Вожак
Шрифт:
— А зачем это нужно вам? — вдруг спросил Стрегон. — Что вас заставляет рисковать шкурами ради остроухих? Неужели из-за денег?
— Не твоего ума дело, — невозмутимо ответил Крес. — Надумаешь сменить место службы — узнаешь, а сейчас забудь. И ешь, пока не остыло, а то Белка будет недовольна.
— Так дело в ней? — напряженно уточнил Стрегон, не торопясь прикасаться к мясу и пристально изучая охотников, словно ища в них признаки воздействия проклятых рун.
Он смотрел долго, пристально, внимательно. Однако на лицах белобрысых братьев не дрогнул ни один мускул, не промелькнуло смущение или неловкость, не появился алчный блеск, как у приманенного пересмешника. Стрегон будто в омут глядел. И силы его собственных рун эти двое тоже не почувствовали.
— Частично, — наконец сухо отозвался Крес. — Но не по той причине, о которой ты сейчас подумал.
— Забудь, — скупо повторил за братом Тосс. — Это вас не касается.
Стрегон отвел взгляд.
— А мальчик? — нетерпеливо поерзал на лавке Лакр. — Я так понял, вы за ним присматриваете, пока Бел отсутствует?
— Верно, — неохотно согласился Крес.
— То, что она попросила об этом именно вас…
— Она не просила.
— Что?
— Она никого не просила, — повторил охотник, настороженно покосившись на вход в подземелья. — Просто ее слишком долго не было у золотых, и мы забеспокоились. Когда Таррэн ушел, Белка вела себя не совсем обычно. Когда же выяснилось, что зов на ту сторону портала не проходит, а его родовой перстень начал угасать, она и вовсе пропала. Вот мы и решили… э-э-э… разузнать, в чем дело.
— Хозяин леса — темный эльф? — снова уточнил Лакр.
— Да. Он — младший и теперь уже единственный сын Тирриниэля илле Л’аэртэ, которого вы сопровождаете столько времени. Когда-то у хозяина было другое имя, но он отказался от титула и покинул род ради того, чтобы стать тем, кем мы его знаем. Он — единственный из перворожденных, кто прошел Проклятый лес насквозь. Именно он уничтожил владыку Изиара и занял его место. Соответственно, маленький Тор — его сын… третий, кстати, а владыка Элиар — побратим и женат на дочери хозяина, так что его наследники тоже приходятся нашему лорду родичами. В Золотом лесу темные и светлые эльфы вернулись к изначальным временам, когда перворожденные, независимо от вида магии и цвета волос, считались единым народом. У светлых эльфов Золотого леса есть наследник и наследница: Эаллар сарт Эллираэнн по праву носит звание лучшего меча леса, а его сестра Иласса славится своею красотой. А Бел — желанная гостья в Золотом лесу, и была ею еще в то время, когда остроухие только-только обустраивались на новом месте.
Братья дружно крякнули.
— Когда Белка пропала, золотые встревожились, — продолжал Крес. — Конечно, она и раньше могла уйти надолго, но всегда предупреждала заранее. А в этот раз она ушла одна и почти три года не подавала знаков. Даже владыка Тирраэль забеспокоился, а леди Мелисса уже хотела упросить его оставить золотых, чтобы идти на поиски самому. И он даже согласился, но Белка так же неожиданно вернулась. Сказала, что все в порядке, велела не беспокоиться, а потом снова ушла. Владыки перевели дух, потому что за портал никто из них не получил даже пинка, и занялись своими делами. Да только мы с братьями не поверили. Особенно Шир, это наш вожак… Однажды он просто снялся с места и ушел следом за Бел, собираясь выяснить все до конца.
Лакр многозначительно присвистнул.
— Надеюсь, он еще жив?
— Живее тебя, — фыркнул Крес. — Хотя досталось ему крепко: Бел не любит, когда суют нос в ее дела. А когда наружу выплыла правда про Тора… Ух, и зла же она была!
— Откуда знаешь?
— Да как тебе объяснить… В общем, мы видели, как они тогда сцепились.
— Мы же не оставим вожака одного? — добавил Тосс. — Вот с тех пор и приглядываем тут, когда Бел надо отлучиться. За такими сорванцами глаз да глаз нужен, не то один когда-нибудь спалит нам весь палисандр, а вторая вырвется на волю и такого натворит… Хорошо, что Бел строго-настрого запретила им уходить за кордон. Иначе никакие силы бы не сдержали: у Тора мощь самого владыки Изиара, а Хиш уже давно не простая хмера. Сестра ему кровная, как-никак. Соответственно, думает,
Ланниец тихо рассмеялся.
— Выходит, вы тогда тоже за Белкой увязались? Да? Интересно, долго она вас пинала, когда заметила?
— Не слишком, — вдруг ответил из-за спины незнакомый мужской голос. — Но им вполне хватило: как видишь, до сих пор отрабатывают.
ГЛАВА 2
У подкравшегося к наемникам незнакомца оказалась внушительная фигура, а необычный чешуйчатый доспех смутно напоминал броню Стрегона. Только чешуйки были не черными, а зеленовато-коричневыми, да сзади виднелся краешек сброшенного капюшона. Еще на чужаке красовалась куртка из кожи неведомого зверя. За спиной виднелись парные ножны, однако клеймо там стояло гномье, столь же необычное, как и на ножах Белки: молот и семилучевая звезда. А рядом виднелась именная руна, красноречиво говорящая, что странный тип находится на короткой ноге с подгорными магами.
Был он высок, ростом с перворожденных. От него исходила аура нечеловеческой силы, сходная с той, что чувствовалась в белобрысых охотниках. Но если в тех еще гуляла буйная удаль, то этот тип уже давно отошел от игр. Матерый. Опытный. Настоящий зверь, рядом с которым даже проворные близнецы ощущали заметное стеснение, подобно тому, как ежатся и отступают молодые псы перед могучим вожаком.
Стрегон со смешанным чувством осознал, что появлению гостей незнакомец не только не удивился, но и внимания им почти не уделил. Так, отметил для себя, что на поляне стало на шестерых смертных больше, мельком покосился на второй жилой дом, где отдыхали Ланниэль и Картис. Пожал плечами, словно говоря, что не собирается обсуждать или оспаривать решения Белки, и, сняв с правой руки усеянную костяными пластинками перчатку, пристально взглянул на близнецов.
— Здорово, Шир, — кашлянул Крес, заметно подтянувшись. — Чего крадешься, как хмера? Не мог предупредить загодя о своем приходе?
— Нет, — сухо отозвался Шир. — Где Бел?
— Внизу.
— Один?
— Они знают, — быстро уточнил охотник, переглянувшись с братом.
— Хорошо, — ничуть не смутился пришелец. — Она одна?
— С ней владыка Тирриниэль.
— Вот как? — неуловимо нахмурился Шир, по-прежнему не обращая внимания на посторонних. Затем подошел, скинул на лавку свою удивительную броню, отложил мечи и пригладил растрепавшиеся волосы. — Что такого случилось, что он явился сюда лично? Да еще в компании, за которой хвост тянется от самого кордона?
Вот теперь нахмурились и братья.
— Ты кого-то видел?
— Нет. Но хмеры еще с вечера снялись со впадины и двумя стаями двинулись на запад.
— А зверги? Ползуны? Вараны?
— Нет. Пока только хмеры.
— Значит, кто-то опять потревожил границу, — задумчиво потер подбородок Крес. — Но не Бел — ее бы они пропустили… Прогуляться туда, что ли?
Шир чуть качнул головой.
— Пока сидите. Посмотрим, что скажет Бел. Я принес вести из Золотого леса.
Стрегон ощутил на себе еще один изучающий взгляд и поднял голову, однако Шир уже отвернулся: неожиданно раздув ноздри, словно дикий зверь, он непонимающе завертел головой, напрягся, прислушался к чему-то, а потом проворно развернулся, ловя за шкирку налетевший на него ураган.
— Привет, Ши-и-ир! — радостно вскрикнул Тор, едва не опрокинув рослого охотника.
В последний момент мальчишка остановился, ухватился руками за края его куртки и выжидательно уставился снизу вверх огромными, ярко горящими глазищами. Хиш прильнула к человеку с другого бока и с громким урчанием потерлась о бедро. После чего Шир, внезапно оттаяв, широко улыбнулся и позволил мальчику повиснуть у себя на шее.
— Привет, малыши, — хмыкнул охотник. — Как вы тут? Что на этот раз натворили, раз наш полигон снова похож на груду обломков?