Волчонок
Шрифт:
В ста метрах от лимузина, скрыт тенью деревьев, стоял «Скарабей» эконом-класса. В его тесной кабине переглянулись два человека. Тот, что сидел на пассажирском сиденье, моргнул – «фасеточный» глаз сменил режим восприятия.
– Ты что-нибудь понял?
– Нет.
– Кто это был? Наши?
– Не знаю. Почему нас никто не предупредил?
Они говорили на помпилианском.
– Надеюсь, вы не вегетарианка, милочка?
В том, что сама Юлия – хищница, не было ни малейших сомнений.
– В
– Замечательно! Мы с вами найдем общий язык. Рекомендую зайчатину под соусом «гарум» из макрели…
С небрежностью, выказывающей большой опыт, Юлия пролистала меню – увесистый том, отпечатанный на тонированной бумаге, в переплете из телячьей кожи. Н’доли огляделась: она впервые была «У дядюшки Марция». Ресторан – скорее элитный клуб, с входом по карточкам – прятался в «тихом центре», сторонясь буйства ночной жизни и сияния рекламы. Приглушенный свет, минимализм старомодного интерьера, отдельные кабинеты. Живая обслуга – и, судя по всему, цены первой звездной величины.
– Пока несут основное блюдо, возьмем соленых улиток. Их тут чудесно солят, с оливками и сыром.
– Полагаюсь на ваш вкус.
– На вкус Юлии можно положиться, – серьезен, как на совещании Генштаба, подтвердил полковник Тумидус. В кабинете они были втроем. – Вина? Чего-то покрепче?
– К улиткам пойдет белое. К зайцу – красное, – Юлия размышляла вслух. – Я за золотую середину. Розовое сухое «Аттенато», Гай. С виноградников моего отца.
– Хорошо.
– Тогда я зову официанта.
Госпожа Руф позвонила в серебряный колокольчик. Официант – черная рубашка, белый жилет – возник в кабинете. Юлия продиктовала заказ: зайчатина для Н’доли, фрикасе из мурены – для себя, улитки – всем. Полковник, как мужчина, заказал вино для дам. Свой интерес Тумидус тоже не забыл: свинина с миндалем, тушеная в хмельном меду, и графинчик тутовой водки. Вино, водка, улитки и хлеб – пышный, еще горячий – объявились на столе через минуту. Наполнив бокалы, официант испарился.
Юлия включила конфидент-поле.
– За нашу вторую родину, – она подняла бокал. – За Китту.
Вкус у вина был изумительно свежий. «С виноградников моего отца,» – вспомнила Н’доли. Она бы дорого дала за возможность бросить такую фразу – мимоходом, как что-то малозначащее.
– Полагаете, я слишком пафосна? Играю на вашем патриотизме? – яркие губы Юлии улыбались, но глаза оставались серьезными. – Родина отреклась от нас. Да, это несправедливо. И что? Забыть родину трудно. Скажу больше: невозможно. Она – всегда первая, даже в изгнании. А Китта – вторая.
Полковник кивнул.
– Вот и ходим к дядюшке Марцию…
Юлия умолкла, задумчиво изучая улитку, насаженную на тонкую двузубую вилку. Она вертела улитку и так, и эдак. Казалось, деликатесный моллюск полностью завладел вниманием госпожи Руф. На миг Н’доли ощутила себя улиткой на вилке. Ее рассматривали с холодным интересом исследователя перед тем, как отправить в рот.
– Уютный ресторан, – сказала вудуни. – Тут все аутентично?
– Более чем. Маленький кусочек Помпилии, откуда нас не гонят. А вокруг –
– Для меня?
– Для вас. Мы ведь коллеги? Делаем общее дело. Считайте, что подарок и для вас лично, и для Центра. А в перспективе… Впрочем, не будем лететь впереди звездолета.
Последняя фраза в устах помпилианки-коллантария прозвучала тонкой издевкой. Уж кто-кто, а Юлия Руф, выйдя в «большое тело» коллективного антиса, могла играючи лететь впереди любого корабля!
– Не буду скрывать, – продолжила Юлия, съев наконец улитку, – что этот подарок в перспективе может пойти на пользу и нам. В выигрыше будут все. Увеличение числа действующих коллантов – одна из главных задач «Грядущего». Вы согласны?
– Да.
– Не буду больше томить вас прелюдиями, милочка. Вам известно, что такое «корсет»? Иными словами, «координирующая сеть»?
Н’доли стоило большого труда не вздрогнуть. Она выпила вина, не спеша с ответом. Информация, по большому счету, открытая. Вряд ли кто-то поверит, что межрасовый генетик, работающий с коллантами, никогда не интересовался особенностями помпилианского клейма.
– Известно. Ослабленный вариант клейма. Применяется для ступенчатого иерархического управления в вашей армии. Для улучшения координации действий частей, подразделений и отдельных бойцов.
– Вы знаете «Уложение о родах войск…»? Оно, между прочим, «для служебного пользования»!
Похоже, Н’доли удалось удивить полковника Тумидуса.
– Спецслужбы Помпилии плохо работают, – вудуни щелкнула ногтем по бокалу, слушая тонкий звон. – Наберите запрос в вирте. Ваше «Уложение…» лежит в открытом доступе.
– Р-р-растяпы! – рявкнул Тумидус.
Свой гнев он яростно запил тутовой водкой.
– Это хорошо, что вы в курсе, – вспышку полковника Юлия проигнорировала. – Для нас важен общий принцип: ослабление клейма для координации и управления, но не для полного подчинения. В армии Помпилии есть две категории воинских частей: части вероятного контакта и части второго эшелона. Никаких тайн я не выдаю, это открытая информация. Так вот, под «корсетом» служат в частях вероятного контакта. Офицеров, а также младший командный состав, прошедший спецподготовку, учат управлять «корсетом». Рядовые, как и в любой армии, должны лишь подчиняться. Исходные данные понятны?
– Вполне, – Н’доли позволила себе сарказм. – Объяснения для школьников?
Юлия достала пачку «Perfectum» и мундштук из янтаря. Прикурив от зажигалки – миниатюрной копии лучевика – она глубоко затянулась и выпустила струю ароматного дыма. Из стола выехала пепельница, под потолком включилась фильтр-вытяжка принудительной рециркуляции.
– Переходим к объяснениям для докторов наук, – сказала госпожа Руф. – Все коллантарии-помпилианцы, кому удалось выйти в «большое тело», служили в армии. В частях «вероятного контакта». Офицерами или старшими сержантами со спецподготовкой. Повторяю: все без исключения.