Волчий берег
Шрифт:
Я говорю:
– Надеюсь, зверьё сюда не полезет.
– Нет тут зверья, Жгучка. Сама знаешь, так что не притворяйся. Не зря про этот лес слухи ходят… странный он какой-то, не на месте я тут, чувствую, словно в сон попала… скорее бы к людям выйти.
– Скоро выйдем.
Малинка уже не слышит, спит. Я сдаюсь, позволяю себе расслабиться, растечься по земле. Ноги болят, но разуваться глупо. Чулки за день к коже словно прилипли, и платье стало будто вторая кожа. Когда из дому бежали, не вышло штанов найти. Была идея в
Теперь вся надежда на завтра. Если завтра мы не найдём еды, у нас не останется сил идти. Не знаю тогда, что делать. А Малинка молодец, не ожидала! За весь день ни разу не зарыдала и не капризничала, не жаловалась.
В горле болезненный комок сглотнулся. Это потому она такая стала, что я всю правду ей вчера как на духу выложила. Лишила детства.
Но что ещё было делать? Промолчать куда хуже!
Утром мы еле проснулись. От усталости кружилась голова, зато желудок замолчал. Если бы он ещё не болел!
Мы очень долго шли, вернее, брели, понурив головы. Голод стал таким сильным, что хотелось землю есть, только бы что-то на зубах было и в живот попало. Но землю нельзя.
– Всё будет хорошо, Малинка. Мы скоро найдём еду. Ничего не бойся, пока я рядом.
Не знаю, кому я говорила – ей, себе или миру. Сестра устало попыталась улыбнуться, но не вышло. Вокруг глаз тени, и даже волосы потускнели.
Так мы и шли. Даже мысли путались, как чёртовы ноги.
– Вон смотри, ягоды! – Вдруг крикнула Малинка. – Ягоды! Побежали!
И как рванёт вперёд, будто крылья выросли.
– Стой.
– Да там чисто, я вижу! – сердится сестра и бежит к стелящимся по земле кустикам, усыпанным блестящими каплями. Действительно, какие-то ягоды, правда, незнакомые. Растут кучно, вокруг чисто, зарослей нет, зверью прятаться негде, но та самая путеводная нить, которая вела меня последние дни, обходит ягоды далеко стороной. Наверное, не зря.
Мысли путаются, ворочаются лениво, но всё-таки работают.
– Подожди! – кричу я.
Живот сразу заурчал, так захотелось взять ягоды и раздавить на языке, и чтобы сладкий или кислый сок на нёбо брызнул. Представила и чуть слюной не захлебнулась.
– Чего?
Не знаю, чего. Да и… Нет, я тоже хочу!
Мы бросились к ягодам и упали рядом с кустиками на колени. Руки сами собой потянулись вперёд и так дрожали, были такими тонкими, сухими и бледными, даже не верилось, что это наши руки.
Я так спешила сорвать ягоды, что даже котомку со спины не сняла. Всего одно движение – и у меня будет еда!
И тут что-то будто дёрнуло сбоку за юбку. Я передвинула ногу, поправляя ткань, но её тут же дёрнули
Ягоды высыпались из рук, я отпрыгнула от змеи раньше, чем задумалась. Змея быстро повернула зубастую пасть в мою сторону, а рядом с ней, взломав землю, появилась вторая. Вокруг шевелилась почва, растрескивалась крупными кусками, из-под которых что-то огромное рвалось наружу.
– Малинка, беги!
Почему-то я сказала шёпотом. Сестра, однако, отреагировала быстро, бросилась ко мне, по дороге наступив на очередную змею, лезущую из-под земли. Та запищала. Малинка завизжала. Окружающие змеи запищали ещё пронзительней. Вокруг стало слишком громко.
– За мной!
Я развернулась и бросилась прочь, забыв и про ягоды, и про пустой живот. И откуда силы взялись? Сестра неслась следом, а позади оглушительно трещала земля. Кто-то огромной рвался изнутри, скрипели сломанные ветки и рвущиеся корни, глухо бились о поверхность комки земли.
– Куда?! – Закричала Малинка.
Я оглянулась… лучше бы этого не делала – позади из-под земли лезло огромное чудовище, похожее на огромную гусеницу в жучином панцире, вся морда и раззявленная пасть его усыпана зубастыми змеями. Мерзкое тело блестело от слизи и извивалось, сбрасывая с себя последние оковы – спутанные корни. И оно лезло и лезло, и конца-края ему не было.
– Жгучка!
Да, некогда рассматривать, нужно спасаться. Палкой и обычного зверя не отогнать, разве что очень повезёт, а это чудовище нашими силами подавно не остановить. Понятно теперь, почему в лесу ни единой зверушки.
– Туда!
Нить снова появилась и вела дальше, прямо к арке из деревьев, причудливо искривлённых ветром.
Я рванула вперёд, надеясь, что ноги не подведут, иначе спасения не будет. К счастью, мы с сестрой всегда отличались резвостью и сейчас не подкачали – только пятками сверкали.
И снова, как день назад, стоило пройти между стволами, как вокруг словно круги разошлись, вспыхнуло и погасло еле заметное радужное сияние.
Мы бежали дальше, лес менялся на глазах – становился светлее, трава выше и… это же птица по земле скачет? А деревья какие тонкие встречаются…
Путеводная нить прервалась, пропала, однако и звуки взламываемой земли стихли. Неужели чудовище вылезло? Может, оно умеет перемещаться беззвучно и вот-вот нас настигнет, набросится со спины?
Ладно, обернёмся ещё раз!
Пусто. Позади только потревоженная трава безмятежно колышется. Яркая и сочная, какой уже два дня не было видно.
Я глазам своим не поверила. Ноги подкосились, хорошо деревце под руку подвернулось, за него и удержалась.
– Стой. Малинка.
– Что?!