Восхождение девяти
Шрифт:
– Привет?
Один из охранников ответил повернувшиьс.
– Кто там?
Восьмой телепортировался куда-то пока я смотрела за Эллой. Она стояла на месте, защищая глаза от света фонариков. Она хорошая актрисса. Она звучит законно потерянной и взволнованной.
– Я ищу своего папу. Вы его не видели?
– Что такая маленькая девочка делает здесь? Где твои родители? Ты знаешь сколько сейчас времени?
Когда они начинают приближаться к Элле, она начинает всхлипывать, пытаясь остановить приближающихся людей.
– Сейчас-сейчас, только успокойся, не надо плакать, - говорит больший успокаивающим тоном.
Слеза скатывается по щеке Эллы и
– Послушай, никто тебя не трогает, - говорит другой с тревогой. Они смотрят друг на друга, оба сконфуженные и уже в замешательстве как с ней поступить.
– Пссс, Марина, - шепчет Восьмой. Он стоит позади меня с ларцами под мышками.
– Нам нужно найти Лоралит, срочно! Она не может отвлекать их вечно!
Мы вбегаем в центр Стоунхенджа. Восьмой и я начинаем проверять под каждой видимой плитой настолько быстро, насколько можем. Остается проверить всего несколько штук, когда мы слышим людей, идущих обратно по направлению к нам. Тем временем Элла всё еще стоит шмыгая носом.
– Окей, кажется пришло время для очередного сумасшествия, - говорит Восьмой и снова исчезает. Он появляется снаружи каменного круга, кладет руки на вертикальную плиту и с силой толкает. Все что я могу делать - это с ужасом смотреть на это, застыв на месте. Огромная плита качается, а затем медленно падает, а за ней падает и горизонтальная плита на верхушке, впоследствии чего Восьмой начинает кричать, - Помогите! Помогите! Камни падают! Стоунхендж рушится!
Я убью его. Я сжимаю кулаки и понимаю, что все еще держу в руке небольшой камень. Я наклоняюсь и аккуратно, непонятно зачем, возвращаю его на место.
Охранники спринтуют в направлении места откуда исходит голос Восьмого, и когда их фонари улавливают падающие камни, они начинают в панике кричать. Меньший охранник бежит к двум вертикальным плитам, чтобы спрятаться, но уже слишком поздно. Они соединяются и коллективно наклоняются в правую сторону. Горизонтальная плита, лежавшая на них, падает на землю с глухим звуком. У меня отвисает челюсть, когда я вижу как плиты начинают падать одна за одной как домино.
– Черный код! Черный код!
– кричит больший охранник в свою рацию, после чего бросает ее на землю. Он обхватывает руки вокруг одного из массивных камней, оставшихся в вертикальном положении, пытаясь изо всех сил предотвратить дальнейшее обрушение, но это бессмысленно. Огромные камни продолжают падать.
Восьмой появляется сзади меня, опрокидывая пару небольших камней, и внезапно слабое голубое свечение освещает его ноги.
– Я нашел его! Прямо здесь!
– прошептывает он воодушевленно. Я успокаиваюсь, услышав что он нашел Лоралит, но я слишком сфокусированна на рушащемся Стоунхендже, чтобы также торжествовать. Я не могу поверить, что он это сделал. Я просто вне себя. Элла пробегает около меня, когда я бросаюсь к одной из еще неупавших плит, чтобы использовать телекинез для замедления падения оставшихся валунов.
Больший охранник ударился спиной об следующий падающий камень, а другой охранник присоединился к нему. Я захватила своим умом их камень и удерживала его стоя. Когда его ударил другой падающий булыжник, я не даю ему наклониться. Охранники скользнули от камня и упали на траву, в шоке от их внезапной демонстрации силы. Далее я обратила эффект домино так, что падающие валуны толкнули остальные на место, и я стабилизировала их на исходных позициях. За тем, используя остатки сил, которые у меня еще были, я медленно подняла с земли горизонтальные перекладины и поставила их обратно на верх булыжников.
Охранники
– Марина, - шепчет Элла.
– Эй, Марина, нам нужно идти. Сейчас же. Давай.
Я возвращаюсь обратно к центру памятника, облегченная тем, что могу оставить его. Теперь, когда мне удалось поставить все обратно на свои места.
Я подхожу к Восьмому и выдергиваю свой Ларец у него. Я все еще рассержена и неспособна смотреть на него. Я хватаю его за руку. Элла несет Ларец Восьмого, когда она цепляется за него другой рукой. Мы стоим вместе, объединившись над синим Лоралитом. Последнее что я слышу перед тем, как наступает тьма - это голос большого охранника. Побежденный и усталый в связи с этим особенным приключением - отвечающий в свою рацию,
– Ложная тревога.
Глава 24
Я прячусь за одним из рядов шкафчиков в длинном темном коридоре. И становлюсь видимой. Боль от использования Моего Наследия настолько сильна, что мне хочется свернуться в клубочек. Я давлю двумя полицейскими дубинками на ребра, чтобы получить хоть какое-то облегчение. Я прижимаю свою мокрую от пота голову к прохладной цементной стене, пытаясь отдышаться. Надеясь, что боль утихнет быстро. Я прошла вниз и вверх по коридорам, но я опасаюсь, что просто хожу по кругу. До сих пор, я нашла лишь пустой ангар и много электронных запертых дверей. Я узнала, после того как Джон и Сэм, были пойманы полицией, что телекинез не действует на электрические двери. Я думаю О Джоне о Сэме, Марине и других. Я надеюсь, что с ними все в порядке. Или по крайней мере, они чувствуют меньше боли, чем я. Я представляю, как Джон и Сэм, ждущих меня на месте нашей встречи. Мы, как предполагалось, должны были встретиться там через несколько дней. Что они подумают, когда меня там не будет. Я так расстроена - и испугана - я чувствую, что задыхаюсь. Я знаю, что такое мышление не помогает, поэтому я стараюсь сосредоточить свое внимание на том, как бы убраться отсюда.
Как по команде, звучит тревога. Вой сирены неумолим сразу же как только началась. Я знаю, что это значит и я знаю, что мне нужно собрать их вместе. Быстро. Все смотрят на меня. Вооруженные солдаты промелькнули вниз по коридору в маленьком открытых машинах. Каждый раз когда одна проезжает, я хочу выкинуть людей, запрыгнуть внутрь и исчезнуть. Но я уверена, что не смогу уехать далеко и я забыла одно преимущество которое у меня есть. Они не знают, где я.
Я прекратила свои попытки общаться с Эллой. Очевидно, я просто была в бреду. Я сама по себе. Мне нужно перестать разговаривать с собой и найти что-то, что поможет пройти через дверь и выбраться отсюда. Я думаю, что я под землей. Хотела бы я знать, насколько глубоко.
В проходе зажглись фонари. Как я узнала ранее, я знаю что это значит, что сработали датчики движения. Секунду спустя, я слышу машину движущуюся в мою сторону. Я сжала живот, стала невидимой и получила ожидаемую боль. Слезы тихо текут по моему лицу от агонии, я прижалась к стене и наблюдаю за машиной с тремя солдатами, ползущей ко мне. Когда она проходит передо мной, я ударяю водителя одной из дубинок. Рана на голове мужчины сильно за кровоточила. Нос, рот, лоб, все как фонтанирующий гейзер. Его (казалось бы) спонтанная травма заставляет его хлопнуть ногой на педаль газа и повернуть прямо в стену.