Время волков

Ворон Алексей

Вопрос, с некоторых пор ставящий меня в тупик.

— Блейдд.

Дриады захихикали:

— Это и есть твое имя?

— Как смешно, волка зовут Волк.

— Ничего другого предложить не могу, — сказал я. — И оставаться с вами тоже не могу. Я не знаю, кто меня преследует, не хочу подвергать вас опасности.

— А меня зовут Золотая Пчелка, — сказала златоглазая дриада, словно не слышала моих последних слов.

— А меня Лие, — пропела ее подруга. Обе дриады подхватили меня под руки и повели

в глубь леса. Третья дриада присоединилась к нам по пути. Золотая Пчелка радостно сообщила ей:

— Стрекоза, наш гость ранен!

— Куда вы ведете меня? — спросил я, уже подумывая о побеге.

— К Источнику, — ответила Стрекоза очень тоненьким голоском. — Придется тебя лечить.

Я резко остановился и выдернул руки из цепких пальчиков дриад, грозно прикрикнул на них:

— Нашли игрушку!

Дриады боязливо отступили от меня и заохали:

— У тебя же идет кровь!

— Рану надо перевязать!

— Ты можешь умереть от потери крови!

Вид у них был такой несчастный, словно мне действительно грозила смерть, а они были моими самыми близкими родственниками. Я смягчился и сказал:

— Да поймите же, я не могу подвергать вас опасности. Дриады воскликнули одновременно:

— Опасность повсюду!

— Мы уже подвергаемся опасности!

— Никто, никто не может нас защитить от ужасного чудища!

Я не понял, о ком они говорят, и переспросил:

— Чудище?

— Да, да, — закивала головой Стрекоза.

— Страшное, — подтвердила Золотая Пчелка.

— Ужасно прожорливое, — пропела Лие.

Я удивился:

— Неужели в лесу есть такой зверь, которого боятся сами дриады?

Дриады переглянулись.

— Но он вовсе не лесной зверь, — заметила Стрекоза.

— Он пришел к нам несколько месяцев назад, — добавила Золотая Пчелка.

— Мы его боимся, — снова пропела Лие.

Ее певучий голосок и смеющиеся зеленые глаза вывели меня из себя.

— Вы меня обманываете, наверное, чтобы заманить к своему Источнику!

Мне приходилось слышать истории об источниках дриад, вода из которых и даже сам воздух вокруг навевают сон и дурман, а, очнувшись, человек обнаруживает, что он уже стар и ничего не помнит, кроме своей юности.

Три дриады воскликнули одновременно:

—Нет!

— Как ты мог подумать!

— Неужели ты веришь в людские сказки?

— Мы просто просим твоей защиты, — повела плечом Стрекоза.

— Ты ведь не откажешь нам в помощи? — спросила Золотая Пчелка.

А Лие просто пропела:

— Ла-ла-ла.

Я даже не успел открыть рта, как Стрекоза перебила меня:

— Ты же не можешь пойти к чудищу с кровоточащей раной.

— Вода из Источника остановит кровь и даст силы, — ласково сказала Золотая Пчелка, беря меня за руку.

А Лие взяла меня за другую руку и

бодро пошла вперед, ведя меня за собой и напевая при этом песенку с совершенно дурацкими словами:

Спасет нас от дракона

Новый наш герой.

Поднимет меч и снова

Отправится он в бой.

— Эй! — воскликнул я. — О драконе речи не было. Уж не хочешь ли ты сказать, Лие, что ваше чудище — это дракон?

— Это дракон, ужасный и зубастый, — пропела Лие, не оборачиваясь.

— Не слушай ее, — сказала Золотая Пчелка, прижимаясь ко мне на ходу, — это только детеныш дракона, для взрослого дракона он слишком маленький.

А Стрекоза, обежав нас, громко заявила:

— По-моему, это единорог.

Это было уже слишком, я снова остановился, всерьез рассердившись.

— А по-моему, вы морочите мне голову! — возмущенно воскликнул я, пытаясь высвободиться из объятий Золотой Пчелки. — Никогда не поверю, что дриады не могут отличить дракона от единорога.

— Мы говорим чистую правду, — сказала Золотая Пчелка, виновато поглаживая меня по руке.

— Это настоящий дракон, — сказала Лие.

— Или единорог, — продолжила Стрекоза. — Правда, я никогда не видела единорогов, — уточнила она и добавила, стыдливо опустив глаза: — Я еще молодая дриада.

Ее подружки возмущенно фыркнули:

— Единороги не бывают такими вонючими!

Лесная тропа, по которой мы шли, вывела к оврагу. По дну его, подпрыгивая на камнях, бежал ручей, С оглушительным гомоном взлетели тучи птиц, на миг закрыв своими крыльями небо. Вдоль ручья мы шли недолго и вскоре достигли Источника, скрытого от глаз в тени плакучих ив, ревниво склонившихся к нему с обоих берегов. Мы вошли под сень деревьев, и моим глазам явилась прелестнейшая картина: лучи света, проникающие сквозь листву, заставляли воду и воздух искриться и переливаться золотыми пятнами солнечных зайчиков. У Источника сидели две очаровательные дриады, они поили оленят из больших листьев лопуха. Воздух был наполнен благоуханием, я вдохнул этот целительный настой и почувствовал, что прежние страхи отступили от меня. Дриады, поившие оленят, заметили нас, оживились, оставили животных и подбежали к нам.

— Он такой миленький, — сказала одна из них.

— Кто: дракон или единорог? — спросил я. Стрекоза залилась смехом. Лие прыснула, и лишь Золотая Пчелка осталась серьезной. Она заставила меня войти в искрящуюся, ледяную воду, разрезала рукав моей рубашки, омыв рану, с сомнением покачала головой.

— Твое плечо, может, и заживет когда-нибудь, — сказала она. — Только я не знаю, каким растением его лечить. Я положу тебе на рану белолист, это остановит боль и затянет рану. Но полностью не излечит.