Волхв-самозванец
Шрифт:
— Где я? — Мне захотелось определить свое местонахождение, тем более что от этого зависела моя жизнь.
— Здесь.
— А здесь — это где?
— Ну ты тупой. Здесь — это здесь, а не там или там.
— А что я делаю здесь?
— Да мало ли, темно — не видно.
Подобные ответы лишь больше запутали меня, да и боль в голове забилась с новой силой. Пора кончать с этим цирком.
— Как отсюда выйти?
— А чем здесь хуже, чем там?
— Мне нужно быть там, а не здесь.
— Тогда
— И как мне выйти?
— Через дверь.
— Логично. — Я встал на ноги и принялся ощупывать стену в поисках двери. Судя по оказанному приему, мне повезло очутиться в компании психов, поехавших на разной философской мути.
С одной стороны, это может быть хорошим знаком — меня не считают политическим, что значит — больше шансов выжить, но с другой… дураков на Руси испокон веков любят, но столь же жестоко и бьют.
Главное — не наступить на моих собеседников, а то крику не оберешься.
— Эй, Трое-из-Тени!
— Чаво?
— Поберегись.
— Ты что, воздух решил испортить?
— Нет. Боюсь наступить.
— На кого?
— На кого-нибудь из вас.
На это предположение владельцы голосов ответили диким хохотом.
— Интересно, как у тебя это получится?
Ответить на этот вопрос я не успел, поскольку скрипнул засов и дверь отворилась. В образовавшийся проход просунулась рука с факелом, а следом бородатая морда.
— Тень! — раздался сдвоенный крик у меня за спиной, но, когда я обернулся, болезненно щуря глаза, в тесной камере никого не было. Кроме меня — ни души.
Вот это меня тюкнули: я сам с собой начал разговаривать. Так и на «дурочку» можно попасть.
— Эй, волхв! Особого приглашения ждешь? Давай выходи, — заорал стражник. — И смотри без своих штучек, а то… как звездану промеж ушей.
— Понял. Никаких попыток бегства.
— То-то.
Он вывел меня из подземелья. Щурясь от яркого солнца, я осмотрелся и присвистнул от удивления — предо мной возвышался царский дворец. Это была неприятная неожиданность. От Далдона такого гостеприимства я не ожидал.
— Шевелись! Царь-надежа заждались, — грозно, но с оттенком почтения, прикрикнул стражник, понимая, что царская натура переменчива — то гневится, то лобзает троекратно…
Я послушно последовал в указанном направлении, в царскую приемную, сопровождаемый почетным эскортом из царских стрельцов с алебардами наперевес.
На троне, как и следовало ожидать, восседает царь в окружении четырех стрельцов с луками на изготовку. Рядом, на примитивном кресле, сидит Кощей, а у него за спиной стоит Чудо-Юдо.
Трус поганый!
— Что же ты, Аркаша, супротив царя сваво заговор затеял? Аль я тебя не привечал, аль не лелеял аки дитя родное? —
— И в помыслах, царь-батюшка, не было у меня высказывать непочтение к вашей царственной особе. Токмо о делах царских да об отечестве радею и помыслы имею.
— То все слова, — отмахнулся Далдон. И вдруг завопил: — А ну говори, изменник, куда царевну дел?
— Какую? — спросил я, чувствуя, как у меня все внутри холодеет и предательская слабость растекается по телу.
— Не юли! — Царь топнул ногой и стукнул о пол скипетром. — Где царевна Аленка? Признавайся!
— Она что, пропала?
— Врет он! — взревел Кощей, который Бессмертный. — Украл мою невесту и измену против трона замышляет.
— Не по тебе ягодка расцвела, — отпарировал я.
Кощей схватился за меч, Чудо оскалил все шесть крокодильих пастей, я же стал в боевую стойку рукопашного боя. Хотя мой кладенец и не забрали, но и достать не позволят, вмиг утыкают стрелами. А вот бросить нападающего через себя я, пожалуй, смогу, если раньше не прибьют… не зарубят… не задавят… и не загрызут.
Но драки не получилось. Далдон взмахнул рукой, и заморские гости сели на свои места.
— Не гневи меня, волхв. Скажи, где царевна, и разойдемся миром, а…
— Да не знаю я.
— Не перечь царю. — Далдон даже подпрыгнул, отчего корона слетела и закатилась под трон. Пока ее искали и водворяли на место, я попытался вникнуть в суть происходящего, но мне не дали.
— Кажется, не повезло нам с хозяином. Надолго его не хватит, — раздался за спиной знакомый по камере голос.
Я обернулся.
Никого.
Опять звуковые галлюцинации…
Может, это защитная реакция организма? Моторные рефлексы инстинкта самосохранения человека двадцатого века? Сумасшедших принято лечить, а не сажать на электрический стул. Впрочем, динамо-машину здесь не изобрели, а для казни с успехом используют обычную, слегка заточенную палку — кол. Как видим, процесс тот же, как, впрочем, и результат. Посадили — и готов жмурик.
— Не хочешь по-хорошему говорить — на дыбе скажешь как миленький, — решил царь Далдон.
Кощей одобрительно закивал головой, звеня доспехами и хрустя позвонками.
— Царь-батюшка, да за что?! Не знаю я, где царевна! Не было меня в городе. Как давеча пополудни ускакал к Калиновому мосту, так и вернулся аккурат к горячей встрече. И бояре слышали, как я договаривался с Чудом шестиглавым о бое-поединке ратном.
— Договаривался — это хорошо, — согласился царь. — А почему не было тебя на мосту в урочный час? Гость заморский тебя всю ночь там прождал. Так что, братец, не юли, а ответ держи: где царевна?