Врата рая
Шрифт:
— Где мы? — Спросила она Лоусена, стоявшего рядом с ней. Блисс обратилась к остальной части стаи. Малкольм вытер свои очки об рукав.
Рэйф казался смущенным, а Арамина и Эдон перешептывались друг с другом.
— Парни? — Снова поинтересовалась она. — Гм… — мы там, где я думаю?
Лоусон мрачно кивнул:
— Да. Мы вернулись в долину. — Он пнул пень. — Мы, должно быть, сделали неправильный поворот где — нибудь.
Они остановились в середине сельского пригорода, недалеко от того места, где Блисс нашла их в начале. Это было проблеском в лесах, на расстоянии в несколько миль от центра города, где парни
— Ну, чего мы ждем? Давайте возвратимся в… — Она достала хронограф из своего кармана джинсов. Он вращался, его руки выходили из под контроля. — Подождите, с ним что — то не так. Мак, ты можешь посмотреть на него?
— Конечно. — Сказал Малкольм. Он взял его из рук Блисс и начал изучать. — Похоже, он пытается работать, но что — то этому мешает.
Блисс отвернулось от них, туда, откуда они пришли. Проход закрылся позади них.
— Возможно, что мы вне прохода? Лоусон, ты можете открыться, это вохможно?
Лоусон кивнул. Его лицо приобрело вид глубокой концентрации.
Они ждали, но нечего не произошло.
— Продвинься, Лоусон, покончи с этим, — сказал Ахрэмин, с оттенком раздражения в голосе.
— Я пытаюсь, — сказал Лоусон. — Что — то не так. Я не могу открыть дверь.
— Может, попробуете что — нибудь еще? — Спросил Мльком. — Мы можем помочь?
Конечно, как он мог не предложить помощь, подумала Блисс.
Малкольм был самым молодым в стае и, безусловно, самым милым. Блисс обожала его за то время, которое они провели вместе. Эдон и Рэйф были более крепкими орешками, чтобы расколоться, хотя она чувствовала такую же близость и к ним. Что касается Арамины, то прежний Цербер теперь был одним из них, ее прошлые нарушения, были прощены, когда она оказалась достойна стаи, за счет борьбы против Ромулуса. Они были командой — единым целым, и если у Блисс и были какие — либо вялые подозрения относительно Арамины, то она упрекала себя за них. Как она могла подозревать Арамину, если ей простили ее темное прошлое, то почему бы не сделать это с ней? Арамина была просто бывшим Цербером, а вот Блисс была дочерью Люцифера. Темный принц проклял волков, превратил их в рабов. В Преисподней Серебряная Кровь являлась владельцами волков.
— Скажи, что тебенужно сделать? — Убеждала она Лоусона.
— Этого никогда не происходило прежде. — Проворчал он. — Но почему бы и нет? Парни, сосредоточьтесь. Мы просто должны очистить наши умы, вообразить открытие прохода. Возможно, если все мы объединимся, то сможем сделать это.
Стая соединилась. Блисс отодвинула свой страх, отодвинула сомнения и вообразила Проход Времени, открывающийся перед нею. Ее голова болела, и она поместила руки в свои карманы, чувствуя, что пульс отдается в них, на мгновение она была уверенна, что это сработало. Она могла чувствовать, что Проход открылся позади нее, чувствовал ветер, снующий сквозь туннели.
Тогда это закончилось.
Чувство ушло.
Она открыла глаза и осмотрелась. Ничего не изменилось.
Они все еще стояли там.
— Все по — прежнему? — Спросил разбитый Рэйф.
— Вы делали что — то? — Спросила Арамина Лоусона. Может кто, случайно, закрыл проход позади нас, сразу, как только мы зашли сюда.
— Почему ты всегда обвиняешь меня в том, что я что — то сделал не так? — Ответил Лоусон.
— Поскольку вы делали такое прежде. —
Они походили на старую супружескую пару, думала Блисс. Это подразумевало определенный вид близости, о которой она не хотела думать слишком много. Кроме того, было смешно даже думать о таком. Арамина и Лоусон? Если бы они не были в одной стае, было бы ясно, что они презирали бы друг друга. Кроме того, Арамина была с Эдоном с самого начала. Нет, они не походили на супружескую пару — больше на препирающиеся родных — да, это имело больше смысла — Не будь так строга с ним, Ари, он прилагает все усилия. — Сказал Эдон.
— Лоусен в этом не виноват. — Сказал Малкольм. — Эти проходы закрылись самостоятельно. Разве вы не чувствуете это?
Рэйф кивнул:
— Это действительно чувствуется по — другому, как — будто что — то блокирует их…
— Или кто — то. — Сказала Блисс.
ЧЕТЫРЕ
Томазия (Флоренция, 1452)
Замок располагался на краю черной и вьющейся реки, его высокие серые стены возвышались на сорок футов выше темных вод. Крутые утесы поддерживали крепость — это означало, что каменный мост был единственным путем внутрь замка или из него. Сторожевая башня была хорошо укреплена и разработана, чтобы отразить осаду. Но его обороноспособность скоро оказалась бы бесполезной.
— Мы остановимся здесь, чтобы не выдать наше месторасположение, — решила Томазия Фозари, когда команда погрузилась в тень леса. Воздух был влажным и пах гниющей рекой, с ее темными водами, слегка колеблющимися с течением.
— Действительно ли ты уверена, что можешь сделать это? — Спрашивал Джованни Рустичи. В лунном свете его волосы походили на ореол вокруг красивого лица. Джо был не только лучший венатором среди них, но и таким же скульптором в мастерской Донателло и самым близким другом Томазии. Он знал, как трудно это было для нее. Они проводили дни на дороге, отслеживая Темного Принца до его укрытия в Вероне.
— Да, — сказал ему Томазия. Она полагала, что Андреас дель Поллайоло был любовью всей ее жизни. Михаил Габриэллы. Но она была обманута. Дре нес дух Люцифера в себе. Симонетта де Веспуччи назвала его отцом ребенка.
— Госпожа — Симонетта назвалась супругой Темного принца, его человеческой невестой, матерью Нефелима.
Темноволосая красота съёжилась от лезвия Джо.
— Мы не будем страдать от ребенка демона, — ворчал Джо.
Но Томи остановила его руку.
— Нет. Мы её защитим, защитим и доверим нашим самым лучшим венаторам. Мы были бы не лучше, чем наши братья Серебряной Крови, если убьем ее. Мы не будем проливать кровь дьявола, не от имени всего, что является Божественным.
Симмонета показала, где найти Андреаса, просила их показать её любимое счастье. Они оставили плачущую беременную женщину на попечении священников Петрувианцев.
Томи дрожала от мысли, что случилось бы, если бы они не обнаружили обман. Она сблизилась бы с Дре, с Люцифером. Как она могла обещать ему что — то. Почему она не узнала его? Это не имело смысла.
Она смотрела на замок, вырисовывающийся на расстоянии. Андреас скрывался внутри с Ковеном Серебряной Крови, и она собиралась сжечь его дотла Черным Огнем.