Восток
Шрифт:
Когда я вошла в зал, от увиденного у меня дух захватило. Это был огромный зал со сверкающими ледяными стенами, сводчатым потолком и высокими окнами из прозрачного льда. Сквозь стены и потолок светило необыкновенное северное сияние. Лед отражал и разбрасывал по залу зеленые, синие, фиолетовые брызги. Невозможно описать, до чего все сияло, переливалось и блестело.
В зале собрались сотни троллей, все они были разодеты в элегантные разноцветные наряды. Воздух дрожал от их гортанных голосов. Обеденные столы отодвинули к стенам, чтобы освободить пространство для танцев. Кто-то остался за столом, большинство же танцевало. Я с трудом могла бы
Танцевали тролли тоже достаточно странно. Разделившись на пары, они держали друг друга за локти и делали шаги в сторону.
И вдруг я увидела своего медведя, и все другие мысли умчались прочь.
Я не видела его лица с той ночи, когда поднесла к изголовью кровати свечу. Он танцевал с какой-то дамой. На лице у него было одеревенелое, но вежливое выражение. Глаза казались уставшими.
Вдруг рядом раздался чей-то голос:
– Kaunis puku [33] , – произнес он.
33
Красивое платье (фин.).
Нехотя оторвав взгляд от человека, который был белым медведем, я повернулась и увидела тролля с пошлой улыбкой на лице. На нем была надета бирюзовая куртка.
– Mutta miksi el varikas? [34] – продолжат он.
Я не была уверена, но, похоже, он говорил, что у меня чудесное платье, но почему-то не цветное.
Я вежливо улыбнулась, не зная, что ответить, и проквакала как могла на языке троллей, что мне хотелось бы потанцевать. Он немного удивился, но сказал:
34
Но почему не цветное? (фин.)
– Et saa tanssi [35] , – и, взяв меня за руку в перчатке, повел меня на площадку для танцев.
Я попыталась выделывать то же, что и остальные вокруг. Оказалось не трудно, хотя я наступила троллю на ногу несколько раз. К счастью, он со мной больше не заговаривал, а вскоре отвел меня в сторонку и оставил одну. Я надеялась, что он всем расскажет, что дама в бесцветном платье совершенно не умеет танцевать.
Я нашла местечко у ледяной колонны, откуда было удобно наблюдать за происходящим. В неярком лунном платье легче было не привлекать внимания.
35
Пойдемте танцевать (фин.).
Я сразу заметила королеву троллей. Она сидела на троне из бриллиантов и глядела на собравшихся спокойно и величественно. Я заметила, что чаще всего она останавливает взгляд на том, кого она называет Мик.
Хотя он был мужчиной, я видела в нем белого медведя. То, как он наклонял голову, двигался, смотрел. Все это было мне знакомо. Я вспомнила дни, проведенные в комнате с красным диваном, мои неуклюжие попытки играть его музыку, рассказы. Одиночество в его глазах и доброту. Я смотрела, как юноша, который был медведем, ведет вежливую беседу с дамой в оранжевом
Но в тот миг, когда я поняла, кем был для меня человек-медведь, я увидела, как он взглянул на королеву. Тепло, с чувством, со страстью – у меня внутри все перевернулось. Как будто Симка со всей силы двинула мне в живот.
Неужели это возможно? Неужели он… любит королеву? Я проделала такой путь, чтобы спасти человека от того, чего он на самом деле желает? У меня в голове все смешалось, руки в перчатках вспотели.
Вдруг я увидела Туки. Он стоял рядом с медведем и что-то убедительно ему втолковывал. Королева в это время отвлеклась на вновь прибывших троллей, желающих засвидетельствовать ей свое почтение.
Туки взял медведя за руку и потащил его через зал. Ко мне.
Я со страхом и волнением наблюдала, как они приближаются. Ради этого все и происходило, подумала я. Мое путешествие закончено.
Сначала он заметил мое платье, и что-то блеснуло в его глазах, как будто он вспомнил. А я вспомнила, как белый медведь смотрел на меня, стоя в дверном проеме, когда я первый раз примеряла это платье. Юноша колебался, но когда он поднял глаза на меня, блеск исчез. Вместо него появился вежливый и безучастный вид, который я наблюдала весь вечер. У меня так билось сердце, что я едва услышала, как Туки представил меня на языке троллей: «Роуз, которая приехала издалека».
– Желаете потанцевать? – вежливо спросил человек-медведь на языке троллей.
Я кивнула. Он повел меня на площадку для танцев.
– Надеюсь, вы получаете удовольствие от вечера, – снова сказал он на языке троллей.
Он не смотрел на меня.
Тролли мало говорят, подумала я. У меня во рту пересохло и язык одеревенел.
– Ваше платье… – Искорка вдруг вернулась в его глаза. – Оно такое… необычное. – Он убрал руку с моего локтя и потер лоб, как будто пытаясь привести в порядок мысли.
– Я хочу кое-что тебе показать, – сказала я тихо на своем языке, не стараясь копировать голос троллей.
Он искренне удивился и даже встревожился. Пристально на меня посмотрел.
– Твой голос… И… – Наверное, он увидел, что я в маске. Я быстро сняла кольцо и положила ему на ладонь. Он увидел кольцо и вздрогнул. Потом задумчиво прищурил глаза, тряхнул головой и протянул кольцо обратно мне.
– Оно очень красивое, но я не могу…
– Оно твое, – быстро сказала я.
Он покачал головой:
– Не думаю. Но спасибо.
Ему хотелось уйти от меня, я чувствовала. Я вернула ему кольцо:
– Посмотри внимательно.
– Ты очень добра, – сказал он, – но мне нужно возвращаться к моей королеве.
Он приблизился ко мне, чтобы отдать кольцо, но я отпрянула, сделала реверанс и сказала:
– Это подарок. Пожалуйста, оставь себе.
Я вернулась к колонне и прислонилась к ней, наблюдая, как человек-медведь идет через зал. Он сунул руку в карман – видимо, положил туда кольцо. Потом я заметила, что королева смотрит на меня. Мне стало страшно. Вдруг она все видела или догадалась? Но ее взгляд медленно перешел на того, кого она называла Мик. Я не была готова к тому, что увидела на ее лице. Это было выражение любви. Любви! Настоящей, нежной, чистосердечной. Я не видела его глаз, но поняла, что в них отражается то же самое.