Мне тоже. Я совершенно не против увидеть эту хорошенькую попку еще парочку раз.