Воссоединение
Шрифт:
А вот город за три года очень изменился, и на взгляд адмирала, не в лучшую сторону. Сан-Марио вырос практически в три раза. Дома стали походить на огромные монолитные блоки, в которых большинство квартир не имело окон. Их заменяли окна-картины – экраны, на которых в зависимости от времени суток менялся пейзаж. Подобный, пусть даже очень искусный обман, не добавлял уюта, казалось, будто сидишь в бункере глубоко под землей. Правда, из настоящих окон тоже не было видно ничего хорошего.
Улицы стали намного грязнее – уборочная техника не справлялась с тем валом мусора, который
Однако здесь, в отличие от двух других пустынных миров, по крайней мере, можно дышать без маски. Винсент подумал, что именно из-за этого Сансет выбрали столицей.
Водитель остановился возле одного из жилых блоков.
– Приехали, сэр.
– Ясно. Свободен.
– Спасибо, сэр.
Винсент поднялся на лифте на нужный этаж. Служебная квартира, как и все служебные квартиры, пахла пылью и прямо-таки кричала о своей необжитости. Пустые шкафы, встроенные в стены, отключенные окна-картины. Из мебели только кровать в спальне с ТВ-терминалом под потолком, стол и стулья на кухне, нехитрый набор посуды. Что ж, не лучше и не хуже, чем у других холостяков, вынужденных жить в казенных квартирах. Собственные квартиры могли себе позволить только семейные, но адмирал семьей обзаводиться не спешил.
«Вот выйду на пенсию, если раньше где-нибудь копыта не отброшу, тогда и женюсь», – думал по этому поводу Винсент.
Ему не единожды приходилось доставлять письма и известия о гибели членов своего экипажа их родным, и к этим взглядам жен, детей и матерей он привыкнуть никак не мог. Не хотел он, чтобы по случаю его смерти кому-нибудь прислали такое же письмо о героической гибели…
«Какие только мысли в башку не лезут на гражданке», – подумал Силаев.
Мысленно сплюнув, он бросил баул с вещами в шкаф, направился к лифту и спустился на первый этаж, где располагались все нужные человеку службы – от ремонтных мастерских по починке всего и вся до увеселительных заведений. В одно из таких заведений он и отправился.
В кабаке оказалось довольно многолюдно и шумно, под потолком стояли устойчивые сизые облака сигаретного дыма, с которым даже вентиляция не могла справиться. Отыскав свободный столик, Силаев проследовал к нему.
– Винсент?! – услышал адмирал свое имя и даже не сразу среагировал на него. Так его не называли уже очень давно.
Силаев обернулся, ища того, кто знает его, и кого мог знать сам. Увидев, он неподдельно удивился. Уж кого-кого, а его увидеть здесь он совсем не ожидал! Младший брат, «восьмой», как его звали в соответствии с порядковым номером появления на свет. Сам Винсент носил позывной «пятый», а всего их было девятнадцать.
– Даниэл?
– Да, это я, «пятый»… Присаживайся, тут свободно.
– Ты практически не изменился с последней нашей встречи, – произнес Винсент. – Сколько же прошло времени?…
– Да
– Не меньше… – согласился адмирал. – Как быстро летит время. А ты уже майор, «восьмой».
– Да, – кивнул Даниэл, поведя плечом, на погоне которого красовался белый череп и звезда между двух серебряных полосок под скрещенными костями. – Командую ротой…
– Кошмар… Сто пятьдесят лбов-флибустьеров! – попытался пошутить Винсент. – Наверное, нелегко приходится?
– Было поначалу, – кивнул «восьмой». – Но после того, как я заставил их надраить весь десантный корабль, ребятишки стали гораздо послушнее. Ну, давай выпьем за тех, кто в лучшем мире…
– Давай…
– За «первого», «вторую», «третьего», «седьмого», «десятого»…
Винсент нахмурился. О гибели Иллариона он ничего не знал. Впрочем, что тут удивительного? Иногда подобные сообщения терялись в огромном потоке информации. Либо «съедались» запущенными диверсантами-зомби вирусами попутно с другой ценной информацией.
– Да, за «десятого». Погиб при Йомадане… Принял удар на себя. Его катер закрыл собой сопло старкрейсера «Марс» от торпеды, которая стала бы для корабля смертельной.
– Понятно… Пожертвовал своей жизнью и жизнью своего экипажа из двадцати человек, чтобы спасти почти пять тысяч человек с «Марса», не говоря уже о самом корабле. Достойно.
– Да… И за «двенадцатого». Выпьем.
– Подожди, – остановил брата Винсент. – Еще «пятнадцатая»…
Даниэл лишь согласно кивнул, он, в свою очередь, ничего не знал о гибели Сейко. Она служила офицером связи на линкоре.
– Попала под перекрестный обстрел сразу двух старкрейсеров и одного артиллерийского эсминца силуниан при Майдеррике, – пояснил Винсент. – Ни единого шанса на спасение.
– Да… – кивнул Даниэл, хорошо представляя себе, какая лавина огня обрушилась на линкор. Десять-двадцать секунд тряски – и все…
От количества братьев и сестер, которых потеряла их в общем-то немногочисленная семья, стало нехорошо, и разлитая Даниэлом по стопкам водка прошла по пищеводу как вода.
– Еще? – спросил Даниэл.
– Давай!..
4
Одна бутылка, другая… На столике выстроился целый ряд пустой тары из-под спиртного.
Силаев ощущал, что находится словно бы в подвешенном состоянии, почти как при невесомости. Потом началась тряска, будто его корабль попал под перекрестный обстрел. Уже не соображая, где находится, он закричал:
– Нападение! К бою!!!
И словно откуда-то издалека услышал незнакомый голос:
– Сэр, сэр, вставайте…
– А?! Что?… Зачем? – заплетающимся языком спросил Винсент, поняв, что он не на корабле. – Кто такие?
– Военная полиция, сэр. Вы должны прибыть к командующему, сэр.
– Я ничего не должен… Я в отпуске…
– Согласно приказу вашего командующего…
Силаев полез во внутренний карман кителя и предъявил приказ.
– Официальный документ, между прочим… заверенный под… подписями и печатью… Вот, полюбуйтесь.
– Это так, сэр, но поступил новый приказ, и мы должны вас доставить на базу. Выпейте это.