Возмездие
Шрифт:
Он завёл его в опорный пункт, который находился в одном из общежитий. Вскоре туда подтянулись и курсанты.
— Илья, возьми ручку и быстро напиши рапорт о нападении на тебя гражданина Ермолина. Данное нападение было совершено им в ответ на твоё замечание. Он же не будет отрицать то, что ругался нецензурными словами, находясь в общественном месте. Правильно я говорю, Ермолин?
— Ну и сука ты, ментяра поганый, — ответил Кактус и сплюнул на пол.
Павел вытащил из его кармана торчавший носовой платок, бросил его на плевок
— Ещё раз плюнешь, получишь в морду, понял или нет?
Лавров вызвал дежурную машину.
В отделе милиции задержанного Кактуса поместили в камеру. Написав рапорт, Павел с чувством выполненного долга вышел из отдела милиции и поехал домой.
На следующий день Лавров по привычке приехал на работу намного раньше, чем его товарищи. Проходя мимо дежурной части, он поинтересовался у дежурного, как себя чувствует Кактус.
— Извини, Павел, но его нет. Ночью приехал дежурный прокурор района и освободил его из-под стражи.
— Как освободил? За что?
— Ничего сказать не могу. Прокурор есть прокурор. Сказал, чтобы освободили, мы и освободили, не спорить же с ним.
Лавров был просто оглушён полученным известием. Он медленно поднялся на второй этаж и направился к себе в кабинет. Открыв дверь кабинета, он обессилено опустился на стул. Набравшись смелости, поднял трубку телефона и набрал номер прокуратуры.
— Дежурный прокурор Халилов слушает Вас.
— Здравствуйте! Вас беспокоит оперуполномоченный уголовного розыска Лавров. Скажите, пожалуйста, вчера я задержал гражданина Ермолина, который подозревается в совершении убийства гражданина Корнеева. Да, да, того, чей труп обнаружили на трассе, в десяти километрах от города. Ночью Вы освободили этого человека. Вы не скажете, каково основание этого освобождения?
— Почему не сказать, скажу. Да, я освободил его из камеры. Освободил в связи с поступившим заявлением. Граждане возмущены Вашими действиями и считают их неправомерными. Сейчас у меня на столе лежит заявление гражданина Ермолина, в котором он обвиняет Вас в нанесении ему телесных повреждений при его задержании. К заявлению приложена справка из травмпункта. Он просит привлечь Вас к ответственности.
— Вы же знаете, что кто-то заставил его написать подобное заявление. Сам бы он не додумался.
— Откуда я это могу знать? Может, ему это посоветовал сделать его адвокат. Кстати, это заявление принёс его адвокат Вавилов.
— Просто его заставил написать это заявление Канадец или Жан. Вам эти клички о чём-то говорят?
— Мне лично — нет, — коротко ответил Халилов. — Я с ними не знаком. Кто эти люди?
— Это же бандиты и вымогатели.
— Погодите, милый. Это по вашим оперативным учётам эти люди бандиты и вымогатели, а у нас таких учётов нет. Мы руководствуемся действующим законодательством, а не сбором всевозможных слухов.
В трубке
— Интересно, почему написал встречное заявление Кактус? Ведь это противоречит их понятиям? Наверняка был серьёзный наезд со стороны Канадца или Жана. Всё равно, с Кактусом нужно работать и работать как можно плотнее. Судя по всему, он наиболее слабое звено, и они сильно испугались его задержания.
Резко зазвонил телефон, стоящий на тумбе около стола Лаврова. Он протянул руку и поднял трубку.
— Лавров! Срочно зайди ко мне, — сказал начальник криминальной милиции Новиков и положил трубку.
Павел вышел из кабинета и направился к начальнику криминальной милиции. Он остановился около двери, а затем, толкнув дверь рукой, вошёл в кабинет.
— Проходите. Не стойте у двери, словно нищий.
Лавров сделал несколько шагов и остановился около стола Новикова.
— Это Вы задержали Олега Ермолина? — спросил он его.
— Да. Задержал вчера вечером. При задержании он ударил курсанта в лицо и попытался скрыться. Этот человек входит в бригаду Канадца, обоснованно подозреваемого в убийстве Корнеева.
— Странно. У меня заявление адвоката Ермолина о том, что Вы, будучи в состоянии опьянения, угрожали его клиенту табельным оружием, после чего привезли его сюда, в милицию.
— Да Вы что, Владимир Иванович? Этого не было. Это самая настоящая ложь.
— Я не знаю, что было, а чего не было. Адвокат пишет, что Вы хотели повесить на него какое-то убийство.
Лавров был обескуражен. В его голове просто всё перепуталось. Если с утра он ещё знал, что Кактус участник совершённого убийства, то теперь преступником почему-то стал он, а не Кактус.
— Владимир Иванович, скажите честно, что Вы решили меня разыграть. Ведь всё, что Вы мне здесь рассказали, это чья-то фантазия.
— Эх, Лавров, Лавров. Хорошо было бы, если это было фантастикой. Вот, посмотри, у Ермолина даже справка есть о полученных им телесных повреждениях.
Новиков молча протянул ему справку из больницы.
— Вот, возьми и почитай. Там всё написано. Ты меня извини, но я вынужден пока отстранить тебя от работы. Материалы я передам в инспекцию по личному составу. Пусть там разберутся, кто в этом вопросе прав, а кто виноват.
Павел вышел из кабинета Новикова и, сдав дежурному по отделу свой пистолет, вышел на улицу.
Лавров стоял около входа в городское управление милиции и нервно курил одну сигарету за другой. Внутри его всё клокотало от несправедливости.
— Ты почему не на рабочем месте? — поинтересовался у него Харитонов.
Павел вкратце пересказал ему разговор с Новиковым и посмотрел на него.
— Быстро они отреагировали на этот случай. Успели подключить и прокурора и начальника криминальной милиции. Всех, сволочи, купили.