Воины облаков
Шрифт:
Шаман, совсем молоденький, лет двадцати, не больше, совершенствовал полученые знания, на нескольких семьях. Молодых и, хвала богам, здоровых, которые, благодаря этим качествам, не так давно выстроили эту деревню в удобном месте, где нужны были только сильные руки, чтобы его благоустроить. В семьях, ещё даже не было детей. Очень уж тяжел был первый год, когда река и охота были огромным подспорьем, пока получили первый урожай. Огороды устроили на высоком берегу у реки, но насыпали уже и первую терассу.
Чаупи-тута, увидевший, с детства знакомую, реку, загорелся мыслью порыбачить. Я ушла за ним и, совершенно расслабившись,
Пушак остался с юным последователем, который воспользовался удачей задать вопросы, что, даже при здоровых потенциальных пациентах, могут возникнуть. У него в перспективе были беременности, роды и детские болезни. Хотя, по большей части, индейские женщины рожают легко, часто сами, там, где застанут их роды. Но всякое может быть, и пример тому, уже и мне здесь пришлось увидеть.
Вечерняя зорька добавила мальчику пойманых рыбёшек. Мы возвращались в деревню, дождя, как такового, не было, но в воздухе вдруг возник влажный туман из мелкой водяной пыли, и в несколько минут наша одежда вымокла до последней нитки. Пришлось переодется. Рыбу отдали молодым гостеприимным хозяйкам, которые готовили на всех в большом глиняном горшке. Сегодня ночью они в первый раз воспользуются новым уака -жертвенником, который поставили у будущих террасных полей. Готовилось подношение Луне. По лунным циклам делают посадки. Луна помогает росту растений. Жертвенник использовался так же для приношений другим богам. Солнцу. Земле. Воде. Он представлял из себя большой плоский камень, который мужчины установили на ровной площадке у первой террасы.
Если река была нижней точкой долины, то её высокий берег полого поднимался до деревни. Домики ставили по тому же террасному принципу, выравнивая для них ниши-площадки. Дальше склон становился круче. На нём и начали строить лесенку террас. Ещё выше собирались выкопать водоём для полива и отвести туда ручей, что стекал в реку.
Для жертвы луне, выбрали ночь полнолуния. Так уж нам повезло здесь появиться. На камне уже стояла широкая чаша с водой. Ждали только часа, когда луна отразится в ней. Женщины стояли вокруг и пели, чтоб призвать богиню. Мужчины отбивали ритм, постукивая сухими кукурузными початками и их же использовали как трещотки. Просто тёрли друг об дружку и сухие зёрна тихонько трещали. Когда диск луны появился на воде, женщины пошли по кругу, зачёрпывая маленькими плошками еду из котла и “кормили” отражение похлёбкой. Потом мужчины взяли чашу и полили этой водой новое поле. Остальной похлёбкой угостили всех присутствующих. Женщины и мужчины сели спиной к спине и ели густой суп, где зерно, бобы и картофель варились целиком, закладываясь строго по очереди. Ни мяса, ни рыбы, в такой суп не клали. Их обмазывали глиной и запекали в углях.
Пили чичу. Все, кроме нас. Я, в принципе, не могла заставить себя пить эту гадость, Пушак просто не любил алкоголь, а употреблял только тогда, когда этого требовал ритуал. Тут все бразды правления были у молодого собрата, и шаман мог радостно пофилонить. Мальчишке я не разрешала наливать, принципиально. С крепкой поддержкой со стороны учителя. А, вобщем, празднование, в кругу весёлой молодёжи, удалось. Мне перевода не требовалось. Вполне хватило настроения. Впрочем, кое-какие слова, мне были знакомы. Да, не сравниться мне с нашим маленьким полиглотом. Да и стараться особо не хотелось.
В последние дни Чаупи-тута не видел снов. Да и спать удавалось урывками. Но сегодня, после чудесного вечернего праздника, с предвкушением завтрашней встречи с семьёй, он заснул глубоко и спокойно. Во сне он увидел светловолосую девочку. Её лицо показалось ему знакомым, но где он её видел, вспомнить никак не удавалось. Девочка стояла на пороге его дома и махала ему рукой. Поляны на горе вокруг его деревни были разноцветными.
– Месяц цветов,- подумал Чаупи-тута.- Я в это время надеюсь быть вместе со всеми, в Мёртвом городе. Чего бы мне это не стоило. Где же он видел эту девочку? Может это мама Альпа - богиня, покровительствующая нам, целителям, только такая же маленькая, как я. Богини неподвластны времени и могут быть старыми и юными, в зависимости от своей нужды. Может так она хочет показать, что люди растут тогда, когда не боятся становиться взрослыми. Как мало он ещё знает..
От Солнечных дверей, до своей деревни, он почти бежал. Пушак и Ирина остались далеко позади. Они вышли с рассветом и добрались гораздо быстрее, чем рассчитывали. Погода стояла чудесная. Был час обеда и семья должна была собраться за едой в доме. Мама вышла на порог и Чаупи-тута понял на кого была похожа девочка из сна. Мама ждала ребёнка. Он подбежал к ней, уткнулся головой в округлившийся животик. Она крепко прижала его обеими руками.
– Здравствуй, Танитани - горный цветок,-сказал он приложив ухо к животу матери.-Моя сестра родится в месяц цветов, мама.
На глазах матери показались слёзы.
– Как ты вырос,-только и сказала она.
Пушак и Ирина издали видели сцену трогательной встречи. Но слышать, о чём говорил мальчик они не могли. На порог выбежали брат и отец, которых позвала счастливая мать.
– Это учитель и Ирина - дочь Инти,- сказал мальчик, когда они подошли к дому. Вся семья приложила руки к сердцу, здороваясь и выражая признательность и уважение.
– Вы воспитали хорошего сына,- Пушак потрепал мальчика по волосам.- Лучшего ученика у меня ещё не было.
В доме Чаупи-тута достал из мешка наше общее рукоделье и похвастал матери, что это я научила его, как сделать такую необычную вещь. Он сам надел носки на ноги матери, встав перед ней на колени.
– Жаль, что у меня не хватило времени сделать такие же для всех. Столько всего случилось! Я расскажу вам. Учитель разрешает мне остаться до завтра.
– Надо же устроить наших гостей,-засуетилась хозяйка, но Пушак остановил её.
– Гораздо приятнее вам будет побыть вместе, без гостей. У нас есть очень важные дела в городе, мы вернёмся за ним завтра. Точнее, встретим его у Солнечных дверей. Проводите его туда к такому же часу.
Я не могла ничего сказать матери мальчика. Но обняла и поцеловала в щёку, прощаясь. Она вытерла слёзы и ясным взглядом посмотрела нам вслед.
Чаупи-тута был на седьмом небе от счастья. Вся семья слушала его, самого маленького, не выказывая ни малейшего недоверия к его сказочной истории. Даже старший брат, частенько поддевавший его раньше, не бросал недоверчивых фразочек.
В полночь, мама, как прежде сидела у его постели.
– Скоро тебе дадут другое имя,- шептала она.- Ты уже видел больше, чем все мы вместе. Я знаю, ты совершишь великие дела. И получишь замечательное имя.