Волкодлак
Шрифт:
Прихватив с собой небольшой мешок с нехитрым запасом продуктов, юноша накинул на плечи накидку с капюшоном от ветра и холода и вышел из избы. Вывел из стойла застоявшегося жеребца вороной породы, которого он за красоту, грацию и выносливость назвал Воронком. Годовалого жеребца ему подарили жители крепости, за пять лет дружбы человека и животного они стали понимать друг друга без слов. Конь чувствовал даже настроение своего друга-хозяина. Накинув седло на спину скакуна и подтянув подпруги, Руслав вывел Воронка на улицу. К седлу сзади привязал небольшой мешок с нехитрыми пожитками, по бокам седла прикрепил лук со стрелами, ещё раз всё осмотрев, убедился, что ничего не забыл, и, вскочив на коня, двинулся в путь.
У ворот крепости его поджидали Боян с Богуславом. Простившись с кудесником, Руслав с Бояном, который взялся проводить своего ученика до опушки леса, вышли за ворота крепости. Когда они оказались
Боян, казалось, смотрел внимательно под ноги, изредка взглядывая на парня, а в голове его метались тревожные мысли – всему ли он его обучил, всё ли он понял, не рано ли он отпускает своего ученика одного? Но, вспоминая все уроки, приходил к выводу, что всё усвоено учеником и он в безопасности! Мальчишка вырос, возмужал, стал настоящим мужчиной и воином, а трудности мирские его ещё больше закалят, в предстоящих боях и сражениях он отточит своё мастерство и станет настоящим Волкодлаком!
Когда они вышли на опушку, солнышко уже поднялось над землёй, и деревья, отбрасывая тени, создавали сказочную картину в тишине леса. Обнявшись на прощание, провожатый сказал:
– Желаю тебе удачи, будь осторожен, хладнокровен, не поддавайся эмоциям, возвращайся, всегда будем рады принять тебя под свой кров.
Когда всадник сел на своего коня и поскакал не оборачиваясь, добавил:
– Да хранит тебя Велес!
Резвый Воронок, почувствовав волю и простор, стремился ускорить бег по ровной степи. Срывался с рыси на галоп, и всаднику постоянно приходилось придерживать его ретивость, ведь путь был неблизкий, силы ещё понадобятся. В полдень Руслав остановил коня около небольшого ручья и первый раз за весь долгий путь оглянулся назад. Его охватило чувство глубокой благодарности, любви к людям, которые так душевно к нему отнеслись, спасли его. Тёмный лес уже давно скрылся за горизонтом. Путник напоил коня, тоже испив прохладной воды, немного отдохнул и, вскочив на коня, тронулся в дальнюю дорогу. Его взволновало и насторожило появление людей в этой пустынной местности. Ещё около ручья он заметил свежие следы от колёс нескольких телег, запряжённых волами. По следам увидел, что они здесь тоже делали остановку для отдыха. Исследуя следы, обратил внимание, что все колёса оставляли ровный след, а одно виляло из стороны в сторону. «По всей видимости, повреждено, скорее всего, телега наскочила на камень или попала колесом в яму», – про себя подумал Руслав. Рядом со следами от колёс обоза просматривались отпечатки копыт верховой лошади. Всадник, ехавший на коне, то удалялся в ту или другую сторону, затем возвращался на своё место, временами следовал по следам небольшого обоза. По всей видимости, это был владелец небольшого каравана, он с пригорков и возвышенностей оглядывал окрестности. Скорее всего, опасаясь нападения разбойников. Рядом с телегами виднелись следы пеших людей, их было не более восьми-десяти, вероятно, это была немногочисленная охрана да обслуга. Хотя путь обоза пролегал мимо его пути, но какое-то внутреннее чувство ему подсказывало, что люди находятся в опасности и им может понадобиться его помощь. Он твёрдой рукой направил коня по следам обоза. Руслав надеялся настичь караван ещё до вечера, но просчитался, уже начинало смеркаться, а он ещё не догнал караван. Пришлось делать остановку. Для безопасного ночлега он углубился в степь, подальше от дороги. Место для стоянки и ночлега выбрал на возвышенности, чтобы видеть окружающую местность. Снял седло и уздечку с усталого Воронка и пустил его пастись. Сам же, предвкушая долгожданный отдых, съел краюху хлеба, запил водой и, положив под голову седло, а рядом лук со стрелами, укутавшись в накидку, закрыл глаза. Со стороны можно было подумать, что путник сильно устал и спит крепким безмятежным сном. Но это было не так, Руслав дремал и всё видел и чувствовал, что происходит вокруг, лишь под самое утро погрузился в глубокий сон. Разбудило его тревожное ржание верного коня, когда над степью уже забрезжил рассвет.
Руслав не стал вставать из предосторожности в полный рост, прислушиваясь к шорохам, он приподнял голову над травой и увидел причину беспокойства Воронка. Это были степные волки! Они, почуяв добычу, приближались с нескольких сторон, пытаясь окружить жертву. Крупный матёрый вожак приблизился к своей жертве на расстояние прыжка и серой тенью метнулся на шею коня, стараясь
– Ну, успокойся, всё уже позади! Ты храбрый конь, постоял за себя!
Человек накинул уздечку на коня, вороной ещё фыркнул несколько раз, скосил свой лиловый глаз на поверженных врагов, пошёл следом за хозяином.
Руслав накинул седло, застегнул подпругу, прикрепил лук и стрелы, а с боков и сзади седла свою поклажу и двинулся дальше вслед за обозом. Время было раннее, в степи стояла немая тишина, лишь временами где-то в густой траве раздавались писки степных сурков. Всадник, приподнявшись на стременах, пристально окинул взглядом степь – нет, обоза не видно! Он торопливо направил коня на дорогу со следами от телег. Проехав некоторое расстояние, оглянулся назад. Место его ночлега уже не было видно, только над трупами волков вились вороны да стервятники. Только к полудню, следуя по следам, приподнявшись на следующий пригорок, он заметил невдалеке в низине тот самый обоз.
Вдалеке чернел густой лес, каких в те времена хватало повсюду, в их чаще всегда скрывались лихие люди, промышлявшие разбоем. Ещё издали Руслав, подъезжая к обозу, заметил, как горячо ведёт беседу хозяин с охранниками обоза, с отчаянием показывая рукой то куда-то вправо, то на зловещий лес. Елисею, так звали купца, было от чего быть в отчаянии, а ведь так всё хорошо начиналось. Закупил по сходной цене мёд, медовый воск да ещё немного ржи, присоединился к большому обозу, который хорошо охранялся. С товаром его уже ждали, он ожидал хороший барыш от продажи товара, и рисковать ни деньгами, ни своей жизнью он не хотел. Впереди виднелся лес, полный опасности, купец размышлял:
– Через лес двигаться – верная смерть, хоть назад поворачивай! Да и стражники ни в какую держать путь через лес не желают, а объездная дорога, на которую была надежда, пришла в негодность.
В жарком споре они не заметили, как подъехал всадник, и обратили на него внимание, лишь когда он громко их поприветствовал:
– Здравствуйте, честные люди! О чём ведёте такой горячий разговор? Может, чем могу помочь?
Все в один момент прекратили разговор и внимательно стали изучать незнакомца. Охранники при этом на всякий случай руки положили на рукояти мечей. Первым опомнился купец, убедившись, что всадник один, на разбойника и на половца не похож, учтиво ответил:
– И тебе здравствовать, честный человек!
Проникнувшись доверием к незнакомцу, купец поведал ему следующую историю, что он везёт мёд, пчелиный воск на продажу в городок Прилуки. Ехал с основным обозом с большой охраной и был уверен в безопасности. Но вот два дня назад на одной из ухабин у одной из телег сломалось колесо, может, перегрузил или было колесо подпорченное. Ремонт колеса занял немалое время, и основной обоз, не желая терять время, ушёл вперёд, оставив с незадачливым купцом всего трёх стражников. Вздохнув с видимой обречённостью, купец тихо продолжил:
– Худо-бедно сюда добрались, как быть дальше – ума не приложу?
Почесав затылок, продолжил торговец:
– Через лес держать путь – смерти подобно! Давно про это место ходят недобрые слухи, да и охранники мои ни за что туда идти не хотят, я их понимаю и за это не виню.
Помолчал немного и добавил:
– Хотели объехать этот лес, на это я и надеялся, раньше тут была хорошая дорога, но весной размыло часть пути, и нельзя ни пешему, ни тем более на телегах проехать. Основной обоз с хорошей охраной, в которой были даже дружинные люди, смело проехал лесом, зная, что разбойники не решатся нападать. А наш обоз беззащитен, он лёгкая добыча для них, и своего разбойники не упустят! Вот и ведём разговор, что нам делать дальше, – тяжело вздохнув, закончил свою печальную речь купец.