Всадники бурь
Шрифт:
– Чарли, если бы все это случилось только со мной, я, наверное, как-нибудь пережила бы это. Но дети, что они сделали с ними! Как же это можно! Этих мерзавцев мало просто убить. Я поджарила бы их живьем, на медленном огне, заживо разрезала бы на кусочки.
Чарли взглянула на спящих девочек.
– Да, они были такими тихими. Теперь младшая полна ненависти, а что на душе у старшей – трудно понять. Я счастлива, что удалось их спасти, но не знаю, какая судьба их ждет. Для нас они будут обузой: и припасов надо больше, и защищать их придется в случае чего. Это не к добру, Сэм.
– Знаю, знаю. Ты даже не представляешь себе, как мне иногда хочется
Пока они разговаривали, стемнело, поднялся колючий сухой ветер, стало почти невыносимо холодно.
– Да, теперь мы очень далеко от торгового центра, – сказала Чарли.
– Ты когда-нибудь вспоминаешь о доме?
– Часто. Особенно о ма и па, о том, что они пережили, когда я исчезла. Если бы я могла хотя бы дать им знать, что еще жива! А еще я мечтаю о теплом душе, о прогулках на машинах, о торговом центре – обо всем, что осталось там, в прежнем мире. Боже мой! Из всех выпускников школы нас, по-моему, выпустили дальше и ниже всех.
– Это точно, – усмехнулась Сэм. – Странно, что я не слишком много думаю о доме. Да, мне тоже хотелось бы, чтобы мама и папа знали, что я жива. Почему-то я даже надеюсь, что мое исчезновение снова сблизило их, но каждый раз, когда я думаю о доме, я думаю, что, черт возьми, там со мной было бы дальше? Так и представляю себя за прилавком дешевого магазинчика или официанткой в ресторане. Это еще в лучшем случае. А может быть, я стала бы наркоманкой или спилась бы. Да, правда, здесь я безобразная толстуха да еще связалась с чокнутой бабенкой, не то художницей, не то сводней, не то черт знает с кем. Я застряла невесть где, за мной охотятся невесть кто – и все же я предпочитаю быть здесь, а не там. Я, наверное, совсем спятила.
– Нет, мне кажется, я тебя понимаю, – отозвалась Чарли. – Здесь ты получила то, чего не могла обрести дома. Благодаря этому зелью с тобой всегда та, кто не только заботится о тебе, но и в ком ты уверена, кто не оттолкнет тебя, не причинит тебе боли. И ей не важно, как ты выглядишь, тебе не надо сидеть на диете, чтобы казаться ей привлекательной. К тому же сейчас, похоже, все силы Акахлара пытаются либо помочь тебе добраться до Булеана, либо помешать этому. Так что ты не можешь не чувствовать себя важной птицей.
– Сказать по правде, где-то глубоко внутри мне хотелось бы, чтобы важной птицей была ты, чтобы охотились не за мной. Мне ничего этого не нужно. Для меня это слишком тяжело. Думаю, я могла бы быть счастлива, если бы просто жила с Бодэ в Тубикосе, готовила, стирала, убирала студию и дом. Ведь большинство женщин этим и занимаются всю жизнь там, дома. Только мне никогда не хотелось жить с мужчиной, а я в этом даже самой себе признаться боялась. Это убило бы маму. Черт, я всегда думала, что это порочно, плохо. Пока меня не связали и не кинули наземь, пока банда ублюдков не испоганила мое тело, я не понимала, что такое настоящий грех и зло.
По крайней мере, меня теперь не беспокоит, что мне нравятся девушки. Пожалуй, за это я должна быть благодарна минувшей ночи. Больше не стану обманывать никого, даже себя. Если я могу быть довольна собой, оставаясь
– Ты, наверное, права, – ответила Чарли. – Я сама никогда над этим не задумывалась, но, по правде говоря, я люблю мужчин. Боже! Да я прямо сейчас не отказалась бы! Не так, как было с вами, конечно… – поспешно добавила она, – а по-настоящему.
– Ты нужна мне, Чарли, – серьезно проговорила Сэм. – Не как любовница – мне не обойтись без твоей поддержки. Наверное, именно поэтому ты меня так привлекала. Ты больше похожа на мою мать, чем я сама. Она, что ни возьми, все умеет. Наверное, наши родители случайно обменяли нас, когда мы были детьми, или что-нибудь в таком роде.
– Неплохой трюк, если учесть, что мы родились за две тысячи миль друг от друга, – усмехнулась Чарли. – Не уверена, что когда-нибудь хотела стать супер-женщиной, но честолюбие у меня, точно, было. Я хотела заняться бизнесом, например, создать какую-нибудь сеть дизайнерских бюро. Может быть, даже архитектурных. Я столько бродила по улицам и бульварам, что, мне кажется, теперь и сама могла бы создать что-нибудь подобное. По крайней мере я мечтала об этом. Но здесь я куртизанка. Ни гражданства, ни прав, совсем ничего. Я не могу даже научиться говорить на этом нелепом языке. Да еще какие-то ублюдки охотятся за мной, потому что принимают меня за тебя. Хотела бы я, наконец, доставить тебя туда, где так тебя ждут, и развязаться со всеми этими парнями. А о том, что будет дальше, я и помыслить пока не могу.
Сэм вздохнула.
– Боже мой, на что мы теперь похожи! – Она почесала ногу. – Кажется, душу дьяволу я продала бы за какой-нибудь лосьон. У меня жуткий зуд от этих тварей. Жаль, что Бодэ потеряла свою сумку. – Сэм бросила взгляд в темноту. – Странно, – произнесла она вдруг совершенно другим тоном.
– А? Что?
– Зарево. Вон там, за много миль отсюда. На Земле такое зарево можно видеть по ночам над большими городами. Но какие города в этой дыре! Видишь?
Чарли покачала головой:
– Сэм, я пыталась скрыть это ото всех, но теперь я вообще почти ничего не вижу. Я и всегда была близорука, – помнишь, мне нужны были очки или линзы, чтобы водить машину, – но после того, как я увидела совсем близко битву ведьмы с демоном, вдруг стало еще хуже. Когда сегодня ты ехала прямо передо мной, я видела тебя очень смутно. Я могу еще различить всадника и лошадь, но ни за какие деньги не отличу тебя от кого-нибудь чужого. А позади тебя я не видела ничего, кроме мутноватого тумана. На шесть – восемь футов я вижу более или менее отчетливо, футах в десяти – пятнадцати – все расплывается, а дальше я слепа, как крот.
Сэм тихонько присвистнула.
– Только этого еще не хватало. Из всех нас ты самая ловкая и сильная и стреляешь лучше всех. Проклятие!
– Да что ты! Без вас меня давно шакалы слопали бы. Когда мы доберемся наконец до какого-нибудь Цивильного местечка, это, наверное, можно будет поправить – очки или что-нибудь вроде. А пока я возьму дробовик. Чтобы стрелять из него, особо хорошо видеть не требуется.
Сэм повернулась и снова бросила взгляд на горизонт.
– Хотелось бы мне знать, что же это такое, – произнесла наконец она. – Если это какой-нибудь маленький городишко или лагерь рудокопов, мы могли бы связаться с властями. А если опасность, я предпочла бы знать, какая именно.