Восторг
Шрифт:
Мэлс нахмурилась, когда поняла, что ее рука касается чего-то твердого в районе его поясницы.
И это не бандаж.
Вообще ничего близко связанного с медициной.
Запустив руку под подол его ветровки, она обнаружила… рукоятку пистолета.
Она вытянула оружие из-за его пояса и отступила назад.
Это был сороковой, и она быстро проверила зарядную камеру. Пусто. Магазин тоже пустой.
– Не у тебя одной есть разрешение на ношение, – отстраненно сказал он.
Она вернула ему самозарядник.
–
– Купил.
– И забыл про патроны?
– Это была не комплексная покупка.
– Знаешь что? Жертва, погибшая вчера ночью в твоей гостинице была застрелена из оружия точно такого же калибра.
– И ты думаешь, что это сделал я потому, что в магазине отсутствуют патроны.
Мэлс пожала плечами.
– Ты сказал не связываться с тобой, потому что я могу погибнуть. Появляешься с оружием после того, как кого-то застрелили в «Мариоте». Называй меня Эйнштейном[97].
– Я не убивал того мужчину.
– Откуда ты знаешь, что это был мужчина?
– Об этом трещат во всех новостях.
Мэлс скрестила руки на груди и уставилась в пол, думая, что этот разговор никуда не приведет их.
– Кажется, мне лучше уйти.
– Ага, – ответила она.
Весьма резкий переход. От поцелуев к этому меньше чем за пять секунд.
– Прости, – сказал он у дверей.
– За что ты извиняешься?
– Я не хочу расставаться на такой ноте.
Ну, он не один такой.
Когда дверь закрылась за ним со щелчком, Мэлс задумалась, встретит ли его снова… и устроила себе взбучку на тему «сохраняй ясную голову и не позволяй либидо затянуть тебя в передрягу».
Ее отец не одобрил бы это. Умные женщины так не поступают.
Катись все к черту…
Ругая себя на чем свет стоит в течение пятнадцати минут, она направилась в отдел новостей, заварила себе чашку крепкого и черного кофе и вернулась к рабочему столу.
– Скажи, что ты не расквасила мою тачку.
Она подпрыгнула и перевела взгляд на Тони.
– Чт... О, нет. Вот ключи.
– Ну, ты выглядишь так, будто побывала в очередной аварии.
Да ладно.
Откинувшись на спинку кресла, она уставилась на монитор.
– Ты в порядке? – спросил Тони. – Нужен «Твинки»?
Мэлс рассмеялась.
– Думаю, сначала «Максвелл хаус», но все равно спасибо.
– Чего такая кислая?
– Просто гадаю, как с физиологической точки зрения шрамы могут исчезнуть с мертвого тела?
Окей, она не об этом думала, но сойдет и этот социально приемлемый заменитель. Ей бы все равно пришлось это спросить. Тони был ходячей энциклопедией.
Сейчас настало его время откинуться назад и уставиться в пустоту.
– Такое невозможно. Шрамы есть шрамы.
– Тогда как ты объяснишь два набора фотографий, на одном есть
– Просто. Кто-то приложил руку к фотошопу.
– Я тоже так думаю.
Чего она не поняла, так это «зачем». По крайней мере, у нее есть подозрения относительно «кто» это сделал.
Мэлс уронила голову набок. Подделка улик была совершена не официальным фотографом… пока она делала снимки, в той комнате вместе с ней была еще дюжина мужчин, и она ничего не меняла на фотографиях после этого, они бы завопили о не состыковках сразу же, как увидели фото.
Значит, остается Монти, мужчина, который мастурбировал своему Эго, сообщая прессе то, что не следовало, и создавая драму там, где ее не было. Какова была вероятность, что он исправил фото просто ради веселья?
Мэлс перешла к действиям, заходя в базу данных «ККЖ».
– Либо так, – добавил Тони, – либо божественное вмешательство.
***
– У меня есть тату.
В пять часов Мэлс оторвала взгляд от конечной версии ее истории о проститутке. Эрик стоял перед ней, с папкой в руке, с выражением «без балды» на лице.
– С жертвы в «Мариоте», которая исчезла из морга?
– Именно.
– Покажешь? – спросила Мэлс, протягивая руку.
– Это... эм, да. – Он протянул фотографии. – Не мой стиль. Меня скорее привлекают трайбл-тату[98].
Мэлс перевернула обложку папки и нахмурилась. Фотографии были в цвете, но это вовсе не обязательно… по крайней мере, если речь шла о чернилах. Татуировка старухи с косой была выполнена белыми и черными чернилами, с жуткой детализацией… казалось, что это фотография, что сияющие глаза из ободранного капюшона и костлявая рука, указывающая на смотрящего, были направлены именно на нее.
– Достаточно мрачно, ага, – отметил Эрик. – Прелестное кладбище, тебе не кажется?
Вполне верное замечание относительно заднего плана: ужасающая фигура стояла посреди поля могил, надгробные камни уходили дальше за горизонт, разлагающаяся мантия разлеталась в стороны, затемняя безграничный ландшафт.
– Что это за черточки внизу? – спросила она.
– Наверняка какой-то подсчет… и, спорю на что угодно, вряд ли речь идет о булках хлеба.
– Он может быть связан с бандами.
– Я тоже так решил, учитывая, что недавно в морге было тело с аналогичной тату… согласно моим источникам.
– Что думает ОПК[99]?
– В настоящий момент я работаю над этим.
Мэлс подняла взгляд.
– Так, ты искал это изображение в интернете?
– В сети тысячи изображений Мрачного жнеца… некоторые из них – на коже людей. Ничто из найденного не похоже в точности на это, но все они выглядят похоже, если ты понимаешь, о чем я.