Восторг

Уорд Дж. Р.

– Зачем вообще делать снимки, если фотограф был на подходе?

– Главный вопрос в том, куда подевались буквы.

«Блин, это просто неправильно», – подумала Мэлс.

– Так, что я могу с этим сделать? – спросила она, окидывая Монти взглядом.

– В настоящий момент – ничего. Не хочу, чтобы меня обвинили в нарушении целостности тела.

Но это ты и сделал, не так ли?

– Тогда зачем давать мне это?

– Кто-то должен узнать. Может, я пойду к Де ла Крузу… а, может, ты напечатаешь это в «ККЖ» и просто скажешь, что достала из анонимного

источника. Дело в том, что время смерти определено в районе пяти-шести часов, поэтому убийство произошло вскоре после того, как комнату сняли, кто бы это ни был. Я прибыл туда, хм, в девять пятнадцать. Значит, за эти четыре с половиной часа кто-то мог проникнуть внутрь.

Он кое-что упускает, может, умышленно, – тот факт, что руны исчезли в промежуток времени после его появления на месте преступления и перед тем, как фотограф ОПК[94] сделал снимки. Тело не могло долго находиться без присмотра, а шрамы просто так не исчезают.

Все это очень странно.

– Окей, тогда дай знать, когда тебе будет угодно, чтобы я включилась в работу, – сказала Мэлс. – Когда угодно.

Он кивнул ей так, будто они только что заключили сделку, а потом отправился в сторону выхода.

– Монти. Погоди… ответь на маленький вопрос.

Ее источник замер в дверях.

– Да?

– Ты знаешь, что за мужчину вчера нашли в Мариот?

– Ты про труп у служебного входа? Тот, который пропал из морга?

Мэлс перестала дышать.

– Что-что?

– Ты не в курсе? – Он подошел ближе, чтобы поделиться информацией. – Тело исчезло. Сегодня утром.

Невероятно.

– Кто-то выкрал его. Прямо из морга «Святого Франциска».

– Очевидно.

– Как такое произошло? – Когда Монти пожал плечами, она покачала головой… понимая, что с чем бы ни был связан пропавший труп, это – неправильно. – Ну, надеюсь, они найдут мертвеца. Хэй, а ты не знаешь, какие именно пули были в бронежилете жертвы?

– Сорокового калибра.

– И я слышала, что на теле была татуировка?

– Не знаю. Но могу выяснить.

– Я ценю это.

Он подмигнул ей и лукаво улыбнулся.

– Без проблем, Кармайкл.

Оставшись в одиночестве, Мэлс снова просмотрела фотографии, одну за другой… решив, что в Колдвелле, похоже, заявился очередной серийный убийца.

Не такой работы искали она или отделение полиции.

Гадая, а не замешан ли тут полицейский.

Глава 24

Свернув салфетку рядом со своей пустой тарелкой, Девина улыбнулась через стол своей жертве. В общем и целом, все шло хорошо. Матиас начинал вспоминать, и тайник о его отце, вскрытый ею, вернул тот огонек в его взгляд, который ей так нравился.

Старик Матиаса был ключом, разумеется, истоком зла, доказательством того, что зараза может передаваться не только от демона к человеку, но и от человека к человеку.

Но ей стоит осторожно разыгрывать эту партию.

– Я оплачу счет, – сказал Матиас, рукой подзывая официантку.

–

Ты такой джентльмен. – Она запустила руку в сумку и начала перекидывать помады с лева на право, считая их. – Я рада, что мы встретились.

… три, четыре, пять…

– Счастливая случайность. – Он перевел взгляд на окно, будто что-то обдумывал. – Какова была вероятность…

… шесть, семь, восемь…

– Чем собираешься заняться сегодня? – спросила она, ее сердце забилось, когда она начала подходить к концу отчета.

… девять, десять, одиннадцать…

Он ответил ей, но она не обратила внимания, ведь конец был уже близок.

Двенадцать.

Тринадцать.

Выдохнув, она достала последний тюбик и сняла крышку. Не сводя с Матиаса глаз, она велела ему смотреть на ее губы, выкручивая мягкий, тупой конец помады, и начала водить по своей плоти.

Матиас выполнил ее волю, но она стремилась к другому отклику – оценка была беспристрастной, а не с сексуальным подтекстом. Будто она была инструментом, об использовании которого он подумывал.

Девина нахмурилась. Когда он вышел в погоне за той гребаной журналисткой, в нем не было этой отдаленности. Полностью одетый, тем не менее, он был обнажен, нацелился на женщину, будто она была чем-то внутри него, не отдельной личностью.

Демон поджала губы и расслабила их, чувствуя, как они вернулись в самую свою аппетитную форму… и чтобы убедиться, что он понял намек, она вложила в его разум картинку ее губ вокруг его члена, посасывающих, потягивающих, заглатывающих.

Не сработало.

Он просто перевел взгляд на официантку, взял у нее чек и написал номер своей комнаты.

Стекла задребезжали от сильного ветра, привлекая внимание людей и Матиаса в том числе: сидя напротив него, Девина кипела от ярости, ее гнев вспыхнул, затрагивая внешнее убранство гостиницы, поднимая ветер, приходящий с юга.

Она могла думать лишь о том, как Джим поиграл ею… а сейчас этот немощный инвалид, который вернется в ад сразу после окончания раунда, игнорировал ее.

Ублюдки. Они оба.

Она встала и перекинула сумку через плечо.

– Ты надолго остаешься?

– Не особо.

Вот уж точно. Дела с ним шли очень быстро, даже если он не знал об этом, и этот раунд закончится очень скоро. Может, ей стоит подняться с ним в его номер и напомнить ему, что он мужчина, а не робот… и что его «ранения» не будут проблемой, пока он с ней.

Ну, что касается секса, остается пожелать удачи с журналисткой, подумала она.

– Ну, сейчас я ухожу, – сказал он, будто прогоняя ее.

Девина сузила глаза, а потом вспомнила, что должна исполнять свою роль.

– Уверена, мы еще увидимся.

– Похоже на то. Удачи тебе с твоей мамой.

Когда он отвернулся, ей захотелось трахнуть его не только из-за этого раунда. В нем была та же сила, что и у Джима… равно как и изворотливость. Следовало обратить на него более пристальное внимание, когда он был у нее. К счастью, он скоро вернется домой.