Враг
Шрифт:
Эйкен: Мы работаем над этим. Переоборудовать машины очень непросто — они покрыты каким-то составом, просверлить который нам удается с большим трудом. Однако мы считаем, что к началу турнира большинство аппаратов будут вооружены лучевыми разрушителями.
Морна-Йа: Горе мне! Милосердная Тана!.. Неужели я, первой ступившая на эту землю, должна вновь увидеть возрождение этих кровавых битв, этой звериной жестокости, отринуть которые нас призывала Супруга Корабля.
Селадейр: Жаль, что у нас осталась только Элизабет…
Эйкен: У вас остался я!
Все: Храни
Суголл: А также «врата времени»…
(Ужас. Оцепенение.) Селадейр: Не бывать тому, чтобы храбрые рыцари тану показывали спины врагу.
Эйкен: Существует куда более серьезная опасность, чем козни «маленького народа». (Образ.) Катлинель Темноглазая: В моих жилах течет кровь тану и человека, мое сердце отдано также и расе фирвулагов, к которой принадлежит мой муж. Я вспоминаю запавшие мне в душу слова представителя Партии мира Дионкета Целителя, когда он предложил Суголлу и мне служить мостом для сближения всех народов. Мы добровольно готовы взять на себя посредническую миссию уже во время Великого Турнира. Если Тана благословит, нам, быть может, удастся склонить сердца фирвулагов к миру. Мрак может и не прийти.
Суголл: Если же неизбежное произойдет, то наш народ готов дать клятву на верность королю Эйкену-Луганну. Если Мрак опустится на нашу благословенную землю, то ревуны вместе с людьми будут искать спасения в эпохе Галактического Содружества.
Селадейр: Неудержимая Тана — а что случится, если эти чертовы ворота начнут работать еще до начала турнира?
Эйкен: Это исключено. Слишком много надо сделать. Сегодня я лично проверю, что там у них происходит.
Кугал — Сотрясатель Земли: Братья и сестры! Позвольте от вашего имени сердечно поблагодарить леди и лорда Нионели за их готовность послужить делу мира. В то же время нам надо быть готовыми к любому варианту развития событий и, как ни горько об этом говорить, — к самому худшему из них. В связи с этим мы должны ускорить организацию метаобъединения под руководством Его Величества короля Эйкена-Луганна. Мы должны без колебаний последовать за ним. В прошлом у нас был свой путь, теперь времена изменились. Уже в новых условиях нам надо доказать, что мы храбрый и гордый народ, приверженный справедливости. Мы ни перед кем не склоним головы. Теперь перед нами стоит роковой выбор — объединиться или погибнуть. Я по праву рождения обязан напомнить всем благородным тану, что если Мрак наступит, это будет вернейший признак появления Врага, вознамерившегося погубить и тану и фирвулагов. Он и есть настоящий Враг!
(Молчание.) Эйкен: Слово сказано! Благодарю всех! Увидимся в Нионели на играх!
Разбухнув от сильных дождей, поливавших джунгли в верховьях, Нонол стремительно нес свои воды, чуть притопив наземные баки, на которые опирался Радужный мост. Выше по течению поверхность реки была запружена огромным количеством лодок, мелких суденышек, купеческих барж и плоскодонок, на которых представители всех трех народов прибывали на открывающийся Великий Турнир. Только в небольшой гавани, приткнувшейся к правому берегу и отделенной от реки дамбой, было свободно. Два декамолевых, осевших под грузом, связанных фалинем каноэ стояли у причала. Рядом, в тени
Ближе к рее располагалась ослепительно красивая женщина, по виду чистокровная тану, только прекрасные карие глаза выдавали ее принадлежность и к человеческому роду. Рядом с ней возвышался типичный североамериканский индеец с хорошо развитой мускулатурой и седой всклокоченной головой. Одет он был в короткие холщовые штаны, мягкие мокасины, на запястье — хитроумный прибор, позволявший везде и всегда определять положение частей света. Что-то вроде миниатюрного кибернетического компаса…
Мужчина и женщина о чем-то весело переговаривались, однако за внешней беззаботностью скрывалось тревожное напряжение.
Катлинель Темноглазая сказала:
— Я бы хотела снабдить твое каноэ маленьким генератором сигма-поля, Пеопео. Вдобавок к оружию, которое у тебя есть.
Индеец улыбнулся — ни следа волнения в его ауре, только спокойствие и легкая самоирония.
— Если на этой шхуне, которую я заметил на Сене, действительно находится Ремилард, то от защитного экрана будет столько же толку, как и от фигового листа. Не беспокойтесь, леди Катлинель. Мы, краснокожие, с молоком матери впитываем умение выслеживать и подкрадываться, а уж моя практика судебного крючкотвора в полной мере отшлифовала эти качества. Я постараюсь, чтобы бандиты с «Кулликки» не заметили меня. Ишь, придумали маскировку — этакая воскресная прогулка под парусами.
— Король считает, что именно так они и поступили. Он засек шхуну с «роплана». Правда, полной уверенности нет.
— Значит, такова моя планида, — пошутил Пеопео Бурке. — Видишь, как получается, леди Катлинель: даже обладая огромной ментальной силой, накопив гору оружия и оборудования, привезенного из будущего, король все-таки не может обойтись без пары обычных человеческих глаз.
— Тем не менее дело опасное. Мне ужасно не по душе, что приходится посылать тебя в такую рискованную разведку. Да еще на пороге долгожданного события, когда вот-вот распахнутся «врата времени».
Бурке пожал плечами.
— Если Ремилард добьется своего, то не будет никаких «врат времени». Нет, король был прав, когда настаивал, что лучшего исполнителя на эту роль, чем я, не найти. Мне придется прочесать реку на расстоянии почти полтыщи километров, что займет неделю или десять дней. С королем буду связываться по дальней связи. Если шхуна не имеет отношения к Ремиларду, я напоследок совершу замечательную экскурсию по дикому плиоцену.
— А если тебя обнаружат?
— Я же не слепая лошадка. Все, что от меня требуется, — это определить ее месторасположение, потом полным ходом в Горию. Там тоже около недели пути. Я бы ни в коем случае не хотел пропустить Великий Турнир.
Он отвязал линь, устроился на каноэ и поднял руку, как бы отдавая честь леди Нионели.
— Да сохранит тебя Тана!
— Как наши дела? — обратился король к Тони Вейланду.
Инженер-металлург вытащил из-за спины бутыль, содержащую внутри стержень из какого-то серебристого металла, и ткнул ею прямо Эйкену в нос.
— Это что, диспрозий? Я вас спрашиваю? Это все, что поисковая партия могла выдать за это время? Это называется диспрозий? Чем они там занимаются, эти мошенники ревуны и посланные вами тунеядцы?!