Враги
Шрифт:
– Марш в казарму!
После чего сильным ударом в челюсть научил «неблагодарного скрягу уважать защищающих его бойцов». Усвоивший урок трактирщик быстро скрылся с глаз, а любопытная толпа благоразумно последовала его примеру…
Этой ночью мне не спаслось - голову атаковали тяжёлые мысли о «полной бессмысленности жизни», «сволочной судьбе» и себе, несчастном, «так рано покинутом другом и Учителем»… В довершении этого кошмара под утро я увидел во сне Дара и других разведчиков - они пробирались краем сухой балки, периодически «исчезая», спрятанные умелой магией ворчащего на настырных москитов Хорста. После
– Ну что же ты за дурень, сынок… Разве можно оплакивать живых? С чего решил, что я вот так просто позволю себя прикончить? Забыл, чему Старик тебя учил столько времени - всегда надо иметь запасной план - и когда это, так-перетак, его у меня не было? Вот вернусь, всыплю, болвану, так и знай…
Покачав головой, он накинул капюшон плаща и, сгорбившись, шагнул во тьму внезапно начавшегося ливня.
Глаза распахнулись, голова безбожно гудела, заставляя в который раз пообещать себе, что навсегда завяжу с выпивкой. На кровати в казарме местной Стражи, куда нас определили на постой заботливые власти Затоша, сидел сосредоточенный Тимс, зашивая очередную дыру на моей рубахе. Он откусил суровую нить и, посмотрев на хмурого Господина, тяжело вздохнул:
– Изволили проснуться, мастер «выпью-ка я ещё одну бочку»? Позорище, одно слово. Счастье, что отряд сегодня уходит, а то стыдно смотреть людям в глаза - благородный Избранный, а…
Негромко буркнул:
– Заткнись, и так помираю… Дай лучше воды, - и, жадно напившись из протянутой слугой чаши, охнул, вытаращив глаза:
– Убийца, что за отраву ты на этот раз приготовил?
Тимс довольно хмыкнул:
– Лучшая в мире настойка от похмелья…
Я икнул, сдерживая рвавшееся наружу содержимое желудка:
– Какая гадость… Слушай, как думаешь, к чему снятся покойники? Я видел Дара и ребят, они как живые уходили в дождь…
Тимс приподнял брови:
– В дождь, говорите?
– за окном полыхнула молния, и от раскатов грома заложило уши, летний ливень накрыл городок. Слуга со смехом бросил в меня заштопанную рубашку:
– Думаю, разведчикам уже надоело на небесах, и они скоро навестят «нытика», чтобы вправить ему мозги. Или Вы не верите в призраков, Господин?
Я беззлобно бросился в него сапогом, но не попал. Плеснув в лицо холодной воды, не спеша оделся и, укрывшись куском старой шкуры, под дождём побежал на соседнюю улицу в ближайший трактир - ведь привычный «Окунь и рак» был мной вчера разгромлен…
За столом у мутного от потоков воды окна сидел грустный Граст, мешая ложкой неаппетитного вида серую кашу. Я присел рядом, хлопнув задумавшегося Ученика по плечу:
– О чём мечтаешь, Граст? Соскучился по дому или девчонке?
Он так покраснел, что настроение тут же поползло вверх - кажется, я нашёл тему, на которую можно было поговорить с мальчишкой, испытав его терпение. Но хитрец меня опередил:
– Такой сильный дождь, Терри, а нам скоро уходить отсюда. Не люблю грозу - в детстве молния убила приятеля прямо у нас с ребятами на глазах, до сих пор сердце вздрагивает от этой картины… А что касается дома - даже думать
Чтобы разбить повисшую между нами тишину, пробормотал:
– Ну и… бог с ним, не думай. Сегодня мне вот Дар приснился, представляешь, живой– до сих пор в себя не приду…
Граст заинтересованно поднял зелёные глаза:
– Да, с этим делом что-то не так… Заметил, как спокоен капитан? А ведь они со Стариком друзья уже много лет. Адъютант Бри рассказывал - эти двое как братья, всегда друг за другом присматривают. Однако командир Шверг за последние дни даже слезинки не уронил, словно знает что-то такое, - Ученик перешёл на шёпот - думаю…
Я приблизил к нему лицо, прислушиваясь к грохоту встревоженного сердца, радостно выдохнув:
– Они живы…
Граст кивнул, и от его горячего дыхания выбившаяся из косы прядь моих волос сдвинулась, упав на щёку. Пальцы Ученика осторожно её поправили, и я смущённо отпрянул, увидев, как странно блестят его глаза. Возмущённый голос Дрю только усугубил неловкую ситуацию:
– Это чем вы тут занимаетесь - шепчетесь, как влюблённые голубки?
Мы с Грастом одновременно вскочили, вытащив мечи из ножен, и Дрю со смехом пошёл на попятную:
– Да уймитесь, бешеные, уберите свои «ножики» - пошутить уж нельзя… Слышали новость? Сейчас упадёте на месте - этой ночью кто-то прикончил Губернатора. Всю его охрану положил, вот ведь молодец… Думаю, он был не один, тут как пить дать работала сплочённая команда, и никакие Тёмные колдуны не спасли гада… - он подмигнул нам, сел рядом и, схватив миску с кашей, начал героически её уничтожать.
Мы с Грастом потрясённо переглядывались, пока Дрю, бессовестно облизав миску, схватился за новую порцию, принесённую мне симпатичной служанкой. Я же, на время забыв о еде, сверлил взглядом прищуренные глаза Ученика. Наш одновременный вопль:
– Они!
– так перепугал младшего разведчика, что, вцепившись в «добычу» и бормоча:
– Вот психи… - он предпочёл пересесть за соседний пустой стол.
На радостях исстрадавшееся сердце трепыхалось в груди неровными толчками, но, не обращая внимания на неприятное покалывание в груди, я даже простил Дрю наглое похищение каши, заказав ещё две порции для себя и Граста. Мы вышли из таверны втроём, посмеиваясь, и со стороны такие внезапные перемены в настроении, наверное, казались более чем странными. Но Терри-Ворону было плевать, во всяком случае, пока дорогу нам не перегородил заносчивый адъютант командира отряда - Бри, процедивший:
– Капитан Шверг хочет видеть Избранного Терри из Дома Живительной воды у себя в палатке. Немедленно…
Я стоял перед капитаном, терпеливо ожидая, пока он перестанет внимательно рассматривать свой новый плащ, разыскивая на нём невидимые простому глазу изъяны. Наконец, этот момент настал, и командир, кивнув мне на раскладной стул, присел на край любимого и, по его словам, «счастливого» кресла. Обычно спокойный и уверенный голос звучал сегодня как-то подозрительно мягко, я бы сказал - виновато: