Во имя Камелота
Шрифт:
– И все? – выгнул бровь, ехидно спрашивая, но не отрываясь от своего занятия. Сам он при этом выглядел так, будто и не тренировался вовсе: дыхание было ровным, движения по-прежнему энергичными, а по щеке стекала всего пара капель пота. – Помнится, ты говорила, что хороша в беге.
Трина промолчала, одарив его гневным взглядом, который, конечно, остался незамеченным.
Молчание сработало: Гавейн оторвался от собственной тренировки, обратив внимание на нее.
– Кажется, у тебя больше нет сил даже на то, чтобы язвить, –
Трина вскочила на ноги, отряхивая штаны, и повторно прожигая рыцаря раздраженным взглядом.
– На это у меня есть силы всегда. И вообще, сколько тебе лет? «Язвить». Ты говоришь, как моя бабуля.
Судя по виду Гавейна, он в очередной раз откровенно забавлялся над ней, но на вопрос все же ответил.
– Мне двадцать шесть, и я…
– Выходит, ты старше короля? – перебила.
– Да. Но это не имеет значения.
Ну, конечно.
– И как, позволь узнать, ты дожил до двадцати шести с таким характером?
На этот раз Гавейн весело хохотнул и подошел к ней ближе, наклоняясь к уху так, словно собирался поведать большую тайну. От него пахло кожей, чем-то крепким и пьянящим и… хвойным лесом. Даже легкий запах пота, который примешивался ко всему, не был отталкивающим. Гавейн будто пах свободой и грехами. Он был больше, чем на голову выше. Ее взгляд уперся в твердые квадраты грудных мышц, выступавших из-под рубашки. Снова.
– Я очень хорош в обращении с оружием, – заговорщически прошептал, и его дыхание приятно защекотало мочку ее уха. – И не только в этом.
Он резко отпрянул, широко улыбаясь и оглядывая ее с ног до головы. Трина вся взмокла; дыхание сбилось, и она не была уверена, только ли из-за тренировки или из-за близости его скульптурного тела.
– Почему тебе так важно научиться сражаться? – резко спросил он.
Трина подняла бровь.
– Вчера я дала ответ, разве нет?
Он тряхнул головой.
– Недостаточный. За твоим желанием есть что-то, кроме простой защиты. Защититься ты могла и магией.
Он говорил так же, как Мерлин. Да и Трина сама задавала себе вопрос, что сподвигло ее захотеть обращаться с мечом. Против вакцины и Совета это абсолютно бесполезное оружие.
– В деревне, где я выросла, любое умение будет полезным, – легко соврала, вспоминая, как Мерлин сказал всем, что она выросла в его родном поселении. – Возможно, Мерлин рассказывал, что жизнь там не так проста, как в королевских замках.
Он вгляделся в нее, слегка наклонив голову набок. В глазах отразилось что-то, похожее на боль, и тут же исчезло, сменившись простой серьезностью.
– Ты думаешь, жизнь в королевских замках проста? Что это сплошной праздник, пиры и шелка?
Суровость тона удивила ее. Но вообще-то да, так она и думала. Ну, возможно, к этому списку еще иногда прибавлялись войны и королевские советы.
Она не ответила, но он прочел все по ее лицу.
– Если ты ехала сюда за этим, ты глубоко
Не послышались ли ей нотки разочарования в его голосе?
Прежде чем она успела это понять, что-то спросить, продолжив тему, небрежность и веселость Гавейна вернулись.
– Пойдем, – приказал, махнув рукой и двигаясь в сторону стоящих по кромке поля шатров. – Ты заслужила меч.
Трина радостно поспешила за ним, но радость эта была недолгой. Едва они достигли стоек с оружием, где она потянулась к одному из клинков, Гавейн остановил ее, положив горячую ладонь на руку.
– У меня есть кое-что особенное для тебя, – пообещал. – Подожди здесь.
Оставив ее, он зашел в шатер. Трина взволновалась еще больше. Но что-то внутри упрямо подсказывало, что не ждать подвоха от сэра Гавейна было глупостью.
И правда. Спустя минуту он вышел, неся в руках… деревянный меч.
– Держи, – протянул с улыбкой, которая должна была быть невинной. – Это твой тренировочный клинок.
– Это кусок дерева, – недовольно пробурчала Трина. Руки за своим оружием она не протянула.
– Сталь нужно заслужить, – спокойно и поучительно ответил рыцарь. – Если хочешь учиться, начнешь с этого.
Трина вздохнула. Какой у нее был выбор?
Несмотря на свой характер, Гавейн оказался хорошим учителем. Он терпеливо объяснял и показывал базовые движения и приемы, отвечал на ее многочисленные вопросы о видах оружия и какое лучше выбрать, что делать, если меч выбили из рук и как долго вообще следует обучаться. При этом он был строгим и требовательным наставником, который заставлял проделывать все до тех пор, пока не получится идеально. Трине это нравилось. Она привыкла доводить все до отличного результата.
– Как долго ты учился этому? – спросила, с восторгом наблюдая за очередным трюком, который он вытворял с мечом, пока она оттачивала свои простенькие удары.
– Чему именно? – обернулся.
– Сражаться. Так владеть оружием.
Он вновь посерьезнел.
– С детства. Я был совсем ребенком, когда меня начали обучать.
– В твоем поселении тоже была тяжелая жизнь? – сочувственно произнесла, представляя, как маленький Гавейн вынужден защищаться от набегов разбойников, которые она не раз видела в историческом кино.
Он неожиданно усмехнулся, но в голосе не было и тени смеха.
– Да, можно сказать и так.
Наверное, она задела какие-то болезненные воспоминания из детства. Трина потупилась, решая остаток урока молчать и сосредоточиться на деле. С веселым, не погруженным в себя Гавейном, существовать было легче.
Спустя час, когда она окончательно выбилась из сил, на поле начали появляться рыцари. Увидев леди в тренировочной форме, да еще и доставшейся от Морганы, они не скрывали своего замешательства. Заметив вдали Артура, Трина замерла. Что скажет король?