Врата ведьмы
Шрифт:
— Я могу провести вас через лес, — предложил Родрико, выставляя свою деревянную клюку с ростками листьев. — Свежая, не тронутая болезнью ветка будет такой же силой против Ужаса, что и лютня Нилан. Мы будем в безопасности.
Крал прочитал сомнение в глазах старика. Короткая палка прикрывала одного лесника, но не было гарантии, что ее скудной защиты хватило бы на целый отряд.
Остальные тоже почувствовали беспокойство старика. За столом воцарилось тяжелое молчание.
Вдалеке лес пронзило завывание. Одинокий вопль, к которому присоединился
Крал почувствовал страх, охвативший всю группу. Голос Родрико задрожал, он поставил на стол чайник.
— Они никогда не подходили так близко.
Мишель поднялась.
— Наверное, они знают, что мы здесь.
Остальные тоже подскочили и подготовили оружие.
— Что мы будем делать? — спросил Могвид. — Они атакуют нас?
Родрико направился к широкому окну, выходящему на юг. Крал и остальные последовали за ним. За окном лес утопал в утреннем солнечном свете, но из-за постоянной облачной завесы тот был слабым и безжизненным. Снег обложил корявые ветви деревьев, создав замерзший пейзаж. Даже маленькое озеро казалось черным зеркалом.
Пока они вглядывались, из темного леса навстречу им потянулись тени, проглатывая деревья вместе со снегом, спускаясь в долину. Будто мир сжирали черные туманы.
— Что происходит? — спросил Могвид, отступая, пальцами пытаясь дотянуться до брата.
Нилан замерла.
— Ужас собирается. Я никогда такого не видела.
Крал знал, что она имела в виду. Призраки были в основной массе отшельниками, в одиночку охотясь на лесных тропах. Именно поэтому Северная Стена до сих пор устояла под их натиском.
Но, глядя на силы, собирающиеся вокруг долины, Крал понял, как пала Стена. Ужас стал объединенной силой, темной армией. Крал вспомнил призрака-иллгарда, захватившего тело мертвого короля Рая, оживив его. Демонесса объединила Ужас? Если так, что за власть она имела над дикими, безумными созданиями? Как смогла она подчинить их безумие своим грязным целям?
Снаружи завывание призраков возросло до лихорадочных стонов.
Внутри Крала заворочался зверь. Он хотел завыть вслед за дикими воплями и стонами, влить свой голос в общий хор безумия. Но Крал переборол в себе это стремление. Время для Легиона еще не пришло, не сейчас.
Он закрыл глаза и направил свое звериное чутье. Соприкоснувшийся с Темным Лордом, он ощущал знакомые вибрации, проходящие сквозь темную армию. «Она там», — понял он. Сама демонесса вела эти силы к их двери. Она пряталась за призраками, но не могла укрыться от другого иллгарда. Крал понял, кто руководил этим натиском, но не мог предупредить своих товарищей, не выдав себя.
Нилан заговорила, вернув его внимание назад в комнату. Она подняла лютню.
— Я выйду наружу и встречу их.
Мишель положила руку ей на плечо.
— Не знаю, подействует ли песня твоей лютни на такое сборище.
— Ты станешь одной нотой против целого шторма, — поддержал Мерик. —
— Я должна попытаться. У нас нет другого способа прогнать их.
— Я помогу, — проговорил Родрико, поднимая клюку. — Немного живого духа в песне лютни может помочь.
— Но нужно быть готовыми, — проговорила Нилан. — Если я смогу расколоть их силы, вам следует очень быстро сбежать отсюда.
— Что ты предлагаешь? — спросил Лорд Тайрус.
— Уложите снаряжение, — она кивнула на груду теплой одежды и провизии. — Если мне и Родрико удастся пробить брешь, вы должны будете немедленно воспользоваться преимуществом и скрыться.
— А ты? — спросила Мишель.
Глаза Нилан помрачнели, но решительность в них не угасла.
— Я обязана остаться и защитить ребенка.
Могвид переминался с ноги на ногу, стреляя глазами, напрасно выискивая пути отхода.
— Почему не взять ребенка с собой? Если дерево все равно мертво, зачем тебе оставаться здесь? У нас нет шанса выжить в лесу без тебя.
Нилан открыла было рот, чтобы отвергнуть предложение, но Мишель помешала ей.
— Могвид прав. Ребенку здесь угрожает опасность. Мы выйдем из леса через два дня. Если бы ты смогла вынести его отсюда…
Родрико согласился.
— Возможно, тебе нужно обдумать их совет, Нилан.
— Но я не могу так…
— Это место — пустая могила. Пока ребенок с тобой, а у тебя есть лютня, он в безопасности. — Лесник взглянул на сгущающуюся темноту. — Кроме того, мальчик близок к созреванию и к тому, чтобы бросить свое семя. Может быть, лучше это сделать не здесь, на отравленной почве. Может, именно за этим вас потянуло сюда — унести ребенка.
— Я… я не знаю, — пробормотала Милан.
— Отлично, лучше быстрее принять решение, — сказал Могвид, указывая на вид за окном. — Либо кто-то примет его за нас.
За озером деревьев уже не было видно. Тьма застелила их плотной завесой.
Нилан прикусила губу, развернувшись к Мишель.
— Возьми мальчика. Заверни его потеплее. В этом нежном возрасте он очень восприимчив к холоду. Берите как можно больше поклажи.
Все засуетились, подгоняемые возрастающим воем призраков. Через мгновение все надели на себя теплые вещи и повесили на спины вьюки с провизией и снаряжением. У Мишель на груди висел дополнительный груз — ребенок. Нагруженная до предела, она была бы бесполезна в схватке, но Крал знал, что клинком свободы здесь не добьешься.
Он изучал Нилан, держащую в руках лютню, всматривающуюся в темноту. Все их надежды возлагались на эту женщину. Крал чуял в ней страх, но наравне с ним смелость и решительность.
Она почувствовала его взгляд и обернулась.
— Давайте сделаем это.
Крал кивнул, поворачиваясь, еще раз взглянув на темное скопище. Вновь он учуял в нем прикосновение Темного Лорда. Демонесса-иллгард укрывалась под плащом из мглы среди своих сородичей.
Но с какой целью? Зачем?