Влечение
Шрифт:
— В те давние времена по этому поводу был большой скандал,— с кривой усмешкой излагал он историю семьи Каррер. — До сих пор в городе к нам относятся, мягко сказать, неоднозначно. Ведь веками в сознании людей слово «цыган» ассоциировалось со словом «вор». От таких ассоциаций нелегко отказаться. — Он помолчал, внимательно глядя ей в глаза.— Я рассказываю это потому, что хочу, чтобы ты хорошо понимала, что тебя ждет. Ибо я твердо намерен стать частью твоей жизни. Очень важной частью. Отныне и навсегда.
Софи, слишком переполненная распиравшими ее чувствами, вовремя не сообразила что
— Он от неё без ума! — рассказывала Кристина мужу, после того как, усадив их за сто лик, вернулась в кухню.— Достаточно увидеть, как он на нее смотрит.
— Не знаю, что ты там такое увидела, — насмешливо фыркнул Хуан. — Зато хорошо знаю, что Иву нет и сорока, а возлюбленных у него всегда было не сосчитать, и некоторые из них до сих пор...
— На этот раз все совершенно иначе — решительно оборвала его Кристина, откровенно раздосадованная столь обычными для мужчин тупостью и легкомыслием.
Кинув взгляд на часы, она решила, что у нее, пожалуй, достаточно времени, чтобы сделать несколько звонков. Ведь всем родственникам, несомненно, будет интересно узнать таки потрясающие новости.
— Сейчас же перестань на меня так смотреть, или нам придется уйти,— полушутя-полусерьезно предупредил ее Ив.
— Смотреть?.. Как смотреть? — удивилась Софи.
На самом деле она знала, что он имеет ввиду. Голова у нее слегка кружилась, весь печальной мир находился где-то невообразимо далеко, за тысячи световых лет. Здесь же были только они: Ив и она...
— Перестань сейчас же, — взмолилась она, потому что Ив, ухмыльнувшись, продемонстрировал, как она на него смотрит. По телу ее пробежала горячая волна желания, и она, с трудом переведя дыхание, добавила: — Мы должны вести себя пристойно.
— Вести себя пристойно? — не переставая улыбаться, переспросил он. — Меньше всего на свете мне сейчас хочется вести себя пристойно, но, возможно, ты и права. Я ведь даже не знаю, сколько ты собираешься здесь пробыть.
—Я и сама этого не знаю, — ответила Софи. — На завтра у меня назначена встреча сДомиником Гренье.
— С нотариусом? — удивился Ив. — Его жена ,Катрин, помогает мне в конторе.
Софи слегка нахмурилась. Его интонация, когда он говорил о своей помощнице, вызвала в ее душе неясную тревогу.
— Насколько я понимаю, ты здесь в интересах родственников Рулена. Странно, однако, что они не приехали сами.
— Они ни в малейшей степени не виноваты в том... в том, что делал Фернан Рулен! — возмущенно запротестовала Софи.
—Ты, конечно, права. Но, знаешь, здесь все обо всех известно, и люди, исходя из этого, строят свои взаимоотношения. Моя семья служит хорошим примером. А Фернан со многими обошелся плохо и, хочешь ты того или нет, а к любому его родственнику, появившемуся здесь, отнесутся с определенным подозрением.
— И ты тоже? — осторожно спросила Софи.
Ив улыбнулся и, потянувшись через стол, взял ее за руку.
— Какое это имеет значение! Говоря по правде, не думаю, чтобы кто-нибудь из семейства Руленов вызвал у меня особую симпатию, но в данный момент ни сам Фернан,
— Да что обо мне говорить! — Софи нервно поежилась. Ну как ей теперь сказать, кто она такая? — Я здесь представляю семью Руленов. Мне нужно встретиться с нотариусом, выяснить все подробности и договориться о продаже дома и имущества.
— Что ж, Доминик Гренье тебе с удовольствием поможет. Гренье с незапамятных времен занимаются такими делами в наших краях. Их очень хорошо здесь знают. Они очень родовиты, особенно по женской линии. Я даже слышал когда-то, что одна из прабабушек Гренье принадлежала к графской фамилии, Гренье очень многочисленная семья. Хотя, конечно, не столь многочисленная, как Карреры. — Ив широко ухмыльнулся. — Мы-то со своей цыганской плодовитостью, можно сказать, колонизировали этот город.
Плодовитостью? Софи вздрогнула, вспомнив, что не успела обсудить с Ивом еще один вопрос. Да и когда им было обсуждать! Это сейчас она ругала себя последними словами за столь непростительное в ее возрасте легкомыслие. Но тогда она была так ошеломлена, потрясена, так сгорала от желания принадлежать Иву до конца, что не задумалась о последствиях. Да и он, судя по всему, был в таком же состоянии. Им обоим не пришло в голову предохраняться. Но теперь надо быть осторожнее, решила Софи.
— Что-нибудь не так? — услышала она голос Ива и отрицательно покачала головой.
К ним приближалась Кристина, а обсуждать этутему в ее присутствии Софи вовсе не хотела.
— Все в порядке, не обращай внимания.
— Ну, как вы тут?— спросила Кристина, подходя к столику. Увидев почти не тронутую еду,она с удивлением воскликнула: — Неужели не понравилось?
— Что ты! Все просто чудесно,— горячо заверил ее Ив.— Только у нас сегодня что-то нет аппетита.
— Во сколько у тебя встреча с Домиником? — спросил Ив, когда слегка обиженная Кристина удалилась.— Я с утра еду в Сент-Мари. Там у меня дела, связанные с реставрацией одного музейного здания, и, кроме того, пора начинать подготовку к еще одному сборищу цыган. Могу взять тебя с собой. Там есть на что посмотреть.
— С удовольствием! — согласилась Coфи — А мы вернемся часам к трем?
— Постараемся,— кивнул Ив.— А потом сможем пообедать вместе.— И, с явным неудовольствием оглядевшись вокруг, добавил: — Только где-нибудь в более интимной обстановке.
Он уже понял, что сестра его оказалась гораздо более проницательной, чем он думал. Вне всяких сомнений, она догадалась о его истинных чувствах к Софи. К тому же, как Ив сильно подозревал, сестра, не теряя времени даром, уже ознакомила — или ознакомит в ближайшем будущем! — с этой потрясающей новостью всех членов семейства Каррер, а также своих многочисленных приятельниц, даже тех, кого это ни в малейшей степени не касалось. Пока толпы любопытствующих не начали стекаться сюда, подумал он, надо уводить Софи.