Восьмая горизонталь
Шрифт:
одной из них плещется в фонтане вода. Попытаюсь мысленно включить свет, но законы в
лифте не действуют в городе, вероятно это разные цивилизации. Даже лифтовое
сооружение резко отличается от этих строений. В городской архитектуре прослеживается
нечто человеческое, есть балконы, лесенки, беседки, дворики, дороги для автомобилей и
тротуары ... только зелени нет ... и людей - город мёртв давно.
– Кошмар,- ёжится друг. В руках подрагивает бластер.- Как же в нём отыскать ребят?
–
– Где искать?- в голосе друга тоска и страх, мне не очень нравится его состояние.
– Мы найдём их. Вначале разыщем служебный туннель, затем, по их следам, выйдем к
ним.
– Здесь нет пыли и нет следов,- совсем расклеивается Семён.
– Зато есть моё обоняние.
– Ты не собака,- с горечью усмехается друг.
– Иногда я могу быть ею,- я сжимаюсь, цепляюсь в сознание, дрожь бежит по телу, зрение
привычно обостряется, вдыхаю полной грудью - в нос, едко ударило плесенью, сыростью
камня. О, как воняет потом мой друг! И я, тоже. Морщусь. Возникает желание
немедленно помыться. А ладно, сойдёт до лучших времён, отмахиваюсь от праведных
мыслей. Наверное, я в чём-то изменился, Семён с удивлением смотрит на меня.
– Опять на тебя ... нашло?
– Как обычно, но это стоит для меня титанических усилий.
– Ты ... это, что-то ...
– Семён потупился, видно свои слова, которые хотел сказать, посчитал не слишком тактичные.
– В смысле, что-то унюхал?- улыбаюсь я. Вдохнул ещё воздух в грудь.- Кроме твоего пота, дружище, ни чего не ощущаю. Не красней, от меня тоже пахнет как от козла, а вот с той
стороны запах как из того туннеля - идём туда.
Проходим с полсотни шагов, но ничего не могу с собой поделать, меня тошнит от
запаха друга, от своего тоже - но не так сильно.
– Где мы можем помыться?- обращаюсь к Семёну.
– Ой! Ты бледный как смерть. Тебе воды дать?
– Да не подходи ко мне!- неожиданно рявкнул я.- Говорю помыться, а не воды,- я совсем
не ожидал такого побочного эффекта приобретённого дара.
– Только в лифте,- лепечет растерянный друг,- ты так побледнел. Тебе плохо?
Скачками бегу к лифту, мне кажется, ощущаю запах свежести воды сквозь
запертую дверь. Открываю её без труда и, не раздеваясь, прыгаю в бассейн. Какое
блаженство! Сидя в ванне, стаскиваю одежду, выполаскиваю её, тру себя, вновь
выполаскиваю, затем процесс повторяю снова и снова. Семён в суеверном ужасе
наблюдает за моими действиями. Когда меня стали крутить от ледяной воды судороги, выхожу из ванны, как бог и тут же сую туда друга, я издеваюсь над ним больше часа.
Когда выкрутили одежду, и одели её мокрую, на чистое
оправдываюсь перед другом, якобы наш запах перебивает запах следов. Отчасти это
верно, но истинная причина - в побочном эффекте. Семён посматривает на меня немного в
ужасе, но главное он чистый!
На этот раз ничто не смущает обоняние. Семён понуро плетётся за мной, всё не
может согреться, меня тоже колотит, но настроение пятибалльное, одежда высохнет и
будет абсолютный комфорт.
Идём по дороге, бластерами освещаем путь. Мимо нас проплывают как призраки,
брошенные людьми, дома, застывшие автомобили бередят воспоминания, снаружи как
новые, внутри отделка сгнила и исчезла без следа. Так хочется обтянуть сидения,
постелить коврики и как в старые добрые времена включить зажигание и в путь.
Идём спокойно, но я не забываю, об увиденной красной точке на интеллектуальной
карте. Понятно, там, живое существо. Но насколько оно опасно? В данный момент ни
запахов, ни шорохов не ощущаю, топаем по дороге, удобно и быстро. Проходим мимо
разбитых витрин когда-то роскошных магазинов, хочется взглянуть внутрь, но боязнь за
наших ребятишек торопит. Удивляюсь, что не видим останков людей. Успокаиваю себя
тем, что все успели убраться из города до каких-то небывалых событий, а быть может -
живут сейчас на других уровнях. Я не удивлюсь, если узнаю, что где-то на кошмарных
глубинах - заселённые города.
Внезапно выходим к большому котловану. Семён светит туда, вскрикивает,
пятится, по лицу струями течёт пот, свинцовые глаза белеют. Я осторожно подхожу к яме, дрожь пробегает по телу, как мне становится жутко, ни куда не ушли люди - все они
здесь, ужасная могила, доверху наполнена человеческими костями.
Потрясение сильное, мы стоим долго, не в силах отвести взгляда от страшной
находки.
– Что здесь произошло?- Семён заикается, на бледном лице проступают красные пятна.
– Боюсь, никогда не узнаем. Может, радиация была, или местный Пол Пот, кто его знает.
Но это событие,- я окидываю взором чашу котлована,- Вселенского масштаба.
Десятки, может, сотни тысяч скелетов поблёскивают белыми костями, черепа
пугают мрачными оскалами челюстей, чёрные глазницы словно наблюдают за нами, со
всех сторон, ехидно ухмыляясь.
– Уйдём отсюда,- зубы друга выколачивают дробь, пальцы обхватывают бластер как
клещи, костяшки фаланг побелели.
Мне самому не хочется здесь задерживаться, но иду вдоль котлована, заворожено