Воины облаков

Петренко Евгения

– Я помню, ты говорил мне об этом.-Чаупи-тута повернулся к шаману.

– Ты слышал, учитель. Это Руми. Он уари.Из тех, что напали на нас в дороге.- Мальчик снова обратился к уари.
– Наверное, ты хотел что-то сказать?

– Я искал тебя. Слышал, что ты вернулся. После того, как ты говорил со мной, мне интересно было узнавать о тебе.- Он потупился.- Ты сказал, что поможешь мне. Не верилось, ты такой ещё маленький..Но..Всё, что о тебе рассказывали, давало мне надежду. Когда вы ушли из города, я видел как женщина, жена вождя, бросила на крышу дома, где жили посланники богов, мешочек. Я достал его, хотел отдать, когда ты вернёшься. Но вас

не было так долго, что..мне стало интересно..я посмотрел.

Он протянул грубосотканый из жёсткой травы мешочек. Не маленький, надо сказать. В нём было восемь фигурок. Куклы. Сшитые из полотна, примитивно раскрашеные лица, нитяные волосы, одежда из тряпочек. И всё же вполне узнаваемые. Это была наша шестёрка. Пушак в белой тунике с нарисованым золотым солнышком на груди. И маленькая фигурка Чаупи-Тута. Рядом с куклами завязаные чёрной ниткой лежали иголки от кактуса пейот.

– Ты так и нашёл их?- Пушак недоуменно глядел на связанные колючки.

– Нет,- парень покраснел.-Колючки были в куклах. Я выдернул их палочками, не касаясь, и связал чёрной ниткой. Наш деревенский колдун делал такое заклятие для врагов. Я искал для него кактус с четырьмя рёбрами. Он сказал, что такой - самый сильный. Я понравился ему, он сказал, зря я пошёл в воины, он мог бы сделать из меня хорошего колдуна. Тогда он напился отвара из пейот, говорил странные вещи. Что его голова ночью ходила кусать врагов. Я попросил его, и он рассказал мне как от колдовства избавиться.

– Это правда, есть такое колдовство. Только нас в доме уже не было. Может на возвращение надеялись? Только ты им всё испортил. Спасибо тебе, Руми.

– Я слышал, что вы идёте к Храму. Может быть я могу пойти с вами? Здесь, я навсегда останусь рабом. Ты главный шаман и многое решаешь, может быть есть способ искупить мою вину иначе? Я хотел бы стать, если не твоим учеником, то хотя бы служить тебе, добровольно.

– Возьми его, учитель,- попросил Чаупи-тута. Я чувствую, что он не предаст.

– Я подумаю, Руми. Есть закон, но завтра мы избираем нового вождя Куэлап. Ждали только моего возвращения. После того, как он будет избран, я поговорю на Совете Трёх о твоём деле. А пока иди. И хорошо исполняй порученую работу. Чтоб мне не стыдно было просить за тебя.

– Спасибо!- Руми приложил руки к груди.- Даже, если не получится, всё равно спасибо. Я вижу, ты правдивый человек. И всё, что я слышал о тебе до этого, говорит о том же.

Он вышел из комнаты. А мы вчетвером, включая молодого ждущего, наклонились над оставленым мешком.

– Пушак,- спросила я,- кто заказал, понятно..Но кто сделал? Скажи, это можно как-то узнать?

– Есть один способ,- шаман поморщился,- но на это нужно время. Ты же слышала, завтра выбираем вождя.

– Не стоит оставлять врага за спиной,- сказал ученик амауты.

– Умный мальчик,- поддержала я. Тебя как зовут? Идти будем вместе, а до сих пор не познакомились.

– Шулка - младший сын - извини, Юри, другого имени ещё не заработал.

– Какие твои годы,- сказала я дежурную фразочку.

– Уже и здесь, имя данное Пушаком, приклеилось ко мне намертво. Может ли имя привязать меня к здешнему миру?- я думала о том, что рационализм нашего времени, постепенно, сползает меня, как позолота с дешёвого колечка.- Если бы осталась тут, может и вправду поверила бы, что я дочь Инти. А, папуля?…

Я на выборы не пошла бы. Пушак попросил. Наш поход в Чанкай добавил мне уважения воинов. История разошлась и обросла подробностями.

Как обычно и бывает. Но шаман, лицо политическое, и пользоваться выигрышной ситуацией и должен, и умеет. Если я популярна, то поддержка, даже молчаливая, должна быть использована. Политика. А, поскольку я рот открыть могу только среди посвящённых, то и мой переводчик - Чаупи-тута, тоже оказался рядышком.

Реально, мы никак не могли повлиять на решение. Ни я, ни мальчик, поскольку в городе были недавно, оценить качества кандидатов не могли. Мы просто никого из них не знали. Из-за этого я и идти не хотела. Не люблю быть вывеской. Но сам процесс мне был небезинтересен.

Воины предложили нескольких, наиболее уважаемых, представителей. Чаупи-тута переводил мне рассказы, о каждом из них, их друзей и соратников. Я, насколько мне была известна система управления чачапойя, понимала, что Пушак хотел бы видеть на этом месте человека волевого и инициативного, но, тем не менее, командного игрока. Постепенно я увлеклась тем, что, по его выражению лица, пыталась понять насколько он доволен тем или иным кандидатом. Сами рассказы были похожи один на другой. Воины прямолинейны и ценят физическую силу, воинские умения и храбрость. Разбираться в подковёрных играх они умеют слабо. Поэтому и профукали хитреца Вакраллу. Тот, в бою, старался находиться в самых опасных местах. Там же, как правило, старались сражаться все лучшие и уважаемые воины, словом которых он и постарался заручиться на момент своих выборов. Сам умелый и сильный воин, он многим из них помог сохранить жизнь.

Шаман, ещё до выборов, склонялся к кандидатуре одного из сотников, который был соперником Вакраллы на прошлых выборах и предупреждал, что сомневается в благородных качествах противника, говоря о нарушениях в ритуальном поединке, который нам ещё предстояло увидеть. Но, когда побеждённый говорит такое о победителе, как правило, его слова делят на десять. И редко воспринимают всерьёз.

Я уже начинала скучать, когда воины перешли к основному процессу выборов. Кандидаты выстроились у стены. Все присутствующие, проходя мимо, ложили камень к ногам того, кого считали лучшим. Кипукамайок, один из старых шаманов, вёл счёт, отражая результаты в кипу, для истории.

Те двое, что набрали наибольшее число голосов, должны были драться в бою без оружия, до первой крови. Теперь, после боя с Алексом, шаман подозревал, как Вакралла добился крови в том бою.

Насколько я научилась понимать что-нибудь в поединках, то кровь легче всего получить ударом в голову, ещё точнее, в лицо. Рассечь бровь, открыть носовые сосуды, разбить губу. Драчка-то без кап. Работать, если хорошо знаешь противника и его слабые стороны, первым номером. Тоесть раздёргать левыми джебами и прямым правым вложиться всем телом в дырку обороны. Или, если вторым, обозначить глухую защиту, например, показать удар левой в корпус и, проваливая противника, отойти с ударом правой в лицо.

Бой пошёл по первому сценарию и закончился, как любой непоказушный, практически, не успев начаться. Наши победили. Я о том, что Пушак, кажется получил нужного кандидата.

Шаман ушёл на Совет Трёх, а мы ждали решения судьбы Руми, сидя на террасе возле школы.

– Ты что-то задумал, мальчик, так что колись, я добрая не выдам,- я решила, что Чаупи-тута может наделать глупостей, если учитель не пойдёт у него на поводу. Поскольку подслушивали мы вместе, то мне с ним и поговорить легче будет. Должен же кто-то выслушать его доводы.