Волчья кровь
Шрифт:
Беда в том, что дед тоже об этом знал и знанием своим сумел воспользоваться с садистской виртуозностью. Понять бы еще мотивы. В банальную месть Вадим не верил, успел изучить деда так же хорошо, как и тот его. Что-то крылось за этой безумной сделкой, что-то рациональное и очень важное, настолько, что дед решил рискнуть самым дорогим – честью рода Закревских…
Мобильник был модный, изящный, полностью соответствующий новому Ясиному статусу. Первый подарок благодетеля. Яся задумчиво поскребла ногтем глянцевый бок
Набрав знакомый номер, Яся не отваживалась нажать на кнопку вызова очень долго – минут двадцать, если не тридцать, – а потом, прогоняя сомнения, сделала глубокий вдох и решилась.
Петя ответил не сразу. Он не давал номер своего телефона кому попало и на незнакомые звонки отвечал с неохотой, а иногда и вовсе не отвечал. Ясе повезло.
– Алло? – прогудел в трубке знакомый бас.
Яся воровато покосилась на закрытую дверь шахматной комнаты и прошипела:
– Петенька, ты только не волнуйся, это я.
Какое-то время в трубке царила тишина, а потом послышался Петин рев:
– Яся, мать твою! Ты где?! Я весь город на уши поднял! Я Косого косым на второй глаз сделал…
– Тише. – Яся, прикрыв трубку ладонью, бросила тревожный взгляд на дверь. – Петенька, со мной все в порядке. Ну, почти в порядке.
– Ты где? Почему сразу не позвонила? Я ведь за тебя отвечаю! Да с меня из-за тебя знаешь сколько шкур уже спустили! Яська, Яся, с тобой точно все в порядке? Эти скоты с тобой…
– В порядке, Петя, в порядке. Просто до телефона только сегодня добралась. Вот звоню, чтобы предупредить…
– О чем предупредить? Яська, немедленно приезжай ко мне. – Петя хоть и старался скрыть волнение, но в его возмущенном рыке явно слышалось облегчение.
– Петь, я не могу приехать. Пока не могу. – Вот ведь задачка! Попробуй объясни в нескольких словах, как круто изменилась ее жизнь, в какую авантюру она позволила себя втянуть. – Петенька, со мной нормально все, честное слово. Я просто на какое-то время возьму тайм-аут.
– Что ты возьмешь?
– Тайм-аут. У меня тут такое наклевывается, такое… Петь, не могу я долго разговаривать. Ты, главное, знай, что я жива-здорова, и Зоричу объясни…
– Что я должен объяснить Зоричу?! – Петя снова сорвался на возмущенный вой. – Что ты пропала хрен знает куда и сейчас продолжаешь играть в хрен знает какие игры?! Что я должен ему объяснить, Яся?
За дверью что-то зашуршало, никак Леха подслушивает…
– Скажи, что я замуж выхожу, – брякнула Яся. – И звонить мне пока не нужно, я сама, если что…
– За кого замуж? – спросил Петя.
Перед внутренним взором встала наглая рожа суженого, Яся поморщилась.
– За
Вовремя, надо сказать, потому как в дверь громко постучали. Так бесцеремонно мог стучаться только Леха, значит, она не ошиблась – подслушивал, шельмец.
– Входи! – Яся торопливо спрятала мобильник в карман джинсов.
– Кому это ты звонила? – Леха хитро сощурился.
– Не твое собачье дело, – привычно огрызнулась Яся. С Лехой у нее установился вооруженный нейтралитет, так, переругивались понемногу, но откровенных гадостей друг другу не делали. Почти семейные отношения.
– А вот я сейчас Олеговичу доложу, и станет это собачье дело моим, – ухмыльнулся охранник.
– Этикетке звонила. – Яся воздела глаза к потолку: – Просила, чтобы сегодня не приходила.
Этикеткой она называла лишенную возраста, до безобразия идеальную во всех своих проявлениях мадам, которая с подачи благодетеля повадилась учить ее этикету и светским манерам и которую Яся возненавидела с первого занятия.
«Милочка, ну кто же цепляет салфетку на манер детского слюнявчика?! И будьте так любезны, не сидите, как пьяный матрос. Коленочки вместе, вот так. И локти со стола уберите. А что ж вы, милочка, перед тем как вино пригубить, губы салфеткой не промокнули? И не сутультесь, ради бога!» Вот примерно в таком ключе общалась с Ясей этикетка. За что же ее любить?!
Похоже, Лехе мадам тоже пришлась не по нутру, потому что, вопреки ожиданиям, ерничать он не стал, а сказал с почти сочувственной ухмылкой:
– Этикетка на сегодня отменяется.
– Неужто опять к стилистам потащат?! – Яся осторожно потрогала свои перекрашенные в густой медовый цвет кудри. Не то чтобы ей не нравился новый имидж, но сколько ж на него ушло времени и нервов! Два часа у парикмахера, потом еще час у визажиста. И все ради снисходительно-одобрительной улыбки благодетеля.
В кармане сердито завибрировал мобильник: наверняка Петя решил расставить все точки над «i». Ведь просила же, чтобы не звонил! Яся сунула руку в карман и отключила телефон. Еще не хватало, чтобы Леха догадался, что с помощью подаренной игрушки она активно поддерживает связь с внешним миром.
– Не, к стилистам тоже не потащат, – охранник мотнул башкой. – Сегодня к боссу на инструктаж.
Да, обрадовал! К боссу на инструктаж – это пострашнее стилистов и этикеток будет. Хотя любопытно, что за инструктаж такой…
По территории – так Леха с Санычем называли те сто гектаров земли, что окружали загородный дом Закревских, – передвигаться самостоятельно Ясе не то чтобы не разрешали, но не рекомендовали, наверное, переживали, что заблудится. Вот и сейчас от шахматного домика к хоромам благодетеля ее сопровождал Леха.
У дверей хозяйского кабинета он вытянулся по струнке и скомандовал:
– Ну, топай! Я тебя тут подожду.
Благодетель сидел за массивным, по всей вероятности антикварным, столом, барабаня пальцами по уже виденной Ясей кожаной папке с золотым тиснением.