Восьмая горизонталь
Шрифт:
хрипит рядом, представляю как ему с топором.
Бежим уже больше двух часов, затем плавно переходим на шаг, ещё через два часа
уже с трудом передвигали ноги. Дико хочется пить, начинается обезвоживание организма, даже пот давно высох и больше не выделяется, гортань пересохла, язык скрипит во рту …
потихоньку надвигается жуть. Если туннель без станций и идёт неизвестно куда, мы
обречены. Я выпихнул паническую мысль из сознания. Нельзя! Это первый шаг до
безумия.
состоит из сплошных мышц, вес больше ста килограммов, такую тяжесть в себе носить и
топор тяжелее пудовой гири. Обычно такие люди невероятно сильны в бою, но вот, чтоб
побегать так, километров пятьдесят, обычно выносливости не хватает. Я восхищён его
силой, сам же, идти уже не могу … но иду.
Бредём, словно, лунатики. Постепенно реальность заканчивается, не раз вижу
всполохи света, на пути возникают силуэты страшных чудищ, с трудом гоню от себя
галлюцинации, Семён размахивает топором, я с трудом его успокаиваю. Понимаю, так
долго продолжаться не может. Пить не просто дико хочется, одна мысль о воде сводит с
ума. В туннеле сухой воздух и стремительно высушивает и без того обезвоженный
организм. Обоим стал мерещиться шум журчащей воды. Семён, вскрикивает как
простуженный ворон, ринулся на шум воды, пытаюсь его удержать, но он легонько даёт
мне локтем по зубам, случайно, но губа трескается, а кровь не идёт, похоже совсем
загустела. Слышу, а он уже плещется в воде, довольно хохочет. Бедный, сошёл с ума!
Сажусь на корточки. Не дам себя обмануть галлюцинациям!
Внезапно он подскакивает ко мне, почему-то холодный и мокрый, хватает за
шиворот, я пытаюсь отбиваться, но он сильнее меня. Волочёт и швыряет ... я погружаюсь
в ледяную воду, губы плотно сжимаю, это не реально, такого быть не может, не дам себе
сойти с ума.
– Пей!- рявкает над ухом друг. От неожиданности глотаю. Боже! Вода! Судорожно пью.
Сознание просветляется, сила возвращается в тело и душу.
– Не увлекайся!- грозно рычит Семён.
– Знаю,- словно отрезвев, соглашаюсь я. Затем просто сижу в воде, кожа впитывает влагу, мозг очищается. С благодарностью смотрю на друга, а он стоит рядом, в руке пылает
факел, в глазах тревога:- Ещё немного и нам кранты. Просто здорово, что на станции вода.
– Станция?- оглядываюсь по сторонам.
Мы в большом зале, он до боли напоминает станцию где-то в московском
метрополитене. Колоны, каменные скамейки, а вон и заброшенные строения, на стенах
виднеются массивные железные двери, а вдали угадывается переход на другую
виднеется силуэт широкого туннеля. Тускло блестят вагоны и локомотив- настоящий
поезд, почти совсем не отличается от наших электричек. На станции стены обычные, не
металлизированные, кое-где виднеются обвалы. Вот из одного такого течёт струя воды, наполнившая впадину в бетоне. По счастливой случайности она спасла нам жизнь.
Судя по всему, туннель, по которому мы бежали, технический и служил для неких
важных задач. А вдруг до сих пор служит?
Очень тихо, только слышится едва уловимое журчание воды, всё вокруг
запущенно, никто и ничто не нарушает покоя заброшенной страны подземелий.
Конечно, станция пустынна, но мысли рисуют образы монстров, прячущихся в
развалинах. Смешно, кто тут может быть? Детские страхи.
– Она обитаема,- неожиданно огорошивает меня друг.
Гл.15
Я рывком ставлю себя на ноги:- Повтори.
– Зачем, ты и так всё понял. На станции жизнь, посмотри на пол, он весь в отпечатках, причём это босые человеческие следы.
– Люди?
– Наверное, это уже не люди.
– Понятно, нам долго оставаться нельзя, найдём рубильник, если всё же он имеется, и
дёргаем отсюда.
.Идём к стальным дверям. Стараемся идти тихо, но факел, разбрасывая искры,
скворчит как яичница на сковородке. Морщусь, несомненно, нас выдаст этот шум, но
делать нечего, в полной темноте у нас нет шансов. А вот, интересно, как ориентируются
подземные жители без света? Допустим, я встретился с животным, которое само выделяет
свет, как глубоководные рыбы. Но люди, вряд ли у них есть такая способность, или у них
идеальный слух и нюх, или здесь существуют некие источники света. Может всё это есть
в комплексе?
Факел трещит вызывающе громко, такой шум выманит всю нечисть с нор.
Мерещатся крадущиеся шаги. Пытаюсь вслушаться, не получается, шум огня всё
заглушает.
Подходим к массивной двери. На ней засовы, но она не закрыта, слегка
приоткрыта. Сейчас дёрнем её на себя, и скрип разнесётся по всей станции. Берусь за
ручку, чувствую холод и мощь древнего металла. Тяну на себя и словно дёргаю
вкопанный бетонный столб. Неужели так заржавела? Осматриваю петли, поразительно, они как новые. Семён склоняется рядом:- Да вот же, смотри, кусок арматуры внизу.
Пытаюсь выдернуть, шевелится, но не идёт. Хочу, мечом, затолкнуть её за дверь.