Волхв
Шрифт:
— Ладно, странник, отдыхай.
Сергей ушел, а Тихомир поставил кресло так, чтобы касаться плечом ствола, и словно растворился в дереве. Он чувствовал, как течет живительный сока под корой, как ветер играет кроной, как ласковое солнце проходит через листья, наполняя силой и тихой радостью. Так и заснул, ощущая себе старым седым тополем, и снились ему сны о ветре, небе, земле и твердых корнях.
Проснулся только через час, но глаза открывать не стал, в полудреме нашел девочку в доме, почистил, убрал явные проявления порчи, из ауры выбросил пару наблюдательных присосок, которые вели неизвестно к кому, и наполнил девочку своей энергией через оберег, который Антонина Петровна все-таки положила Насте на грудь, хоть
Проснулся он от ощущения, что рядом происходит что-то беспокойное. Множество людей наполнило особняк, большинство из них было с оружием, причем некоторые явно находились при исполнении обязанностей, то есть государевы люди с чинами и званиями — на них у него было особое чутье. Все были возбуждены, ходили из комнаты в комнату, шумно переговаривались. Тихо было только в комнате Насти, девочка спала, и кажется, впервые за последнее время ей снились хорошие сны.
Буров еще раз просмотрел ее ауру, погасил ненужные токи, убрал черное пятно, взявшееся неизвестно откуда, добавил энергии и довольно хмыкнул. Насте определенно становилось лучше, тело начало выздоравливать, наполняясь светлой энергией от его оберега. Будет обидно, если все это пропадет под воздействием чужого мага — того, кто решил девочку убить. Темный колдун же никуда не делся, он был где-то в городе, а значит, обязательно заметит выздоровление девочки, и снова проведет обряд.
Тут он почувствовал, что кто-то идет к нему, потом он узнал по ауре Сергея, шевелиться не хотелось, поэтому через пару минут услышал:
— Странник, просыпайся, хозяин зовет.
Тихомир открыл глаза.
— Я не спал, Серый, тебя ждал, веди.
Он встал на ноги, на мгновение пошатнулся, все-таки много силы отдал сегодня на лечение, да и без теплой энергии клена ему еще было тяжело, но собрался и пошел, прокачивая через себя энергию Земли. Не самая лучшая зарядка, но лучше чем ничего, волхв должен уметь пользоваться любой энергией, и звезд и больных жизнью планет, и пространства вокруг, да и силой самой вселенной.
Плохое все-таки здесь место, и люди нехороши, но куда деваться, слово настоятелю дал, что поможет. А девочку жалко, она ни в чем не виновата, у нее душа чистая, плохого, наносного ничего нет, только усталость внутри и горечь. Не повинна она в том, что отец богатый, опасный человек, так уж получилось. На то дано и перерождение, для того и приходим на землю, чтобы понять, как все устроено, и каждому дано свои испытания, жаль, что начинаешь осознавать это лишь тогда, когда жизнь кончается и поздно о чем-то сожалеть, поскольку все уже произошло. Если он поможет Насте, то может ей хватит силы остаться чистой и мудрой, несмотря на грязь больших денег, которая на нее обязательно попадет.
Его провели в кабинет на втором этаже, там уже находилось три человека. Один — высокий, седой с властным, изборожденным морщинами лицом сидел в глубоком кресле за столом и пил кофе. Два других сидели рядом на резных стульях, оба роста небольшого, но по выправке и манере себя вести сразу становилось понятно ясно, что это государевы люди при исполнении, они пили коньяк, судя по запаху — французский.
— Здравствуй, странник, — высокий мужчина встал и вежливо поклонился. — Я отец Насти и хозяин этого дома, да и города тоже. Зови меня Николай Петровичем. А это городской прокурор Игнатьев Сергей Иванович и начальник полиции Павлов Олег Михайлович.
Буров вежливо поклонился в ответ и сел на предложенный ему стул.
— Кофе будешь? — спросил хозяин. — Я с тобой на «ты», Серый сказал, что ты не против такого обращения.
— Не против, — ответил Тихомир. — Кофе не буду, а вот от холодной ключевой воды не откажусь, и замечательно будет, если яблоко принесут или какой другой фрукт, можно даже экзотический, забугорный.
— Сейчас принесут, — Николай
— Хорошо, я попробую, — кивнул Тихомир. Дверь открылась, пожилая женщина внесла в кабинет кувшин с водой, вазу с фруктами и поставила перед Буровом. Он налил воды в высокий стакан и отпил пару глотков. Вода была неплохой, хоть в ней имелось железо и с десяток других примесей. Он подержал стакан в руках, наполняя энергией, вкус жидкости сразу стал мягче, потом прочистил горло и начал говорить, глядя перед собой. — Если взять немного волос, чуть слюны, ногти от человека, а потом слепить восковую фигурку, используя эти материалы, то для черного мага откроется канал к тому, у кого взяты эти ингредиенты. Когда имеешь канал, то через него можно выкачивать энергию, наводить болезни и даже убивать. Правда, такое умеют немногие и, слава богу, потому что плохое это колдовство. Если говорить конкретно, то девочке через куклу наслали порчу, то есть негативную программу, кроме того пробили защитную ауру, поэтому она теряет энергию, болеет и может умереть. Не могут люди без энергии жить, слабеют они от этого. Медики здесь не помогут, потому что болезни как таковой нет. Сейчас я ее поддержал, поставил защиту, заштопал отверстие, через которое энергия уходила, и дал источник в виде моего оберега, но как только я уеду, моя защита ослабеет, и Настя снова заболеет. Пока кукла с ее волосами находится в плохих руках, ничего больше сделать нельзя.
— То есть, чтобы девочка заболела, использовали что-то вроде куклы вуду? — спросил прокурор. — У нас такое в России, кажется, раньше не практиковалось…
— У нас во все времена делали тряпичные и соломенные куклы для таких целей, — вежливо ответил Тихомир. — Магия во многих странах шла сходным путем, но вы все правильно поняли, вуду использует именно такую магию.
— Мне это ни о чем не говорит, магия, шмагия, — поморщился начальники полиции. — Мне надо проще. Скажите, кого схватить и посадить, и я это сделаю.
— Что ж, можно еще проще, — проговорил Буров. — Я смогу привести вас туда, где находится кукла, и показать того, кто ее сделал. Куклу потом надо будет сжечь в чистом огне, а виновника — черного мага наказать, чтобы больше неповадно было такое делать.
— Интересно, а за что я его привлеку к уголовной ответственности? — проворчал прокурор. — У нас нет антимагических законов. Извините меня, но инквизиция дело давно забытого прошлого.
— За что наказать, придумаешь, хоть за парковку в неподходящем месте! — отрезал Николай Петрович. — Если хочешь, мои ребята этой сволочи грязный ствол подкинут…
— Ствол это хорошо, это меня устроит, — покивал прокурор. — Только вот я о чем подумал. Ну, посадим мы его, а он ведь и в тюрьме сможет свои куклы лепить, вылепит мою, или вот например Павлова…
— Мою куклу лепить не надо, — поморщился начальник милиции. — У меня и без того своих болячек хватает.
— Вот вы и поняли, почему инквизиция появилась в средние века, — с грустной усмешкой проговорил Тихомир. — Я хочу вам сказать, что без волос и ваших ногтей, или каких-то частичек вашего тела куклу никто из сегодняшних магов не вылепит и против вас не использует, да и сама магия не настолько всесильна — девочка, как я понял, уже не один месяц болеет, хоть порча на смерть поставлена. Сегодняшняя медицина творит чудеса, это в средние века колдовство было по-настоящему опасно, а сейчас шансов у него на то, чтобы убить человека, не так много, хоть они, если честно говорить, все-таки есть.