Влечения

Паркер Юна-Мари

— Вы удивительно естественно смотритесь перед камерой, — сказала она. Дженни краснела от удовольствия и, не зная, куда девать руки от смущения, засунула их в карманы своих узких джинсов. — Да-да, я серьезно говорю! Поверьте, у нас получилось несколько просто классных снимков! Но продолжим…

Наконец они закончили и сели на скамейку отдохнуть и поболтать о том о сем. Вдруг Ребекка схватила Дженни за руку.

— Не оборачивайтесь! Мне кажется, я вижу кого-то в кустах… Справа от вас, —

шепнула она напряженно. — За нами следят.

Дженни испуганно взглянула на нее:

— Вы его хорошо видите?

— Нет… Не поворачивайтесь и продолжайте говорить как ни в чем не бывало… — приказала Ребекка, одновременно заправляя в свою «лейку» новую пленку. — Сейчас я сниму его. Но это нужно сделать внезапно, а то он смоется…

В следующее мгновение Ребекка подняла камеру к глазам и, медленно поворачиваясь слева направо, стала делать кадр за кадром.

— Я знала, что не ошиблась! — выдохнула она.

— Кто это? Вы его разглядели?

— Нет, но я увидела движение в кустах. Подождем, пока проявятся. Может, на снимках будет лучше видно. — Ребекка поднялась с лавки, привычным движением повесив камеру себе на плечо. — Ладно, пойдемте отсюда. Что-то мне здесь разонравилось. Как насчет того, чтобы отправиться к Стирлингу? Пусть накормит нас обедом.

Когда они приехали в агентство и рассказали о том, что с ними случилось в парке, Стирлинг покачал головой.

— Я отдам в проявку, — сказал он, забирая пленку. — Надеюсь, тебе удалось заснять этого сукина сына.

Вернувшись к вечеру домой, Ребекка обнаружила на автоответчике сообщение от Карен с просьбой перезвонить ей. С тех пор как Ребекка возвратилась из Европы, они связывались друг с другом несколько раз, но все никак не могли встретиться.

Карен схватила трубку после первого же гудка и радостно взвизгнула, услышав голос подруги:

— Бекки! Спасибо, что перезвонила. У нас тут работы невпроворот, но в пятницу босса не будет, и я смогу подольше задержаться на обеде. Давай сходим куда-нибудь, а?

— С удовольствием. Где встречаемся?

— Заезжай за мной в офис. Сгораю от желания рассказать тебе о Чингизе!

— О ком?

— Ну Чингиз, это мой новый парень. Он просто душка!

— Чингиз? Как это тебя угораздило? — рассмеялась Ребекка.

— Скажешь тоже! Его мать была помешана на Чингисхане, потому так и назвала его. А вообще он Чингиз Рок Максимилиан Флаэрти.

— Невероятно! Где ты его подцепила?

Карен сердито фыркнула:

— Что значит — подцепила? Он замечательный человек! Умный, добрый и вообще лапочка! Я в нем души не чаю! Он и тебе понравится, вот увидишь!

— Не сомневаюсь в этом… — усмехнулась Ребекка.

Ничто

не изменилось. Карен все такая же. На самом деле Ребекка очень соскучилась по своей подруге и ее нескончаемой череде поклонников. И хоть Карен порой «доставала» ее, но это было так давно, что Ребекка уже и по этому тоже успела соскучиться.

— То-то!

— Значит, в пятницу, в половине первого?

— Самое то! И кстати, мы вернемся когда-нибудь в нашу любимую «Треуголку»? Мне мое житье у сестры уже, честно говоря, обрыдло.

— Заметно, — опять рассмеялась Ребекка. Ей не хотелось рассказывать о своей беременности по телефону. — Поболтаем обо всем при встрече.

— О'кей, в половине первого в пятницу, как штык! Договорились!

Стирлинг взял со стола и передал Ребекке снимки, которые та сделала в Центральном парке.

— Ничего тут нет, — расстроенно сказал он. — Тень чья-то видна, но и только.

Ребекка внимательно изучила фотографии и хмыкнула:

— Да, ты прав. Жалко. Поди тут разберись, кто это? М-да…

Она швырнула снимки обратно на стол.

— Зато с Дженни получилось неплохо, — подмигнул ей Стирлинг. — Интересно, она никогда не хотела стать моделью?

Он принялся расхаживать взад-вперед по гостиной. Ребекка видела, что Слай Капра и Джерри Рибис его занимают в данную минуту все-таки больше, чем Дженни.

— Не думаю… — отозвалась она. — Но у нее бесспорный талант. Я пока не говорила ей, боялась сглазить.

— Знаешь, я считаю, что эти снимки можно будет показать редактору «Вог». А, что скажешь? — Стирлинг взял с подоконника номер журнала и тут же, не глядя, положил его на место. Обернувшись, он чертыхнулся. — Не могу ни на чем сосредоточиться, черт! У тебя есть какие-то новости?

— Нет, — ответила она. — Сделала несколько звонков. Договорилась встретиться в пятницу с Карен в обеденный перерыв. Сядь, Стирлинг, не ходи. Ты похож на льва, которого посадили в клетку. Ты начал говорить о Дженни? Прекрасно. Я тоже считаю, что тебе нужно отдать ее снимки в «Вог». Пусть посмотрят. У нее есть все, кроме опыта, а опыт — дело наживное. Она может сделать себе карьеру.

Стирлинг присел рядом с ней на диван, и они вместе еще раз изучили фотографии.

— Ну хорошо, — пробормотал он наконец. — Я увеличу самое лучшее, а там посмотрим…

— Это помогло бы ей обрести еще большую уверенность, — задумчиво проговорила Ребекка.

В пятницу утром Ребекка проснулась совершенно разбитой, и первое, что она почувствовала, была легкая дурнота. Теперь это случалось довольно часто, и она уже научилась лечиться: надо просто поспать еще, и все пройдет.