Вор
Шрифт:
— Вечную жизнь и силу. Я теперь оборотень.
— У меня в лавке много серебра — сюда не суйся, — предупредил Лафар, пригрозив указательным пальцем, — когда собираешься опробовать свой дар?
— Чуть позже, сейчас меня в сон клонит.
— Ну тогда, до завтра.
— Будь здоров, — выходя, сказал Лозарг.
Глава IV
Лорд проснулся около полудня. Какая-то странная, но сладкая, слабость разливалась по его болящему телу. Каждое движение совершалось с великим усилием, через боль. Его тело было словно скованно стальными тяжёлыми цепями, которые, ему казалось, ничто не сможет разорвать.
— Что с тобой? — удивилась Елена, — ты весь холодный: и шея, и губы. Ты побледнел, — полушёпотом сказала она.
Испугавшись, Елена убрала руки с шеи Лозарга и отошла от него.
— Чего ты боишься? — спросил вор.
— Тебя, — тихо ответила Елена.
— Почему?
— Ты изменился. С тобой что-то произошло.
— Что именно?..
— Ты стал другим.
— Я по-прежнему люблю тебя, — сказал Лозарг.
— Я говорю сейчас о твоей плоти… Что с тобой?
— Ты мне обещала, — заговорил лорд, будто не услышав вопроса, и подошёл к столу, став боком к Елене, и смотря в стену, как в ясную даль, — что будешь любить меня, даже если я буду проклят; будешь любить меня, если я буду при смерти; будешь любить меня, если против нас будет весь мир, — Лозарг постепенно повышал свой тон. Елена села на свою кровать, — будешь любить меня, если я стану зверем; ты вечером обещала, что на утро также будешь любить меня. Обещала? — вор посмотрел на Елену.
— Да, — ответила она, едва сдерживая слёзы.
— Ты любишь меня? — твёрдо спросил Лозарг.
— Да, — первые слезинки покатились по белым и нежным щекам Елены.
— И если я скажу тебе правду, ты не отречёшься от меня?
— Нет, — сквозь слёзы ответила Елена.
— Я — оборотень… — признался Лозарг.
— Нет… Нет, этого не может быть, — не верила его возлюбленная.
— Я продал душу дьяволу, и теперь я на половину волк.
— Зачем? Зачем ты это сделал, — рыдала Елена.
— Я хочу жить вечно…
— Но без меня — я так долго не могу жить.
— Прими мою кровь, и наш век никогда не кончится…
— Нет. Я так ни хочу, — продолжала плакать Елена, — я больше ни хочу воровать, я хочу жить по-другому.
Лозарг заметил на обложке книги, лежавшей на столе, крест. Он чувствовал, идущий от неё, жар, который обжигал его душу.
— Что это? — спросил он, указывая на книгу, лежавшую на середине стола.
— Это Библия, — ответила Елена, вытирая слёзы.
— Ты была в церкви?
— Да. Я нашла свой путь, поняла, что мне нужно…
— И что же?
— Истина. А истина в Боге…
— Елена, ты со мной? — спросил Лозарг.
— В Боге, который прощает многих… — будто бы не слыша, продолжала она.
— Елена, ты со мной? — ещё раз, членораздельно, повторил свой вопрос лорд.
— Он простил разбойника и блудницу, и тебя простит…
— Елена, ты со мной? — так же повторил свой вопрос вор, смотря всё время в стену, упершись руками в стол, и не чувствуя того жара от книги, от которого у него на лбу выступил пот.
Елена вздохнула, лорд повернул голову
— Да, милый Лозарг, я с тобой… до последнего вздоха.
Оба замолчали.
— Нет, Елена. Бог проклял меня, значит не простит.
— Гонитель христиан стал святым апостолом. Не простил ли его Господь?
— Он был сыном человеческим, а мой отец дьявол.
Елена опять вздохнула.
— И что ты будешь делать целую вечность? — успокоившись, спросила она.
— Собирать души, принадлежащие уделу дьявола. Души, которые никогда не покаятся.
Встав с кровати, Елена подошла и обняла Лозарга, положив свою голову ему на грудь.
— Как мне больно, очень больно, — тихо говорила Елена, — то, что я теперь почитаю — это оружие против тебя… — она посмотрела Лозаргу в глаза.
— Не бойся, — прошептал он и, поцеловав её в лоб, прижал к себе.
Глава V
О, как же шумел этот город! Громче, чем несколько взбунтовавшихся роёв. Каждый куда-то спешил. В этой безудержной суматохе трудно было разглядеть медленно бредущего, бледного Лозарга. Его терзали мысли, противоречивые мысли, мысли о том, что Елена, увы, не будет вечной. «Может незаметно подмешать ей в вино мою кровь, — думал Лозарг, — но так нельзя, это будет против её воли… И зачем я согласился на это рандеву!.. — жалел вор, — как я мог не подумать о Елене?.. Почему я забыл об этом?.. Почему, я сделал этот выбор?.. Почему, всё именно так, — Лозарг остановился и посмотрел вверх, но небо было сокрыто от него тяжёлыми серыми тучами, как и было сокрыто само солнце, — но что сделано, то сделано, — лорд двинулся с места, — поздно сожалеть о выборе, когда он сделан». Лозарг направился на улицу, где пару дней назад встретился с Бастьеном. Он нашёл его сидящим на бочках возле мясной лавки.
— Чем обязан? — спросил Жан, увидев подошедшего предводителя.
— Собери всех, мне нужно вам кое-что сказать.
— Хорошо, — согласился Бастьен, — надеюсь, это что-то важное…
— Очень.
— Когда собирать братство? — спросил Жан, уходящего Лозарга.
— Как всегда — на рассвете, — сказал через плечо лорд-вор, и отправился дальше бродить по шумным улицам.
Так пробродил он, пока не начало смеркаться. И без того серый и тусклый день стал ещё мрачнее. Повеяло каким-то необъяснимым холодом, несмотря на то, что была уже середина июня.
— Пора бы исполнить договор, — прошептал лорд самому себе и побежал по пустым улицам. Он бежал к лесу, находившемуся недалеко от окраин. Выбежав за город, Лозарг остановился и пристально посмотрел назад — воровская привычка проверять, что за ним никто не следовал. Убедившись в отсутствии погони, вор побежал дальше. По дороге он скинул свой балахон. И вот, Лозарг забежал за пышные кустарники, и опять обернулся — за ним никого не было. Редко случалось такое, чтобы за ним кто-то гнался или следил, обычно только в тех случаях, когда он шёл на кражу вместе с Еленой — она была не такой быстрой, как Лозарг, поэтому вдвоём скрыться было труднее.
Он зашёл глубже в лес. Дойдя до просторной полянки, он остановился и осмотрелся.
— И как же это сделать, — прошептал Лозарг, смотря на свои руки.
— Просто пожелай этого, — послышался голос откуда-то из-под земли.
Из-за неожиданности лорд испугался, и начал оглядываться, ведь он неоднократно убедился, что за ним никто не следил.
— Первый раз будет тяжело, потом — просто, — голос звучал громко, и от него под землёй раздавалось эхо. В нём Лозарг узнал голос Люцифера.