Восьмое Небо
Шрифт:
– По чину ли консервной банке с чарами допрашивать капитана корабля? – осведомилась Ринриетта, разглядывая палубу с выражением пренебрежительного удивления, которое так хорошо удавалось урожденным жителям Ройал-Оука, - Отведи меня к своему хозяину, да побыстрее. Возможно, с ним я стану разговаривать.
– К ХОЗЯИНУ? – в голосе «Барбатоса» послышалось шипение. Неприятное, скользкое, словно угорь терся скользким чешуйчатым телом о сталь, - АХ ДА, К ХОЗЯИНУ…
Будь здесь мистер Роузберри собственной персоной, едва ли ему понравилось бы, как его гомункул произнес последнее слово. Без всяких признаков полагающейся почтительности, почти с откровенной насмешкой.
Ринриетта
– ВЫ ПРАВЫ, Я ОТВЕДУ ВАС К ХОЗЯИНУ. СО ВСЕМИ ПОЧЕСТЯМИ, КАПИТАНЕССА, - в это слово гомункул вложил столько ненависти, что оно, казалось, разъедало окружающий воздух, - ЧУВСТВУЙТЕ СЕБЯ КАК ДОМА. ЕСЛИ ВЫ НЕ ПРОТИВ, Я ВЫЗОВУ ПОДОБАЮЩИЙ СЛУЧАЮ ЭСКОРТ ДЛЯ ПОЧЕТНЫХ ГОСТЕЙ.
– Не против, - холодно отозвалась она, - И поторапливайся. Я не хочу терять время из-за твоей медлительности. Да и мистер Роузберри будет недоволен.
– Неплохо, - Габерон уважительно кивнул. Удивительное дело, в его голосе не было насмешки, - Вот это действительно было сказано Алой Шельмой. Твой дед мог бы гордиться.
– Ерунда, - Ринриетта небрежно пожала плечами, - Все Уайлдбризы пекутся из того же теста, из которого делают галеты. Кроме того, мне будет лестно пройтись с почетным эскортом.
Но она недооценила «Восьмое Небо». Ринриетта ожидала, что на палубу поднимутся вооруженные слуги мистера Роузберри. В сущности, конвой был лишь вопросом формальности, ни у кого не было сомнений на счет того, в каком качестве экипаж «Воблы» находится на борту «Аргеста». Но прошло некоторое время, а она все еще не слышала топота бегущих ног. Вместо этого ей померещился другой звук, куда более тревожный и непонятный. Гул железа где-то на нижних палубах. Тяжелый неприятный гул, от которого весь корпус корабля мелко завибрировал. Словно где-то там, внизу, люди «Восьмого Неба» тащили что-то огромное, с острыми железными углами…
– Они что, поднимают на палубу пушку? – осведомился Габерон, выпуская из-под повязки прядь, - Что ж, я польщен. Как думаете, мы можем рассчитывать на военный оркестр?..
Ответить ему никто не успел. Потому что на палубе появились сопровождающие.
– Пушистые селедочки! – воскликнула Корди, пятясь и хватая за руку Тренча.
В развороченных пробоинах верхней палубы мелькнуло что-то массивное, металлическое, громоздкое. Но вместе с тем живое. Ожесточенно работая огромными сегментированными лапами, так, что из краев пробоин сыпали искры, оно выбралось наружу и с тихим скрежетом замерло, высоко подняв стальные клешни и пристально вглядываясь в стоящих людей мертвенно светящимся синим глазом. Одно, второе, третье… Ринриетта ощутила, как все кости в ее теле превращаются в тоненькие и хрупкие рыбьи косточки. Рядом с этими железными чудовищами дыхание в груди замирало само собой – ребра сковывало ледяным смертным ужасом. Раздувшиеся стальные тела напоминали омаров или лангустов – совершенно нечеловеческие пропорции! – но двигались с удивительной слаженностью, точно им и не приходилось орудовать великим множеством ног и распределять нагрузку в несколько сотен фунтов.
Синеватое свечение их прожекторов проникало прямо в душу. Ринриетта помнила это ощущение. Помнила приближающуюся махину с зазубренными скрежещущими лезвиями, готовую разорвать ее на части, помнила лязг многочисленных
– ВАШ ПОЧЕТНЫЙ КАРАУЛ ПРИБЫЛ. ПОЖАЛУЙСТА, ГОСПОЖА КАПИТАНЕССА, СОБЛАГОВОЛИТЕ ПРОСЛЕДОВАТЬ ВМЕСТЕ С НИМ. ИНАЧЕ МНЕ ПРИДЕТСЯ ДОЛГО ОБЪЯСНЯТЬ ХОЗЯИНУ, ПОЧЕМУ ВМЕСТО ОДНОЙ ГОСТЬИ У НЕГО ОКАЖЕТСЯ СРАЗУ НЕСКОЛЬКО ДЕСЯТКОВ…
– Мне надо было догадаться, - подавленно произнес где-то за спиной Тренч, - Фабричные детали. У них не мог быть всего один образец.
Его правоту не требовалось констатировать. Вокруг отступивших к самому борту пиратов возвышалось по меньшей мере две дюжины абордажных големов. Должно быть, они получили какую-то беззвучную магическую команду от гомункула, потому что стояли на месте, поводя своими уродливыми головами и щелкая конечностями, не пытаясь наброситься на гостей «Аргеста».
– Что делать? – в ужасе прошептала Корди, не пытаясь скрыть дрожащие коленки, - Габби, Ринни!
Ринриетта могла ее понять. Ведьма видела лишь мертвого голема, которого притащили на палубу «Воблы», она даже вообразить не могла, на что способна эта груда металла.
– Не терять головы, корюшка, - пробормотал Габерон, беспомощно озираясь, - И не лезть в драку. Дьявол, я бы не полез в драку, даже если бы у меня под началом был полк воздушной пехоты. Вы даже не представляете, на что способны эти дьяволы.
– ПРОШУ! – прошипел «Барбатос». Несколько абордажных големов с протяжным скрипом занесли когтистые лапы, - БУДЕТ НЕВЕЖЛИВО ЗАСТАВЛЯТЬ ХОЗЯИНА ЖДАТЬ, НЕ ТАК ЛИ?
– Прочь с дороги, - Ринриетта вздернула подбородок, - Надеюсь, ваше лязгающее воинство еще не совсем заржавело. Я не собираюсь ждать отстающих.
Она зашагала вперед, туда, где возвышалась надстройка. Паточная Банда двинулась следом, но ее шагов было почти не слышно в звоне металлических ног. Абордажные големы «Восьмого Неба» шагали по бокам, выстроившись в две колонны. Пожалуй, это действительно было похоже на торжественный парад, подумалось Ринриетте. Жуткий и неестественный парад. Кажется, что-то подобное устраивают в Унии, сопровождая приговоренных к месту казни. Ринриетта усмехнулась. Это ли не чувство юмора Розы Ветров?..
Идти пришлось долго – сказывались исполинские размеры корабля. Кроме того, передвигаться по палубе «Аргеста» было не так просто. По сравнению с ней даже странным образом устроенная и заваленным всяким хламом палуба «Воблы» могла бы показаться широким мощенным проспектом. Чем дольше они шли, тем очевиднее становилась мысль, что пришла Ринриетте в голову с самого начала. Этот корабль строися не человеком. Нет, поправила она сама себя, он строился не для человека. Невозможно было представить, что по этой палубе, перекошенной, зияющей отверстиями, щелями и прорехами, будет перемещаться команда, состоящая из обычных людей, тем паче – вести бой или управлять судном. Оборудование и механизмы лишь через подзорную трубу выглядели вполне обычно, но лишь сейчас она могла рассмотреть, что они не создавались для того, чтоб использоваться людьми. Искаженные пропорции и размеры, грубые ошибки в конструкции, перепутанные детали и крепежи – все это было не более чем декорацией на страшной и сооруженной неведомыми силами сцене. «Восьмое Небо» создало не корабль, с замиранием сердца поняла она, лишь видимость корабля. Железную оболочку, в которую вдохнуло силу «Аргеста». Что же это была за сила? Ринриетта и раньше задумывалась об этом, но никогда прежде эта мысль не казалась ей столь тревожной и неприятной. Может, эта сила, сплетенная из невероятной мощи чар, была искажена и обозлена на весь мир изначально? Что если дед именно потому и отдал ее в чужие руки, что не доверял ей?..