Воин
Шрифт:
– Милорд? – шепнул у его плеча Берк, оруженосец. – Берем в плен демуазель прямо сейчас или подождем?
– Подождем.
Он хотел, чтобы его невеста подтвердила свои намерения. Ее отец выступил в мятеже против короля Генриха, что служило основанием задержать ее как политическую пленницу, но для нее будет лучше, если она осудит измену лорда Уолтера и добровольно сдаст замок. Вероятность, что так и произойдет, еще имелась, хотя пока ее действия говорили об обратном. Судя по всему, хозяйка Кларедона готовилась к сопротивлению.
Ранульф предпочел бы допросить ее немедленно, но он еще не решался подойти к своей невесте – пока не наступят сумерки и не послужат ему для маскировки.
При виде рыцарей, закованных в доспехи, и лучников, выстроившихся на крепостной стене, незащищенная плоть между лопатками начинала зудеть. Облачаясь в грубое коричневое монашеское одеяние, Ранульф снял кольчугу и оставил меч, вооружившись одним лишь кинжалом. От оруженосца – парнишки, выбранного им за острый ум, – много пользы не будет, если войско Кларедона обнаружит врага. Он выбрал монашеское облачение, потому что оно вряд ли могло вызвать подозрения, а это давало ему замечательную возможность понаблюдать за невестой – и он окажется в лучшем положении для действия, если Ариана все же решит ослушаться приказа короля и запрет ворота.
Сузив глаза, Ранульф с невольным восхищением следил за Арианой. Высокая и грациозная, облаченная в ржаво-красное блио [1] с прошитым золотыми нитями кушаком, она выглядела стройной, как ива, и слишком хрупкой, чтобы возглавлять рыцарей и воинов в их неповиновении новому сеньору, королю Генриху. Однако она не первая и не последняя среди подданных Генриха, кто пытался сделать это. С той минуты как Генрих прибыл из Нормандии четыре месяца назад, он то и дело сталкивался с непокорными английскими баронами. После коронации он стал восстанавливать в Англии порядок, разрушая замки тех, кто не подчинился закону, подавляя мятежи и уничтожая всех сторонников Стефана, отказавшихся принести клятву верности новому правителю.
1
Блио (фр.) – распространенная в XI–XII веках женская одежда с боковыми шнуровками, узкими рукавами, которые заканчивались длинными свисающими манжетами.
Это восстание возглавлял Хью Мортимер, стремившийся посадить на трон вместо Генриха незаконного сына Стефана, Уильяма. Король Генрих вел сейчас осаду замков Мортимера в Шропшире, а Ранульфа отправил в Беркшир, чтобы тот завладел там собственностью Уолтера Кларедона и разобрался с его дочерью.
В данный момент она казалась погруженной в глубокие размышления, что только усилило настороженность и недоверие Ранульфа. Исходя из собственного опыта он знал, что женщины благородного происхождения, слишком много думающие, склонны к интригам и часто причиняют неприятности.
Он увидел, как Ариана поднесла руку ко лбу и склонила голову. Плачет? Молится?
Не важно. Слезами его не проймешь. А Господь не убережет ее от его гнева, если она задумала предательство. Если она решила поддержать мятеж против законного короля Англии, то дорого заплатит за свою измену.
– Поднимать мост, миледи? – негромко спросил свою госпожу Саймон Креси. – Почти все селяне уже в Кларедоне.
– Подождем еще немного, – ответила Ариана. – Могут быть и другие, кто ищет защиты в замке.
Она почувствовала, как Саймон встал рядом с ней. Старший вассал ее отца и командир гарнизона в Кларедоне, Саймон
– Саймон.
– Да, миледи?
– Ты молодец. Я расскажу отцу о твоей помощи. Украдкой взглянув на него, Ариана заметила, что он зарделся от ее похвалы.
Они занимали одинаковое положение, однако Саймон был старше ее на дюжину лет и куда опытнее как в политике, так и в военных вопросах. Ариана безоговорочно доверяла ему. Она частенько гадала, не попросил бы он ее руки, если бы у нее не было жениха.
«Мой вечный жених», – с горечью подумала она.
Ариана сжала кулаки, отгоняя прочь эти мысли. Она поклялась себе не думать об утраченных надеждах и исчезнувших мечтах.
Подняв голову, она взглянула через парапет на только что засеянные поля Кларедона, на сверкающую извилистую реку, стремившуюся к горизонту, золотую в последних лучах заката. Вид был таким мирным – но это всего лишь иллюзия.
Ариана никогда не знала настоящего мира. Она росла в один из самых беспокойных периодов в истории Англии, и хотя ее отец сумел с помощью стратегических сражений и рассудительного политического маневрирования уберечь свои земли от разорения, опустошившего во времена правления Стефана большую часть Англии, все же их жизнь не могла остаться безмятежной. В течение последних десяти, лет Уолтер потратил целое состояние, возводя новые каменные стены вокруг Кларедона вместо старых деревянных, но никакая стена не может протянуться достаточно далеко, чтобы уберечь окружающую местность от вторжения войск.
А его войско уже выступило в поход. Обезумевший гонец, прискакавший сегодня утром из Бриджнорта с невероятной новостью об измене ее отца, предупредил также о приближении войска Черного Дракона.
– Саймон? – дрожащим голосом произнесла Ариана. – Ты считаешь, мы поступаем правильно?
Саймон покачал темноволосой головой:
– Не знаю, миледи. И все же я верю, что именно этого хочет от нас лорд Уолтер. Вы знаете своего жениха лучше, чем я.
– Сомневаюсь. Я встречалась с ним лишь однажды и была тогда совсем девочкой. – Ее губы изогнулись в безрадостной улыбке, когда Ариана припомнила ту удивительную встречу с Ранульфом де Вернеем.
В тот миг она лишилась не только страха перед Ранульфом. Она лишилась своего сердца. Она решила, что лорд Верней – самый лучший искатель ее руки, воплощение всех девических мечтаний. И поклялась себе, что будет ему хорошей, верной женой.
Какой она была наивной!
– Я думала, что он добрый и нежный, – пробормотала Ариана, обращаясь к Саймону. – Представляешь, как я ошиблась?
– Я слышал, что о нем рассказывают ужасные вещи.
Она тоже слышала эти истории – о том, что Черный Дракон дерзок в сражении, о его безжалостной мстительности. Одно его имя, взятое с девиза на щите и знамени, вселяло страх в сердца других мужчин.
– Говорят, что де Верней – лучший военачальник Генриха, – пробормотал Саймон. – И его самый блестящий тактик. Он знаменит тем, что бросил вызов собственному отцу и победил его в битве. Более чем бессердечный сын.
Ариана молчала. Все эти истории о лорде Ранульфе потрясали. Рассказывали, что его мать взяла себе любовника из крестьян до рождения Ранульфа, поэтому он запросто мог быть отпрыском человека низкого происхождения. Конечно, благородный отец сомневался в своем отцовстве. Ив де Верней отказался признать Ранульфа своим наследником даже после смерти двух старших сыновей. Черный Дракон предъявил свои права на наследство с помощью меча.