Всё или ничего...
Шрифт:
— Адель, никто из вас двоих не виноват в произошедшем… Это ваша судьба, и ее было не избежать. Просто ты смогла незаметно для себя разлюбить Алекса, а у него это только впереди…
— Я пойду спать, — произнесла я, вставая со стула.
— Да, конечно. Если что, я буду в соседней комнате.
Но я так и не легла спать. Чувство вины перед Алексом не покидали меня. Было больно. Не так больно, как тогда, когда я потеряла ребенка и отца, но все равно больно.
До утра я сидела на кровати, глядя в незашторенное
Бегу навстречу к тебе по осколкам любви
Бегу, хоть это болезненно
Терзаешь сердце зачем?
Оно, страдая, молчит
Но любит так самоотверженно
Бегу навстречу к тебе по осколкам любви
Бегу, хоть это болезненно
Терзаешь сердце зачем?
Оно, страдая, молчит
Но любит так самоотверженно
Когда прозвенел будильник, я еще даже не ложилась. Выключив его, я встала с постели и бросила написанный припев в рюкзак и пошла в душ. Холодная вода ни черта не помогла. Состояние по-прежнему было убитое, как будто внутри меня не осталось ничего. Я вернулась в комнату и переоделась, а потом, не став дожидаться завтрака, вышла из квартиры. Снова на работу иду пешком. Так можно подумать. Несмотря на то, что мысли не слишком веселые, мне надо подумать.
В офисе никого, кроме персонала, еще не было. Но я все же поднялась к записывающим студиям, где решила дождаться Артема. Битмейкер пришел спустя полчаса и удивился, увидев не Егора, а меня.
— У меня складывается впечатление, что ко приходят записываться только с похоронным настроением. Сначала Егор, сейчас ты… Что случилось?
— Все хорошо.
Парень хмыкнул. Не поверил.
— Я принесла тебе текст песни. Сделаешь музыку, бит и прочую ерунду сам?
— Без проблем. Сейчас изучу текст и все будет. Подойди вечерком, я смогу показать приблизительный вариант мелодии.
— Окей.
На работу постепенно подтягивался народ. Я скрылась в офисе Ксюши, чтобы никого не видеть, и принялась дописывать вчерашний, начатый днем, текст.
— Доброе утро, Адель.
Кастова вошла в кабинет ровно в десять.
— У меня для тебя новости, — продолжала девушка, снимая пальто, — Съемки клипа начнутся послезавтра… Эй, что с тобой? Такое ощущение, что ты не спала всю ночь.
— В точку, — усмехнулась я, сминая и выбрасывая очередной испорченный лист.
— Что произошло?
— Все хорошо, — повторила я.
— Окей. Сейчас я к тебе в душу лезть не буду, но чтобы к моменту съемок ты была в норме, потому что я отвечаю за твоё качество работы.
— Спасибо, — я была благодарна девушке за это ее качество. Она никогда не заставляла что-то делать, если я этого не хочу. Ну, не считая занятий в спортзале. Там она становилась просто жестким тренером, не знающим слова «тяжело» и «усталость».
И вроде бы мы с Ксюшей договорились и стали
— Адель, к тебе опять Андрей, — выслушав девушку по телефону, сказала Кастова.
Я молча поднялась с дивана и вышла из кабинета, а затем и из офиса. Холодный октябрьский ветер тут же подхватил мои разрушенные волосы, заставляя их метаться в беспорядке.
— Малыш, привет!
Андрей по привычке решил обнять меня и поцеловать, но сегодня у меня не было настроения, чтобы терпеть эти его телячьи нежности. Дернувшись в сторону, я не позволила Андрею обнять себя.
— Малыш, у тебя нет настроения? Кто испортил его такой красавице?
— Я сейчас не хочу тебя видеть, поэтому уезжай…
— А, может, я лучше подниму тебе настроение вот этим?
Парень вытащил из машины мягкую игрушку и очередной веник. Точнее букет.
— Забери свои побрякушки и проваливай!
— Детка, ну, зачем так грубо? — новая попытка обнять меня, закончилась тем, что мое терпение меня подвело.
Со здоровой ногой я могла повторить все приемы самозащиты, не сдерживаясь. Ударив парня в лицо, я поставила ему подножку. Белая рубашка Андрея и его брюки стали грязными, потому что он упал в лужу, которая осталась после ночного дождя.
— Тебе еще раз повторить? — спросила я, наклоняясь к парню, — Что из фразы «Забирай свои побрякушки и проваливай!» тебе было не ясно?
— Стерва. Как я теперь на работу поеду?
— А мне плевать.
Развернувшись, я заметила машину Егора, въезжающую на парковку, а потом ощутила, что меня схватили за руку холодные и мокрые пальцы.
— Дорогая, ты слишком многое на себя берешь, — резко разворачивая меня к себе, сказал Андрей, — Ты хотя бы знаешь, сколько этот костюм стоит?
— Повторю для даунов еще раз: МНЕ ПЛЕВАТЬ!
— Сучка…
Пощечина. А потом удар сильнее, и я чуть не упала, потому что была не готова к ударам.
Пока я в шоке стояла, прижимая к щеке руку, к нам успел подойти Егор. А потом из офиса вышли Миров и Чест.
— Адель, ты в порядке?
Егор подошел ко мне, а в это время Андрея ударил Натан. Парень снова упал на землю, а потом поднялся, сплевывая кровь.
— Сука, ты мне зуб выбил, — произнес Андрей, глядя на Мирова, — Тебе проблем захотелось?
— Смотри, чтобы этих проблем у тебя не было…
— Вы все так эту шлюшку защищаете? Что, она уже с каждым переспала, да?
— За помелом своим следи! — следующий удар Андрею достался уже от Саши.
— Одного я уже предупредил о том, что девушек из Mafia трогать нельзя, так вот, теперь повторю это для тебя: еще раз увижу рядом с Адель, проблемы будут не у нас, а у тебя, — сказал Миров, нанося второй удар.
На этот раз парень скрючился на земле, не пытаясь встать, но продолжая трещать какую-то ерунду.