Восторг
Шрифт:
– Зачем вообще делать снимки, если фотограф был на подходе?
– Главный вопрос в том, куда подевались буквы.
«Блин, это просто неправильно», – подумала Мэлс.
– Так, что я могу с этим сделать? – спросила она, окидывая Монти взглядом.
– В настоящий момент – ничего. Не хочу, чтобы меня обвинили в нарушении целостности тела.
Но это ты и сделал, не так ли?
– Тогда зачем давать мне это?
– Кто-то должен узнать. Может, я пойду к Де ла Крузу… а, может, ты напечатаешь это в «ККЖ» и просто скажешь, что достала из анонимного
Он кое-что упускает, может, умышленно, – тот факт, что руны исчезли в промежуток времени после его появления на месте преступления и перед тем, как фотограф ОПК[94] сделал снимки. Тело не могло долго находиться без присмотра, а шрамы просто так не исчезают.
Все это очень странно.
– Окей, тогда дай знать, когда тебе будет угодно, чтобы я включилась в работу, – сказала Мэлс. – Когда угодно.
Он кивнул ей так, будто они только что заключили сделку, а потом отправился в сторону выхода.
– Монти. Погоди… ответь на маленький вопрос.
Ее источник замер в дверях.
– Да?
– Ты знаешь, что за мужчину вчера нашли в Мариот?
– Ты про труп у служебного входа? Тот, который пропал из морга?
Мэлс перестала дышать.
– Что-что?
– Ты не в курсе? – Он подошел ближе, чтобы поделиться информацией. – Тело исчезло. Сегодня утром.
Невероятно.
– Кто-то выкрал его. Прямо из морга «Святого Франциска».
– Очевидно.
– Как такое произошло? – Когда Монти пожал плечами, она покачала головой… понимая, что с чем бы ни был связан пропавший труп, это – неправильно. – Ну, надеюсь, они найдут мертвеца. Хэй, а ты не знаешь, какие именно пули были в бронежилете жертвы?
– Сорокового калибра.
– И я слышала, что на теле была татуировка?
– Не знаю. Но могу выяснить.
– Я ценю это.
Он подмигнул ей и лукаво улыбнулся.
– Без проблем, Кармайкл.
Оставшись в одиночестве, Мэлс снова просмотрела фотографии, одну за другой… решив, что в Колдвелле, похоже, заявился очередной серийный убийца.
Не такой работы искали она или отделение полиции.
Гадая, а не замешан ли тут полицейский.
Глава 24
Свернув салфетку рядом со своей пустой тарелкой, Девина улыбнулась через стол своей жертве. В общем и целом, все шло хорошо. Матиас начинал вспоминать, и тайник о его отце, вскрытый ею, вернул тот огонек в его взгляд, который ей так нравился.
Старик Матиаса был ключом, разумеется, истоком зла, доказательством того, что зараза может передаваться не только от демона к человеку, но и от человека к человеку.
Но ей стоит осторожно разыгрывать эту партию.
– Я оплачу счет, – сказал Матиас, рукой подзывая официантку.
–
… три, четыре, пять…
– Счастливая случайность. – Он перевел взгляд на окно, будто что-то обдумывал. – Какова была вероятность…
… шесть, семь, восемь…
– Чем собираешься заняться сегодня? – спросила она, ее сердце забилось, когда она начала подходить к концу отчета.
… девять, десять, одиннадцать…
Он ответил ей, но она не обратила внимания, ведь конец был уже близок.
Двенадцать.
Тринадцать.
Выдохнув, она достала последний тюбик и сняла крышку. Не сводя с Матиаса глаз, она велела ему смотреть на ее губы, выкручивая мягкий, тупой конец помады, и начала водить по своей плоти.
Матиас выполнил ее волю, но она стремилась к другому отклику – оценка была беспристрастной, а не с сексуальным подтекстом. Будто она была инструментом, об использовании которого он подумывал.
Девина нахмурилась. Когда он вышел в погоне за той гребаной журналисткой, в нем не было этой отдаленности. Полностью одетый, тем не менее, он был обнажен, нацелился на женщину, будто она была чем-то внутри него, не отдельной личностью.
Демон поджала губы и расслабила их, чувствуя, как они вернулись в самую свою аппетитную форму… и чтобы убедиться, что он понял намек, она вложила в его разум картинку ее губ вокруг его члена, посасывающих, потягивающих, заглатывающих.
Не сработало.
Он просто перевел взгляд на официантку, взял у нее чек и написал номер своей комнаты.
Стекла задребезжали от сильного ветра, привлекая внимание людей и Матиаса в том числе: сидя напротив него, Девина кипела от ярости, ее гнев вспыхнул, затрагивая внешнее убранство гостиницы, поднимая ветер, приходящий с юга.
Она могла думать лишь о том, как Джим поиграл ею… а сейчас этот немощный инвалид, который вернется в ад сразу после окончания раунда, игнорировал ее.
Ублюдки. Они оба.
Она встала и перекинула сумку через плечо.
– Ты надолго остаешься?
– Не особо.
Вот уж точно. Дела с ним шли очень быстро, даже если он не знал об этом, и этот раунд закончится очень скоро. Может, ей стоит подняться с ним в его номер и напомнить ему, что он мужчина, а не робот… и что его «ранения» не будут проблемой, пока он с ней.
Ну, что касается секса, остается пожелать удачи с журналисткой, подумала она.
– Ну, сейчас я ухожу, – сказал он, будто прогоняя ее.
Девина сузила глаза, а потом вспомнила, что должна исполнять свою роль.
– Уверена, мы еще увидимся.
– Похоже на то. Удачи тебе с твоей мамой.
Когда он отвернулся, ей захотелось трахнуть его не только из-за этого раунда. В нем была та же сила, что и у Джима… равно как и изворотливость. Следовало обратить на него более пристальное внимание, когда он был у нее. К счастью, он скоро вернется домой.