Волчий зарок
Шрифт:
Кто-то с обратной стороны двери загремел замками. Но открыл он не дверь, а маленькое окошечко в ней, о существовании которого Полунин и не подозревал. В это окошко, обшаривая помещение, тут же ударил мощный луч света. Прошелся полукругом и остановился на Полунине, ослепив его. Владимир поднял руки, стараясь защитить глаза.
– Очнулся! – довольно проговорил за дверью тот же голос, который Полунин первый раз услышал на набережной. – Смотри какой живучий. А я уж думал, не прибил ли его ненароком!..
– Раньше нужно было это делать,
Полунин усмехнулся и подчинился приказу. Что ж, теперь все окончательно ясно, и Владимир, скорее всего, не ошибся в своих предположениях. Тот человек, который ударил его автоматом на набережной, был Мороз, уже устраивавший покушение на Полунина и сжегший его квартиру. А остальные трое, скорее всего, сообщники Мороза по тем самым налетам.
У Владимира не было полной уверенности в том, принадлежат или нет эти бандиты к группировке, враждующей с Мироном. Но если их так долго никому не удавалось найти, то, скорее всего, они работают самостоятельно, не имея хозяина над собой. Впрочем, четверо бандитов могли быть и личной гвардией Томашевского, но дела это не меняло! Полунину стало абсолютно ясно, что живым ему из этого подвала не выйти.
Владимир, стоя лицом к стене, не мог видеть, сколько человек вошло в комнату. Но, судя по шагам, их было пятеро. Значит, все в сборе и готовы пытать Полунина. Единственной отрадной мыслью, мелькнувшей в его голове в этот момент, было то, что Антона и Светлану эти гады не достали. А значит, они попросту не смогут его заставить отдать им деньги и выдать друзей.
– Ай-ай-ай, Владимир Иванович! Нельзя быть таким сентиментальным, – проговорил Томашевский, подходя поближе к Полунину. – Ну, скажите на милость, зачем вам понадобился этот старый еврей? Сидели бы сейчас дома, отправив в Тарасов одного адвоката, и немного оттянули бы момент нашей встречи. Нет, вам самому захотелось порадовать жида тем, как хорошо вы ему прислуживаете! Впрочем, это ваше личное дело. А мне от вашей сентиментальности лишь меньше хлопот, и все. Надеюсь, не нужно объяснять, зачем мы вас сюда привезли?
– Да пошел ты, козел, – огрызнулся Полунин и тут же получил удар по почкам, едва не поставивший его на колени.
– Следи за своей метлой, Седой, – услышал Владимир голос Мороза над ухом. – Еще раз болтнешь что-нибудь не в тему, язык твой поганый отрежу.
– Свой побереги, «шестерка»! Если останусь живым, узлом его тебе на шее завяжу, – пообещал Полунин и заработал новый удар, сильнее прежнего.
– Владимир Иванович, советую вам проявить благоразумие, – вмешался Томашевский, останавливая Мороза. – Давайте обойдемся без всего этого. Вы нам говорите, куда дели мое золото и деньги, мы проверяем вашу информацию и, если все нормально, то отпускаем вас
– А что ты сделаешь, если я откажусь? – не оборачиваясь, усмехнулся Полунин.
– У нас есть способы, чтобы заставить тебя говорить! – прошипел ему в ухо Мороз и нанес два новых удара по почкам.
На этот раз Владимир не смог устоять на ногах. Коленки его подогнулись, и он, едва сдержав стон, сполз вдоль стены на пол. Однако окончательно упасть Мороз ему не дал. Схватив Полунина одной рукой за волосы, а другой приставив к горлу нож, Мороз заставил Владимира подняться. И, слегка надавив на рукоятку, несильно проткнул кожу на шее Полунина.
– Слушай сюда, падла! – снова зловеще зашептал Мороз. – Предупреждать больше не буду. Первая же твоя выходка – и я отрежу тебе палец. А если будешь продолжать отказываться отвечать на вопросы, то стану тонкими полосками срезать с тебя шкуру. Понял, сука?
Ответить Полунин не успел: где-то вдалеке, в другом конце подвала, послышались быстрые шаги. Владимир буквально спиной почувствовал, как напрягся Мороз, прислушиваясь к ним. А затем, толкнув Полунина к стене, спросил:
– Кто это может быть?
– Это мне у тебя надо спрашивать! – с угрозой в голосе ответил ему Томашевский. – Я же приказал кого-нибудь из людей на охране оставить. Почему все здесь?
– Ну-ка, марш проверить, кто там разгуливает! – зашипел Мороз на своих помощников.
Однако, судя по тому, что новых звуков шагов Полунин не услышал, все трое отказались подчиниться приказу. Владимир удивленно повернул голову к ним, не зная, как понимать такое развитие событий. Видимо, не все в порядке в армии Томашевского, и этим нужно непременно воспользоваться.
– Ладно, суки, – проговорил Мороз. – Раз вы такие трусы, то пойду сам проверю. А вы глаз с этого урода не спускайте! Мороз начал тихо двигаться к двери, но дойти до нее не успел: раньше Мороза в дверях появился неизвестный. Несколько секунд в напряженной тишине они рассматривали друг друга, а затем Полунин услышал знакомый голос:
– Я вижу, что опоздал к началу представления? Весьма прискорбно, – проговорил Юсупов, окидывая взглядом подвал. – Извини, Володя, но надеюсь, что они ничего страшного с тобой не успели сделать.
– Гад ты, Сашка, – тяжело дыша, проговорил Полунин, поворачиваясь к другу лицом. – Я уже почти успел с жизнью проститься!
– Вот бы не подумал, что ты такой торопыга, – рассмеялся потомок древнего княжеского рода. – Надеюсь, теперь твои планы насчет прощания кардинально изменились?
– Что вы смотрите на них? – заорал Томашевский, придя, наконец, в себя от удивления. – Схватите обоих!
Однако трое бойцов, бывших ранее с Морозом, вместо того, чтобы исполнить приказ своего босса, наставили автоматы на него самого и застывшего со злобным оскалом на лице Мороза. Юсупов тоже достал из кармана пистолет.