Враг

Мэй Джулиан

Через два дня Ремилард вернулся на «Кулликки». Отсюда он связался с Элизабет.

Марк: Рассказывай.

Элизабет: Дети дали ответ, просили сообщить тебе.

Марк: Хорошо.

(Изображение: дочь и сын стоят на вершине холма, на котором возвышается древний замок, идет дождь, обильно заросшая травой тропинка огибает огромную плиту из белого камня, на плите вырублен квадрат.) Хаген: Папа, мы находимся в окрестностях Надвратного Замка. Видишь эту плиту? Посмотри на нее внимательней — перед тобой фундамент, на котором располагался выходной шлюз «врат времени», ведущих из эпохи Галактического Содружества в плиоцен. Мы все когда-то прошли через них. Мы хорошенько обдумали твое предложение. Мы оба… Конечно, обсудили все с нашими товарищами, посоветовались с королем, но решение принимали самостоятельно.

Мы

возвращаемся в будущее. Возвращаемся в мир, который когда-то — не по своей воле — покинули. Возвращаемся в единую семью оперантов, которые помогут нам обрести душевный покой. «Ментальный человек», как ты его себе представляешь, каким намереваешься создать, — личность трагическая. Я не шучу! Более того, это существо по определению и происхождению вряд ли будет тем нравственным образцом, каким был дядя Джек. Святость — это не совсем обычное состояние, папа. Никому из нас не дано единолично решать подобные вопросы, никто не вправе назвать свое детище существом идеальным. Ни ты, ни я, ни Клу — никто! Потому что святость — или созидание добра — и есть жизнь. И устройство ее на добрых началах, на основаниях счастья, красоты и разума — причем не только для нас, современников, но и для наших детей, внуков — возможно только общими усилиями всех людей. Можно отколоться от общества и объявить войну всем и вся, но нельзя спасать человечество в одиночку. Знаешь, кто воистину станет «ментальным человеком»? Наши дети. Теперь мы разобрались, что такое внематериальное мыслящее сознание. Это духовное сознание. «Ментальный человек» — духовный человек, источник добра, а не средство отмщения, каким ты его замыслил. Наши дети будут обладать совершенным разумом, способным обрести любую форму, но никогда не расстанутся со своими телами. Они не будут ангелами. Им тоже придется вступить в вечное ритуальное сражение — да-да, как тану и фирвулагам — со своими страстями. Как всем нам… Как и тебе… Но они смогут найти поддержку среди миллиардов других сознаний, которые всегда будут готовы выслушать, почувствовать их боль, дать полезный совет; которые будут добры к ним. А это, папа, уже немало.

Клу: Мы не можем стать твоими помощниками, папочка. В твоей душе нет мира, и нам кажется, что ты сам догадываешься об этом. Сколько раз ты уже мог остановить нас, принудить вернуться, даже погубить и овладеть нашими хромосомами. Но ты этого не сделал. Поищи объяснение подобной деликатности в самом себе, загляни в душу, и, может быть, ты позволишь нам поступить так, как мы желаем. Спроси себя, зачем ты приготовил для «ментального человека» такую необычную, бесчеловечную форму, зачем пытаешься убедить себя и нас, что другого пути нет. Кажется, мы наконец нашли ответ. Со временем мы отыщем в себе силы забыть тебя, и ты тоже постарайся больше не тревожить нас. Мы решили пойти за мечтой и посмотреть, что это такое — великое единение разумных существ. Это самое верное решение…

(Изображение: сын и дочь медленно поднимаются по тропинке к замку, каменные бастионы в сеточке дождя, ворота замка распахнуты, во внутреннем дворе скопление машин, повсюду люди, много людей, здесь и тану, везде оружие, вспыхнула гигантская прозрачная защитная сфера, за ней человек в золотистом кожаном костюме со множеством накладных карманов.) Эйкен: Я перевел работы над проектом сюда, в Надвратный Замок. Один из моих специалистов сумел подсоединить к генератору сигма-поля SR-35 парочку SR-15-fx, которые мне удалось припрятать от твоего бдительного ока, так что теперь, надеюсь, Клу и Хаген, а также все специалисты, защищены надежно. Психокинетический эквивалент напряженности поля составляет теперь около девятисот единиц. Тебе не удастся пробить его ни с помощью церебрального генератора, ни объединенной мощью метаконцерта. Вообще в плиоцене нет оружия, способного преодолеть подобный оборонительный пояс, Марк. Даже мое фотонное копье… Даже Фелиция с ее ударной мощью… Ты проиграл, Марк. Твои дети заявили, что скорее погибнут, чем вернутся к тебе. Но погибать они не собираются… Теперь они официально под моей защитой, и если ты начнешь враждебные действия, то тебе придется воевать со всей Многоцветной Землей. Закончив постройку деформатора, дети уйдут в будущее. Машина времени обязательно заработает… Если не веришь, спроси Алекса Маниона. Я не хочу сражаться с тобой, Марк. У меня и так хлопот хватает. Я бы предпочел уладить дело полюбовно. Но если ты рискнешь применить силу, я и все те, кто рядом со мной, будем

сражаться. Поднимется вся Многоцветная Земля, все королевство… наше метаобъединение будет состоять из тысяч человек, из самых могучих оперантов тану и представителей человеческого рода. Напомню, что у меня есть твоя программа организации совместного психокинетического удара, которую ты передал мне на Рио-Дженил. Мне известно, что на борту «Кулликки» установлен мощный церебральный генератор. Шхуна сейчас находится в заливе Арморики или вблизи устья Сены. Твои ребята поставили защитный экран, не пропускающий дальний телепатический луч, но я потоплю шхуну в любом случае… У меня для этого есть средства. Разумен ли подобный путь? Разве мир не выгоден нам обоим? Предлагаю — пусть «Кулликки» под белым флагом, с опущенным экраном, следует вверх по течению Сены к Золотому полю. Я приглашаю тебя и твоих людей на Великий Турнир. Вы

— мои почетные гости. Посмотрите состязания, поцелуйте на прощание детей и вернитесь во Флориду. Подумай над этим, Марк…

(Изображение погасло.) Элизабет: Это все. Эйкен сказал правду насчет Надвратного Замка. Он уже перевел туда все оборудование и весь персонал — за один вечер. Он восстановил свою прежнюю силу и органично впитал мощь Ноданна и Мерси. Тебе не одолеть его, Марк. Ты только бессмысленно погубишь Многоцветную Землю. Пожалуйста!

Марк: Они сделали свой выбор. Теперь моя очередь. Но мой ответ займет некоторое время.

Он замолчал, его голос угас, теперь в эфире было слышно, как потрескивали разряды далеких молний и легкий фоновый шум.

Элизабет бросила дальний взор туда, где широкая река многочисленными протоками вливалась в море, но там было пусто. Хлестал дождь, и тяжелые валы накатывались на каменистый берег.

Расположившись на корме, Джордан Крамер и Ван-Вик подняли тяжелый шлем — открылась всклокоченная голова Марка; потом помощники помогли ему освободиться от брони. Все оставшиеся операнты были здесь, толпились у поручней — Корделия Варшава, Ранчар Гатен, Джеф Стейнбреннер. Патриция Кастелайн. В уголке, странно поблескивая глазами — очевидно, и усмиритель уже не был для него помехой, — пристроился Алекс Манион.

Все ждали…

— Дети, — сказал Марк, — отказались менять решение. Как вы знаете, «ментального человека» без их участия создать невозможно. Клу, Хаген, остальные дети сейчас находятся где-то в среднем течении Роны — в том месте, где располагались «врата времени». Эйкен Драм перенес туда все оборудование и персонал, защитил их экраном мощностью в девятьсот единиц. Мои сын и дочь заявили, что лучше умрут, чем примут участие в наших разработках. Они считают, что существо, подобное «ментальному человеку», должно обязательно находиться под контролем Галактического Содружества.

Алекс Манион улыбнулся.

Патриция исступленно закричала:

— Ты должен был взять у них наследственную плазму!!

— Я пока сам не знаю, что я должен, а что нет, — ответил Марк. Он стоял одетый в черный облегающий комбинезон-трико, кровь от ранок, сделанных электродами, тонкими струйками стекала по лбу и щекам. — В настоящий момент я не вижу способа пробить их защитный экран. Не буду уверять, что я вообще когда-нибудь смогу его преодолеть. — Он усмехнулся.

— Более того, я уже не верю, что в нашем деле силой можно добиться успеха.

— Если они уйдут — это же конец всему! — воскликнула Патриция.

Алекс Манион раздельно произнес:

Mon fron est rouge encore du baiser de la reine J'ai reve dans la grotte ou nage la sirene…

[Запекся королевы поцелуй на лбу моем; В том гроте, где обитель сирены сладкогласной…

Жерар де Нервам. El Desdichado]

Марк согласно кивнул и добавил:

— Сирена распевает и манит обещаниями, и я не могу устоять против поцелуев королевы вампиров.

— Ты очень устал, тебе надо поспать, — сказала Патриция. — Позже мы обсудим, что можно предпринять.

Другие операнты, до той поры без конца перешептывавшиеся друг с другом, сразу притихли, укрылись за метаэкранами.

Марк обратился к Ранчару Гатену:

— Поставьте паруса, мы двинемся вверх по реке. Сена судоходна на несколько сот километров вверх по течению. Как работают двигатели? Энергии хватает?

— Как часы, — ответил бывший командующий космическим флотом.

— Пусть Уолтер держит среднюю скорость, мы не будем спешить. Экран поставьте так, чтобы он защищал судно не только от чужих взглядов, но и от бомбардировки сверху.