Вольному воля

Серова Марина Сергеевна

«Еще пара таких ударов, и я останусь без плеча. Но зато есть вероятность, что дверь откроется», — подумала я.

Только я собралась разбежаться еще раз, как дверь внезапно резко открылась и прямо передо мной оказался этот чертов идиот Игорь.

— Чего еще?! — злобно прорычал он. — Потише тут, а то мозги вышибу.

И захлопнул дверь.

«Вежливо, — невесело подумала я. — А главное, доходчиво. И как я могла подумать, что меня оставят вот так, без присмотра? Глупо, конечно. Но попытка — не пытка».

Не знаю, сколько времени я просидела в грязном вонючем чулане. Наверное, около

часа. Но вот дверь открылась, и вошел мой надзиратель. Видимо, эта роль была ему по вкусу — на физиономии Игоря отразилось выражение довольства.

— Вставай, пошли. Сейчас тебе очную ставку устроят.

Какую еще очную ставку? Куда пошли? Ничего не понимаю. Ну да ладно, скоро, я надеюсь, все выяснится.

Охранник повел меня по коридору до лестницы. Я подумала, что сейчас мы снова пойдем в кабинет Сарафанова, но ошиблась. Мы не стали спускаться вниз, а, наоборот, поднялись по лестнице на четвертый этаж. Там было тихо и темно. В коридоре не было никакой мебели, даже пары завалящих стульев, как на других этажах. Все двери без табличек. И все как одна окрашены в светло-коричневый цвет. На окне в конце коридора я заметила металлическую решетку. На других этажах такого не было. Странно здесь как-то. Вся обстановка напоминает тюремный коридор. Бр-р-р… Меня даже пробрал озноб. Казалось, после чулана с крысами мне любое место на земле могло показаться раем. Но только не это.

Мы дошли до одной из дверей и остановились около нее. Охранник вытащил связку ключей и принялся искать нужный. При этом он грозно посмотрел на меня и рыкнул:

— Стой и не дергайся, не то… — он погрозил мне кулаком. Не кулаком, а прямо кувалдой какой-то.

Найдя нужный ключ и открыв замок в двери, Игорь распахнул дверь и буквально втолкнул меня в комнату.

— Давай заходи! Будем ждать здесь.

Я вошла в комнату, если ее можно так назвать — она так же, как и коридор, напомнила мне о тюрьме. На окне решетка, мебели почти никакой, за исключением деревянного обшарпанного стола и нескольких стульев.

Бугай Игорек толкнул меня на стул, а сам встал рядом, всем своим видом показывая, что готов отразить любую мою попытку к бегству или сопротивлению. Я решила больше не испытывать судьбу и сидела смирно, оглядываясь по сторонам.

На окне ни занавесок, ни даже какой-нибудь тряпки, которая могла бы их заменить. Стекла пыльные, а на подоконниках и мебели лежит слой пыли. Видно, что здесь не часто бывают люди. Даже, я бы сказала, весьма редко.

Так мы промолчали минут десять, а может, и больше. Часов у меня не было, а спрашивать у моего конвоира мне как-то не хотелось.

Неожиданно за дверью в коридоре раздался какой-то шум. Мне показалось, что там дрались. Через минуту в комнату втолкнули какого-то мужика, очень странно одетого. Видимо, собирался впопыхах. На нем были полосатые пижамные штаны, поверх которых болталась белая рубашка, украшенная на груди… галстуком. Только галстук не был затянут, как положено, а просто болтался на шее, как хомут. Поверх всего этого был накинут плащ. Непонятно только, для чего — погода стояла самая что ни на есть летняя, жаркая. Я опустила глаза вниз и увидела на ногах у мужика… тапочки. Самые обыкновенные домашние шлепанцы без задников.

Сказать, что мужик выглядел

растерянным, значит не сказать ничего. Он был настолько не в себе, что даже, по-моему, плохо соображал, что с ним происходит и где он вообще находится. Мужика привел второй охранник, тот, который стоял на лестнице внизу, пока я дралась с Игорем.

Втолкнув его в комнату и велев сесть, второй бугай встал рядом с ним в напряженной позе. Так обычно стоят спецназовцы, охраняя какой-либо объект. Ноги расставлены широко в стороны, в руках автомат наперевес. Ишь ты, какой бравый!

Мы с мужиком исподлобья оглядывали друг друга. Через некоторое время в коридоре послышались шаги, и в комнату вошел Сарафанов. Он прошел к оставшемуся стулу и сел, внимательно поглядывая на нас с мужиком.

Разговор он начал первым:

— Ну вот, сейчас мы и разберемся, кто на кого работает и кто кого послал.

Он посмотрел сначала на меня, потом на мужика.

— Что же ты, гнида, не успокоишься никак? Или жить надоело? — неожиданно злобно обратился он к мужику.

— Да я вообще не понимаю, что происходит! — начал возмущаться мужик. Голос и речь выдавали в нем представителя интеллигенции. — Приезжают, хватают среди ночи… Везут сюда… Кошмар какой-то!

— Не верещи! — грозно прикрикнул на него Сарафанов. — Сам прекрасно знаешь, кто и за что тебя сюда привез. Я ведь тебя, гнида, еще в прошлый раз предупреждал: сунешься еще раз, пожалеешь. А ты, мразь, не понял! Сам не полез, так сучку какую-то прислал!

— Какую суку? Кто прислал? — завопил интеллигент. — Никого я не посылал! Да что же это такое, в конце концов? Я требую прекратить произвол!

— Требовать здесь буду только я, понял, ты, недоносок?

Интеллигент как-то сразу сник и забубнил что-то не совсем членораздельное. Я сидела с наглым видом, абсолютно ничего не понимая в сложившейся ситуации.

— Что ты просил достать эту сучку? — не унимался Сарафанов. — Какие сведения она должна была добыть? Отвечай!

Интеллигент сжался в комок и затравленно посмотрел на Сарафанова.

— Я н-не понимаю, — забормотал он. — Я вообще не знаю эту женщину.

Ну хоть кто-то за сегодняшний вечер назвал меня женщиной. Я уж сама начала забывать об этом. То бьют по шее, то называют сучкой. А ведь я хрупкая молодая женщина. И я так хочу домой. Господи, ну когда же все это безобразие кончится?

— Так, ладно, — Сарафанов едва сдерживал свой гнев. Он кивнул второму амбалу-охраннику. — Уведи его. Знаешь, что делать.

От этих слов, произнесенных с какой-то ужасающе спокойной интонацией, мне вдруг сразу стало как-то очень не по себе. Здоровяк схватил мужика-интеллигента в охапку и выволок из комнаты. Тот даже не пытался сопротивляться.

«Может быть, его повели убивать, а я сижу здесь и ничего не могу сделать. Наверное, и со мной скоро так же поступят!»

И тут до меня начало доходить. Очевидно, этот мужичок-интеллигент был кем-то, кто копал когда-то под Сарафанова. Видимо, что-то связанное с убийством того бизнесмена. А Сарафанов подумал, что я каким-то образом связана с этим мужиком и пыталась найти доказательства причастности господина Сарафанова к тогдашнему убийству. Вот в чем дело! Теперь ясно, почему меня здесь держат.