Восток
Шрифт:
Я уложила его поудобнее и накрыла. Вытащила из его руки обломки штурвала и пошла к рулю, размышляя по пути, как привести его в порядок. Все было сломано, но починить, наверное, можно.
Но сперва парус, решила я. Сложно оказалось вытащить ту часть, которая висела за бортом, но все же мне удалось втянуть ее на палубу и разложить, чтобы она просохла на солнце. Весь низ паруса был разорван в клочья. Зато пока я возилась с парусом, нашла один из черпаков и вычерпывала воду, даже когда стало совсем темно.
Я думала, что корабль
Без солнца стало холодно. Я поискала, но не нашла ни одного мехового мешка, в которых мы спали. Я сильно устала, поэтому легла рядом с Тором под парусину: вдвоем должно быть теплее. Скорее всего, я задремала, потому что внезапно проснулась с неприятным чувством, что на меня кто-то смотрит. Спросонья я подумала, что я в замке и лежу рядом с моим ночным гостем.
Но на меня смотрели голубые глаза Тора. Они были мутные.
Ночь стояла на удивление светлая. На небе сияла половинка луны и звезды мерцали, словно миллион свечей. Лицо Тора было отчетливо видно. Я села.
– Тор?
Он не ответил, но взгляда от меня не отвел.
– Вы ранены, – объяснила я.
Он моргнул и попытался поднести сломанную руку к лицу. Застонал и опустил ее.
– Гест, Горан…
Я с трудом разбирала слова.
– Их нет, – просто ответила я. Он закрыл глаза.
– Тор? – Я стала нащупывать его пульс. Его веки дернулись.
– Отдыхайте пока, – сказала я и опять устроилась рядом с ним.
Я внимательно слушала его дыхание: оно было прерывистым, но постепенно стало равномерным. И я заснула.
Проснулась я на рассвете. Дул свежий ветер, солнце сияло в безоблачном небе. Тор еще спал.
Я поднялась и потянулась. Если бы только мне удалось починить парус, чтобы можно было поднять его, тогда я смогла бы сама управлять лодкой. Но это невозможно. У меня не хватит сил и умения. Я пожалела, что недостаточно внимательно следила за моряками, когда они ставили и убирали паруса. Что я буду делать, если Тор не поправится?
К счастью, на корабле остались еда и вода. Я нашла все это, когда обследовала судно. Под палубой в ящике лежали запасы сухарей и бочонок с вяленой рыбой. Еще я нашла небольшую коробку с грушами из Франции и, самое главное, две большие фляги со свежей водой, четыре фляги с пивом и несколько с вином. Можно было догадаться, что Тор спрячет свое драгоценное пиво в самом надежном месте.
Нужно было попробовать разжечь огонь. Треногу с котелком я обнаружила еще накануне под парусом, но не было ничего сухого, что можно было бы использовать в качестве растопки. Я быстро съела кусок хлеба с вяленой рыбой и вернулась к Тору.
Он проснулся и смотрел в небо. Я налила в кружку воды и села рядом с ним.
– Тор, выпейте!
Он бросил на меня взгляд и снова уставился в небо.
– Оставь меня, – пробурчал он.
– Немного
Его поведение пугало меня. В его глазах была пустота, словно он решил умереть. Я сидела и не знала, что делать.
– Тор… Нужно выпить воды.
Он не ответил.
Я поднесла кружку к его губам:
– Пожалуйста…
Он поднял левую руку и резко отшвырнул кружку. Вода разлилась и замочила одежду.
– Отстань, – повторил он.
Я разозлилась. Просто так разлить драгоценную воду!
Я ушла. Парус почти высох, и я принялась закатывать дыру. Ткань была толстая, и починка заняла почти весь день. Я часто подходила к Тору, предлагая воду или еду. Но он по-прежнему не обращал на меня внимания. Я видела такие глаза: так смотрит корова, потерявшая слишком много крови при сложном отеле. Или ягненок, который упал и сломал шею.
Мне было до слез жалко моряков, но я боялась и за себя.
Иногда на меня накатывали волны злости, когда я сидела и втыкала иглу в толстую парусину. Пускай умирает, если хочет. Я сама справлюсь!
Но потом мой взгляд падал на сломанную мачту, бескрайнее море вокруг, и я понимала, что не справлюсь.
Я сделала последний стежок и осмотрела свою работу. Мне никогда не поднять этот чертов парус! С проклятиями, которым подивился бы сам Тор, я встала и направилась к умирающему.
Я встала над ним и громко сказала:
– Ладно, валяй, умирай! Ты называл Геста и Горана трусами за то, что они опустили парус, но трус на самом деле – ты!
Он моргнул и посмотрел на меня. Мне показалось, что в глазах его что-то блеснуло.
– Не думала, что викинги подыхают, как раненые ягнята, – продолжала я.
Тор пробормотал что-то – я не расслышала, но, похоже, он ругался.
– Можешь ругать меня сколько хочешь, но я не сдамся!
Он поднял голову и проговорил сквозь зубы:
– Я не трус.
– Тогда пей. – Я поднесла к его губам кружку.
– Иди ты со своей окаянной водой! – проскрежетал Тор. – Принеси мне пива.
Я побежала к фляге и наполнила кружку до краев. Поднесла к его губам, но он вытянул левую руку и выхватил кружку. Пока он пил, я принесла сухарей и вяленой рыбы. Тор схватил еду и стал запихивать ее в рот.
– Еще пива! – проворчал он, насытившись.
Недди
Письмо от Роуз пришло после того, как мы собрали осенний урожай.
Дорогой Недди!
Я пишу, чтобы сказать тебе, что я жива и здорова. Я не живу больше в замке с медведем. Это длинная история, надеюсь, что расскажу ее тебе в конце путешествия. Я сделала ужасную глупость и причинила кое-кому очень сильный вред. Теперь я должна отправиться в далекую землю – ту, которая лежит к востоку от солнца и к западу от луны.